Для современных нас 19 октября - день как день. Очередная суббота, хорошо. И ещё стоит вовсю сухая осень. Очень далёкая от тех людей, для кого стала эта дата навсегда особенной и неповторимой.
"Уже неделя, как открылся лицей, шум улёгся, а всё в головах суета. Занятия начались, но воспитанники ничего не слушают".
Оказывается, они были самыми обыкновенными мальчиками. По возрасту как нынешние шести- или семиклассники, которые школой отнюдь не одержимы. Но это у нас школа, а там-то Лицей, с большой буквы! В такой Лицей отбирать должны самых блистательных, тщательно просеивать сквозь интеллектуальное сито наиболее выдающихся. Ведь это будет первый, исторический выпуск. Ведь им с самим Пушкиным придётся учиться!
Но дело в том, что и Пушкин был тогда обыкновенный, ни стихами, ни бакенбардами не примечательный. Он и сам ещё не подозревал о том, что он Пушкин. В день накануне открытия он вместе со всеми азартно играл в снежки и, может быть, метко приложил Пущину, который тоже ещё не знал о том, что он Пущин.
Воспитанники первого, исторического, золотого набора с воплями и хохотом носились по саду: генерал за адмиралом, декабрист за канцлером, поэт за поэтом...
Обыкновенные, нормальные оболтусы. Они хотели бегать, прыгать через стулья, мериться силой и ловкостью, распевать песни, подначивать друг друга, а не сидеть на уроках. Дремлют, делают гримасы, всеобщее невнимание, лень - это всё про них, легендарных.
А они были живые. С великим трудом пробуждались в шесть утра, не хотели вылезать из-под одеяла на молитву - особенно зимой и поздней осенью. Зевали и маялись на первом уроке от семи до девяти, зато весьма охотно поглощали потом пышную белую булку с чаем. Казалось, что так будет всегда, как расписано: прогулка, чай, рисование или чистописание, повторение уроков...
"Дельвиг спит - в точном смысле сего слова, - записывал в дневнике свои наблюдения профессор Куницын. - Пушкин грызёт перо. Корф приличнее всех." Но в тот самый день, 19 октября, никто ещё не знал своей судьбы. Ни тихий Матюшкин, ни посмешище Кюхельбекер, ни самый из всех отпетый, которому всё трын-трава - Константин Карлович Данзас...
Иллюстрация: А.З. Иткин "Прогулка лицеистов в парке".