Признаться, мне казалось, что я уже поставил "жирную точку" в вопросе, кого чекисты закопали в овраге - Семена Золотарева или какого-то другого человека. Но нет! Вижу, гнусные советские врунишки из Секты Свидетелей Официальной Версии все никак не угомонятся, и продолжают морочить людям головы, уверяя, что 6 мая 1959 года из оврага с ручьем извлекли настоящего, настоящего, самого что ни на есть настоящего Семена Золотарева!
И я решил еще раз вернуться к этому вопросу, и еще раз, совсем коротко, привести доказательства, что чекисты во время своей инсценировки закопали в овраге вместо Семена Золотарева другого человека. Доказательства абсолютно неоспоримые и неопровержимые.
Татуировки на руках
У Золотарева не было на руках никаких татуировок. Об этом говорят все, кто знал его при жизни - его родственники, знакомые, его ученики в Лермонтово. Да и не тем человеком был Семен Золотарев - фронтовик, коммунист и немножко пижон, любивший внимание дам - чтобы разрисовывать себе обе руки такими дурацкими татуировками (см. ссылку ниже).
У человека, которого извлекли из оврага 6 мая и экспертизу которого 9 мая проводил Возрожденный, на обеих предплечьях рук и кисти правой руки татуировки были. И Возрожденный описал их коротко, но довольно точно (см. Фото 1-2 и ссылку выше):
(Лист 350 УД): "На тыле правой кисти у основания большого пальца татуировка "Гена". На тыле правого предплечья в средней трети татуировка с изображением "свеклы и букв + С", на тыле левого предплечья татуировка с изображением "Г.С" ДАЕРММУАЗУАЯ", пятиконечная звезда и буквы "С", букв Г+С+П = Д" и цифры 1921 год".
И эти татуировки на левом предплечье частично видны на фото "человека из морга" (см. ссылку ниже).
Естественно, Возрожденный не мог перепутать татуировки с надписями химическим карандашом - как это иногда утверждают гнусные советские врунишки, уверяя, что эти надписи Золотарев нарисовал себе на руке то ли по поводу своего дня рождения, то ли перед смертью, лежа на дне оврага под двухметровым слоем снега, чтобы передать какое-то "тайное зашифрованное сообщение" полковнику Ортюкову. И уж всяко он не стал бы на кисти правой руки писать имя "Гена" - пусть даже имя какой-то неизвестной своей возлюбленной Генриетты-Геночки, как опять же иногда уверяют советские врунишки.
Я, признаться, не понимаю, на кого рассчитан весь этот бред. Наверное, "совсем на дураков" (или на людей, которые плохо знают материалы УД и некоторые факты в этой истории). В Совдепии иногда делали татуировки на кисти руки со своим именем - и Гена, очевидно, и было именем того человека, которого чекисты закопали в овраге. И мне даже удалось "расшифровать" смысл и значение этих татуировок (см. ссылку ниже).
Коронки и зуб из белого металла
У человека, которого чекисты закопали в овраге и экспертизу которого проводил Возрожденный, были коронки и вставной зуб сверху "из белого металла". Из экспертизы Возрожденного:
Лист 350 УД: "Зубы ровные, белые. На верхней челюсти справа две коронки и зуб из белого металла, на нижней челюсти четыре коронки из белого металла".
А теперь посмотрим на прижизненное фото Золотарева из похода, на котором он широко улыбается (см. Фото 3 ниже):
Никаких коронок и зуба из "белого металла" я не вижу. Я специально взял цветное фото (окрашенное компьютерной программой), чтобы это было лучше видно, но можно посмотреть черно-белый оригинал, или посмотреть другие фото, на которых Золотарев улыбается и видны его зубы - результат будет тот же самый: никаких коронок и металлических зубов.
О чем-то подобном в 2009 году упомянул только Зиновьев (см. ссылку ниже):
"Что сказать о Золотареве? Это был загадочный для нас всех человек. До того как попасть в группу Игоря Дятлова, он, проработав несколько смен инструктором туризма на Коуровской турбазе, обратился к Сергею Согрину и попросился в нашу группу, собирающуюся идти в лыжный маршрут 3 (высшей) категории сложности по Приполярному Уралу.
Обычно мы собирались в частном доме родителей С. Согрина на улице Кирова, 18, расположенном рядом с ВИЗом. В один из дней подготовки к походу, когда мы сшивали из двух стандартных новую удлиненную брезентовую палатку на 10 человек, наподобие дятловской, а также делали печку с дымовой трубой, Сергей привел в комнату довольно непривычного человека с кавказской внешностью и представил: Семен Золотарев, просится в наш поход!
