— Эй, пацан! Дай трубу глянуть! — раздался знакомый голос за спиной.
Я обернулся, сжимая в руке пакет с продуктами. Передо мной стояли двое: мой одноклассник Витёк и какой-то незнакомый парень постарше. Они ухмылялись, и что-то в их взглядах заставило меня насторожиться.
— Давай свою, — ответил я, стараясь казаться спокойным.
Мы обменялись телефонами. Мой любимый Sony Ericsson K530i оказался в руках у Витька, а мне досталась какая-то потрёпанная модель — тоже Sony Ericsson, но явно подешевле.
Это было в 2007 или 2008 году, мне тогда было лет 12-13. Обмениваться телефонами было обычным делом — так мы знакомились с новой техникой, изучали функции, сравнивали модели. Но сейчас что-то было не так.
Я стоял, рассматривая чужой телефон, когда услышал слова, от которых у меня похолодело внутри:
— Ну всё, понятно. Мне твоя трубка нравится, я её забираю.
Я уставился на Витька, не веря своим ушам. Он что, шутит?
— Ты чего? — возмутился я, пытаясь вернуть ему его телефон и забрать свой. — Давай меняться обратно.
Но Витёк лишь ухмыльнулся, переглянувшись со своим приятелем:
— А приведи доводы, что это твой телефон.
Я опешил. Какие ещё доводы? Я же сам достал его из кармана!
— Он мой, и всё тут, — упрямо повторил я.
— А может, ты его спёр? — парировал Витёк.
— Мне его тётя купила! — выпалил я, чувствуя, как закипаю от злости.
— Так это ж она купила, а не ты. Значит, он не твой, — рассмеялся Витёк.
Я попытался забрать свой Sony, но Витёк отмахнулся:
— Забирай себе мой, мне не жалко.
До меня начало доходить, что это не шутка. Они реально пытаются меня развести! Я почувствовал, как внутри всё клокочет от ярости. Хотелось бросить пакет с продуктами и врезать Витьку по его наглой роже. Но что-то меня удерживало. Может, то, что мы были знакомы? Или то, что нас могли увидеть прохожие?
Мы стояли на оживлённой улице, недалеко от патруля ППС, который периодически останавливал машины. Я продолжал спорить, пытаясь докричаться до совести этих двух балбесов. Моё возмущение, видимо, привлекло внимание патрульного.
И вдруг, словно из ниоткуда, за спинами Витька и его дружка появился милиционер. Он положил руки им на плечи и громко спросил:
— Что происходит?
Я до сих пор не понимаю, как ему удалось подойти так незаметно. Пацаны аж присели от неожиданности, их коленки задрожали.
— Они мой телефон отобрали и свою каку вместо него подсунули, — выпалил я, чувствуя облегчение от появления взрослого.
Витёк попытался всё отрицать, но милиционер заставил его вывернуть карманы.
Я видел, как лицо Витька сменило цвет с бледного на пунцово-красный. Он был явно напуган и раздосадован тем, что его план провалился. Милиционер строго посмотрел на парней:
— Ну-ка, быстро вернули человеку его вещь и пошли отсюда.
Витёк нехотя протянул мне мой Sony Ericsson. Я вернул ему его потрёпанный телефон, чувствуя смесь облегчения и злости.
Милиционер слегка подтолкнул парней, придавая им ускорения:
— Давайте, двигайте отсюда. И чтоб я вас больше не видел.
Потом он повернулся ко мне:
— А ты будь внимательнее к своим знакомым.
Я кивнул, всё ещё переваривая произошедшее. Милиционер похлопал меня по плечу и вернулся к своему посту.
Домой я шёл, крепко сжимая в руке свой телефон. В голове крутились мысли о предательстве, о том, как легко можно обмануться в людях. Но вместе с тем я чувствовал благодарность к тому неизвестному милиционеру, который вовремя вмешался.