Об экономических последствиях коллективизации в СССР и об иллюзиях относительно судьбы фермеров в современной России

(Комментарии к научно-популярной статье – https://dzen.ru/a/Zw0UTHKlgg6zc_Sx – в виде двух заметно сокращенных отрывков из недавней, ещё не опубликованной научной работы.)

Коллективизация

Сплошная коллективизация началась с 1929 г. и в основном развернулась в 1930-1933 гг., объединив тогда в колхозы примерно 62% крестьянских дворов и 80% обрабатываемых площадей (Коллективизация, 2022).

Причина коллективизации – срыв поставок хлеба крестьянами по невыгодным для них ценам в рамках государственных закупок (к 1927 г. дефицит хлебозаготовок составил около 100 млн пудов). С 1928 г. государство принудительно выкупало у крестьян выявляемые «излишки» зерна по фиксированным ценам, но проблему снабжения городов хлебом это не решило (Данильченко, 2024, с. 22). С 1928 г. в некоторых городах СССР вводят карточную систему обеспечения хлебом, которая в 1929 г. распространяется по всей стране (Дударь, 2014, с. 1061).

Главная проблема коллективизации – она совпала с сильной засухой, что вызвало голод в деревне, от которого погибли миллионы.

Масштабы дезорганизации сельского хозяйства в ходе коллективизации были столь велики, что введённые перед ней карточки на продукты питания были отменены только в конце 1934 г., или через 5 лет, когда наконец относительно стабилизировалась ситуация со снабжением колхозами продуктами питания жителей городов. Для сравнения, введённая в годы Великой Отечественной войны карточная система в городах была отменена в конце 1947 г., через 2,5 года после войны (История Коммунистической партии …, 1976, с. 428, 530). То есть последствия коллективизации для обеспечения населения СССР продуктами питания оказались более тяжелыми, чем разруха после Великой Отечественной войны.

Однако предшествовавшая модель НЭПа с выкупом у крестьян зерна не только привела к продовольственному кризису накануне коллективизации, но и не смогла бы обеспечить выживания страны в условиях крупномасштабной войны, к которой готовился мир с начала 1930-х гг. Только колхозы, из которых государство получило возможность изымать продукцию сельского хозяйства без адекватной её оплаты, смогли обеспечить надёжность снабжения армии и городов в годы Великой Отечественной войны, что и стало залогом победы.

Фермерство

Ныне в России основные производители сельскохозяйственной продукции: сельскохозяйственные организации (ЗАО, ОАО, ООО, в основном возникшие на базе реорганизованных совхозов и колхозов), агрохолдинги, крестьянские (фермерские) хозяйства, личные подсобные хозяйства.

В 2006-2016 гг., в период между сельскохозяйственными переписями, численность фермерских хозяйств снизилась на 54%, и сокращения их числа наблюдались в 65% муниципалитетов России. В 2016 г. на 153000 сельских поселений приходилось 77 тысяч крестьянско-фермерских хозяйств с числом работников 367 тыс. человек (Муханова, 2020, с. 201-202).

Под названием «крестьянское (фермерское) хозяйство» в России ныне скрываются очень разные социально-экономические феномены с очень разными перспективами.

В 2016 г. 64,1% крестьянско-фермерских хозяйств использовали участки площадью до 100 га (владея ими или арендуя). Такие участки фермеры могли обработать сами, без найма работников, и на долю таких хозяйств приходилось 5,2% фермерских земель. Ещё 22,5% крестьянско-фермерских хозяйств использовали участки площадью от 100 до 500 га, которые они могли обрабатывать лично вместе с работниками, и на их долю приходилось 17,5% фермерских земель. Ещё примерно 13% хозяйств использовали от 500,1 га до 6 тыс. га земель, то есть около 77,3% фермерских земель, и их хозяева могли быть лишь организаторами сельскохозяйственного производства и сбыта продукции, а землю обрабатывали только наёмные работники. К последней категории, т.е. к особо крупным сельским предпринимателям, относились и те 1,5% так называемых фермеров, которые пользовались участками площадью более 3000 га, или примерно 33,1% фермерских земель.

Процессы разорения активно разворачиваются среди малых крестьянско-фермерских хозяйств, закрывающихся либо переходящих в категорию личных подсобных хозяйств. А среди крупных «фермерских» хозяйств в 2006-2016 гг. случаев ликвидации практически не было (Муханова, 2020, с. 207-208).