— Зовите меня просто, Саша, — сказал этот кавказский Семен, сверкнув фиксатыми зубами, что для нас тоже было непривычным".
"Фиксатые зубы" - это зубы с фиксами. А фиксы – это съемные золотые (реже - серебряные) коронки на зубах, термин появился в разговорной речи из советского уголовного жаргона от слова "фикс", что означает золото и вещи из золота. В преступной среде съемные золотые зубные коронки играли символическую роль. Фиксы – это неприкосновенный запас представителя уголовной среды обитания на случай возникновения чрезвычайной ситуации, когда наступает тяжесть бытия – отсутствие денег.
Но Золотарев, как известно, никакого отношения к советскому уголовно-тюремному миру не имел. И посмотрите еще раз на Фото 3 выше, уважаемые читатели. Видите ли вы там на зубах Золотарева какие-то "сверкающие при улыбке фиксы"? Может быть, Золотарев улыбнулся Зиновьеву как-то особенно, так что Зиновьев разглядел то, что никто больше разглядеть не может?
Загадочный и мутный Согрин
Но гораздо вероятнее, что эти фиксы у Золотарева Зиновьев просто придумал. Он ознакомился с экспертизой Возрожденного, прочитал, что у мнимого "Золотарева" были какие-то белые коронки, которые почему-то никто больше не видел, и придумал эту историю, что якобы при знакомстве с Золотаревым в доме Согрина он разглядел эти съемные фиксы. Вполне возможно, что у человека с татуировками, экспертизу которого проводил Возрожденный, такие фиксы были. Но у Золотарева-то они откуда взялись?
Проблема здесь в том, что сам Согрин про свое знакомство с Золотаревым говорит очень неохотно. А вторая проблема состоит в том, что, помимо Согрина и Зиновьева, никто из участников похода по Приполярному Уралу никакого Золотарева не помнит.
Вот что, например, ответил Рудольф Седов, когда ему задали вопрос про Золотарева:
"- Рудольф Владимирович, вместе с вами на Приполярный Урал должен был пойти Семен Золотарев. Он готовился к походу с вашей группой. Вы помните его?
- Я вообще его не помню. Хотя подготовка к походу и сборы были долгими. Мы собирались на квартире у Согрина.
- Так по воспоминаниям Согрина, Семен жил у него несколько дней.
- Правда? Я не знал этого. О Семене я впервые услышал после его похорон. Что, мол, был среди дятловцев инструктор Коуровской турбазы и он тоже погиб".
Замечу, что Рудольф Седов в 1959 году не был каким-то мальчиком-новичком, которого взяли в группу Согрина случайно - нет, он в то время уже был очень опытным спортсменом-туристом, а позднее, переехав в Магадан, также много ходил в походы, изучал снежные покровы местных гор, заслуженный мастер спорта России, мастер спорта международного класса, призер чемпионатов России по туризму.
И, конечно, он принимал участие во всех обсуждениях похода группы Согрина по Приполярному Уралу 1959 году - и эти обсуждения были долгими. Но вот никакого Золотарева он совершенно не помнит. Хотя наверняка бы запомнил нового человека, тем более, что тот заметно выделялся на фоне других студентов-туристов.
А вот что пишет об участии Золотарева в обсуждении похода группы Согрина по Приполярному Уралу сам Согрин в своей книге "Перевал Дятлова. О чем рассказали следы":
"В один из дней, когда мы готовились к походу у меня дома, появился симпатичный обаятельный мужчина среднего возраста. Из его рассказа мы поняли, что он профессиональный инструктор туризма и работает на туристских базах, в которые приезжают по профсоюзным путёвкам любители активного отдыха. Тогда такие туристские базы существовали по всей стране. Он уже имел опыт работы на Кавказе, Алтае, в Закарпатье. А сейчас заключил договор с Коуровской базой, что находилась под Свердловском. До начала сезона у него есть окно для повышения собственной квалификации и в конечном итоге выполнить нормы «Мастера спорта». На турбазе он этого сделать не мог, т.к. там практиковались походы максимум второй категории и то, если подбиралась такая группа. А на мастера ему нужны походы третьей категории. Потому он обратился в спортклуб УПИ. И ему подсказали, что стоит с этой просьбой встретиться с Согриным, который готовит поход на Приполярный Урал, именно нужной ему третьей категории.
Его намерения нам были вполне понятны. Человек уже не молодой. Не вечно же ему, как мальчику, водить группы. А для служебного роста его высокая квалификация не помешает. Тогда он мог бы претендовать на роль методиста, заведующего учебным процессом, а может и директора турбазы.
Подкупали его легкость в общении, спортивный вид. Чувствовалось, что это «свой» человек, единомышленник.
Мои ребята дали согласие принять его в состав нашей группы. Такой человек с опытом лишним не будет, тем более обузой".
То есть на включение Золотарева в группу "ребята дали согласие". А Рудольф Седов? Он почему-то никакого Золотарева не помнит. И что-то он не помнит, чтобы давал свое согласие на включение Золотарева в группу.
Может быть, Золотарев все-таки не принимал никакого участия в обсуждениях похода? Да нет, Согрин пишет, что принимал самое активное участие:
"Ему на вид было под 40 лет. Чтоб не дистанцироваться от нас молодых и не ставить себя в роль более старшего товарища, он сказал:
- Зовите меня просто Семён.
Так Семён Золотарёв стал членом нашей группы и активно включился в подготовку похода. Ночевал у меня дома. А когда ушёл в поход, его небольшой чемоданчик с вещами остался у меня. Из скромности ничего о себе не рассказывал. А как оказалось и выяснилось позже, ему было чем гордиться".
То, что Золотарев незадолго до похода - похода в группе Дятлова - действительно останавливался у Согрина (точнее сказать, в доме его родителей) - это правда. И Золотарев действительно оставил свои вещи в доме Согрина - позднее, эти вещи вернули матери Золотарева, и она даже написала об этом расписку (см. ссылку ниже).
Что также довольно странно: незнакомый человек, инструктор турбазы, переехавший в Свердловск из кавказского Лермонтова совсем недавно, попросился в поход с группой Согрина - и Согрин не только тут же согласился взять его в свою группу (хотя это был поход третьей, высшей, категории сложности, далеко не простой), но и тут же предложил этому незнакомому человеку пожить у него дома. И при этом Рудольф Седов не помнит ни Золотарева, ни того, чтобы он принимал какое-либо участие в обсуждении этого похода по Приполярному Уралу.
А потом, как уверяет Согрин, Золотарев попросился в другую группу - в группу Дятлова, и Дятлов не смог ему отказать:
"Но общаясь в институте с туристами, он узнал, что есть ещё одна группа, что собирается в поход третьей категории на Северный Урал менее протяженный и там есть свободное место. Он переговорил с Дятловым и тоже произвёл хорошее на него впечатление. Игорь не имел ничего против его участия, тем более что освободил место П.Бартоломей. Семён пришёл ко мне с извинением, что нарушает нашу договорённость.
- Но пойми меня правильно, - сказал он, - мне всё равно: Приполярный это Урал или Северный. Я не был ни там, ни там. Мне нужна третья категория маршрута, а у Дятлова он на 10 дней короче. Тогда я смогу до сезона съездить на Кавказ повидать маму.
На том мы и расстались".
Согрин здесь явно врет. Как врет и Зиновьев. И почему он врет - я уже объяснял ранее: Золотарева с самого начала собирались внедрить в группу Дятлова. Но поскольку сделать это напрямую было сложно (Игорь мог отказать, и это могло вызвать подозрения) - Золотарева внедрили в группу Дятлова через Согрина. Сначала какие-то "старшие товарищи" попросили Согрина (или его родителей) вписать Золотарева в свою группу. Чисто формально - и никакого участия в обсуждениях похода Согрина Золотарев не принимал (см. ссылку ниже).
А потом Согрин уже попросил Дятлова взять Золотарева в свою группу - все документы готовы, все в порядке, и Игорь не смог отказать Согрину и этим "товарищам". Как записано в "дневнике" Дубининой, "отказать - не откажешь":
"На сей раз было много очень новых песен, которые мы тянули с помощью инструктора Золотарева, идущим вместе с нами в поход. Этого Золотарева никто не хотел сначала брать, ибо человек он новый, но потом плюнули и взяли, ибо отказать - не откажешь".
Врал Согрин и кое-где еще - явно работая на "официальную версию" (как и Аксельрод). Поэтому я гораздо больше верю своим глазам, чем Согрину или Зиновьеву - и никаких "фиксов" или металлических коронок у Золотарева при его улыбке я не вижу.
Наконец, можно просто сравнить прижизненные фотографии Золотарева с фотографией "человека из морга". И об этом - далее.
Продолжение: