- Дайте посмотрю, как вы тут обжились? – сказала свекровь, бесцеремонно проталкиваясь в чуть приоткрытую дверь.
- Мама? Ты как тут?
- Как-как? Мимо ехали, решила – дай зайду, посмотрю, как молодые живут. Даааа….
Галина Никитична прямо в обуви прошла в дом, осматривая всё вокруг. На дворе стояло раннее воскресное утро. В соседском дворе орали петухи, и периодически с дороги доносился звук проезжающих автомобилей.
- Ну и сарай ты снял, сынок! – выдала женщина, скривив рот в недовольной гримасе. – Как молодая только терпит! О, а вот и Лизонька! – свекровь распахнула дверь в спальню, и невестка едва успела спрятаться под одеялом, натянув его до подбородка.
- Здравствуйте…. Галина Никитична… - почти заикаясь, поздоровалась девушка и тут же перевела взгляд на мужа, возникшего за спиной незваной гостьи. Спросонья Елизавета не поняла что происходит. Ей почудилось, что она снова в доме у родителей мужа, проспала ранний подъём. Но как только муж вскочил в комнату, с возмущением выталкивая мать обратно, девушка вспомнила, что они, наконец, переехали. Только вот покоя и в этом доме, очевидно не будет. Свекровь уже нашла их!
- Ты чего, мам? – возмущению Степана не было предела.
- Да ладно тебе! Чего тут такого! А что это вы просыпаетесь так поздно? Мы с отцом ещё до рассвета встали. Поросят покормили, кур, корову подоили. Сейчас вот в город на рынок съездим – часть овощей может быть удастся продать. Да и мяса немного взяли с собой. Вам не надо, кстати?
- У нас тут хозяйства нет – зачем нам так рано вставать?
- Вон как тебя городская жизнь изменила! Совсем уже родное село не помнишь. А раньше с отцом поднимался ни свет ни заря, шли сначала на ферму за инструментом, а потом в поле – убирать. Не помнишь уже?
- Помню-помню, - недовольно отозвался сын, желая поскорее избавиться от назойливой родительницы.
- Ты как в армию ушёл, так, считай, обратно и не возвращался. А чего это тебя, кстати, армия порядку не научила? А как же подъём?
- Мама, я уже давно отслужил. К чему этот вопрос? Сегодня выходной и мы с Лизой хотим выспаться перед рабочей неделей!
- Ишь ты! Нежные какие стали! Чай, консультантом в автосалоне работать – не в поле пахать и не скотину обслуживать! Много сил и ума не надо – бери, да продавай!
- Мама, перестань! У меня хорошо оплачиваемая и стабильная работа!
- Ну да… А жена-то твоя?
- Хватит!
- Ну, ладно-ладно…. – заворчала женщина. – Вот так всё и проспите. Знаешь, как говорят: кто рано встаёт, тому…
- Знаю, мама! Отец тебя уже, наверное, заждался? Ты ведь только на минуточку зашла? – настойчиво провожая мать к выходу, спросил Степан. – Вы, ведь, на рынок не успеете – весь народ по домам разойдётся!
- Ой, это ты прав, сынок! Лучше мы к вам после заедем!
- Не надо, мама! Мы сами скоро приедем к вам в гости!
- Вот ты пообещал, и мы с отцом теперь будем ждать! Поймала тебя на слове, как говорится!
За покосившимся забором с хлипкой калиткой нервно посигналил автомобиль.
- Бегу! Бегу уже! Толенька. Что ты так нервничаешь! Я же должна была детей проведать! – закричала Галина Никитична мужу. – И ты мог бы зайти. А то всё от своей баранки не отрываешься!
- Они только два дня как съехали, Галя! Оставь их в покое! – проворчал Анатолий Осипович, по-мужски махнув сыну в знак приветствия. – Ну, поехали! А то мясо пропадёт!
Когда родительская машина скрылась из виду, Степан выдохнул и закрыл дверь изнутри на все замки, которые в ней имелись. Он не ожидал, что мать заявится. Просто вышел умыться холодной водой с рукомойника, висящего на улице, и оставил дверь приоткрытой.
Они с Лизой недавно поженились. Вообще свадьба была довольно неожиданной для них двоих. Он был знаком с Елизаветой около семи лет – с самого ВУЗа. Они закончили разные факультеты в один год. Познакомились в общей компании, и сошлись в интересах – с тех пор и общались. Но это была дружба – настоящая, искренняя. Степан относился к девушке, как к сестре. Она тоже никогда не выказывала к нему никаких других чувств, и даже пыталась встречаться с какими-то парнями. Всё бы так и было, если бы на очередной студенческой сходке изрядно подвыпившие парни со старшего курса не начали отпускать всякие скабрезные шутки в адрес Лизы.
Степан тоже был подвыпивший. Весь вечер он сидел в дальнем углу, наблюдая за подругой, и боролся с внезапно нахлынувшими пьяными чувствами. Лиза ему нравилась, и тогда ему вдруг показалось, что она особенно милая – раскрасневшиеся щёчки, алые губы, русые волосы, собранные в высокий хвост. Она болтала с девчонками, периодически отпивая из бокала, и весело хохотала.
И тут вдруг толпа этих упырей. На Лизином личике отразилась обида и недовольство. Степан решил, что должен вступиться за подругу и полез махать кулаками. Надо сказать, что выглядел он внушительно, и даже будучи пьяным, не растерялся, показав на одном из обидчиков парочку приёмов. Остальные решили, что им такая разминка не нужна, и смылись, кто куда, трезвея по дороге. Степан гордился, что служба в армии прошла не даром. Девочки, с которыми сидела Лиза с восхищением в глазах, облепили героя того вечера. А виновница разборок, только тряхнула высоким хвостом.
К тому моменту как все начали расходиться, Степан уже почти полностью протрезвел. А Лиза наоборот плохо владела своим телом, и он вызвался проводить её до общежития, поскольку сам тоже жил там, только этажом ниже. Задание было не из лёгких. Времени было за полночь и злобная коменда не пустила бы их ни под каким предлогом – а тем более пьяных. По дороге домой Лиза уснула. Степану едва удалось её растолкать, чтобы вытащить из такси.
Лиза жила на втором этаже в комнате на углу. Чтобы добраться до неё в обход коменданта, нужно было залезть по пожарной лестнице. Пьяной девушке это оказалось не под силу. Так что парню пришлось тащить её к себе. Сосед по комнате как раз посреди семестра укатил к родителям – дома что-то приключилось. Так что соседняя кровать была свободна. Они залезли через окно пустовавшей рядом комнаты, с которой по какой-то причине, были сняты решётки. Видимо, поэтому туда никого не заселяли. Но для хитрых студентов эта комната давно служила персональным входом в общежитие на случай ночных гулянок.
Добравшись до вожделенного ложа, они так и уснули – оба в одежде, на разных кроватях, спрятавшись с головой под одеялом. Когда на следующее утро девушка проснулась, то пришла в ужас. Она не помнила ровным счётом ничего с того самого момента как Степан подрался со старшекурсниками. Ей было стыдно за своё поведение и то состояние, в котором друг её видел, поэтому она сбежала в свою комнату до того как парень проснулся.
Тот случай стал отправной точкой в их отношениях, поскольку через некоторое время молодые люди поняли, что влюбились. Несколько лет они встречались, и однажды в порыве нежных чувств, Степан сделал Лизе предложение – вот так, просто, сидя на диване за просмотром фильма, без кольца и без всякой торжественности. И Лиза согласилась.
Степан сам не знал, зачем ляпнул заветные слова. Но Лиза была счастлива, и в конце концов он не пожалел. Ведь и правда столько лет он не смотрел ни на кого кроме неё. Лиза была хорошей хозяйкой и надёжным другом. Они отлично ладили и нескучно проводили совместное время. Самое главное – девушка отлично готовила. Что ещё нужно для семейного счастья? Оба они устроились на неплохую работу. Всё было хорошо, пока хозяин съёмной квартиры в городе не поднял цену до небес. Даже их зарплаты с новой расценкой не хватало на то, чтобы жить спокойно, не считая каждую копейку. Молодым людям пришлось взять отпуск, чтобы уладить жилищные проблемы, а заодно и отдохнуть. Вот тут-то и произошло тесное знакомство Лизы с родителями мужа.
До этого Лиза видела их всего пару раз. Совсем недолго, когда они приезжали к сыну, чтобы проведать его ещё до свадьбы. На неё тогда никто не обратил особого внимания. Да и Лиза отнеслась к ним равнодушно, так как не задумывалась о том, что эти люди могут стать её родственниками. Мать Степана показалась ей очень навязчивой и слишком активной. А отец – хороший, спокойный человек. Он всё время пытался как-то урезонить свою жену, но та, не обращая на него особого внимания, всё равно тарахтела без умолку и крутилась как юла. Потому Анатолий Осипович только недовольно потирал жесткие поседевшие усы, кидая на неё неодобрительные взгляды.
Второй раз Лизе удалось пообщаться с ними на свадьбе. Но один день пребывания родителей в этот волнительный день не дал ей полного представления картины. Девушке показалось, что мать мужа просто взволнована этим событием. Да и всматриваться в новоиспечённых родственников было особенно некогда. После церемонии у них была маленькая фотосессия. Потом – застолье. Родители мужа сидели довольно далеко от неё. Да и Лиза была увлечена супругом и радостью, которую они разделили вдвоём, чтобы замечать какие-то мелочи. За то после двух недель проживания под одной крышей с Галиной Никитичной девушка была готова переехать хоть в избушку на курьих ножках – лишь бы подальше от свекрови.
- У вас же и медового месяца не было! – радостно встретила она молодых, когда они приехали в село. Эту идею предложила сама Лиза.
Муж сначала отнекивался, но потом, подумав, согласился. Деваться в ближайшее время им было некуда. Пришлось взять свои нехитрые пожитки. Благо они не успели обрасти мебелью и техникой за время своего проживания на съёмной квартире, как делают многие семьи.
- Это всего на две недели, мама! – предупредил Степан, затаскивая объёмные чемоданы в коридор.
Лизе казалось, что отдых в деревне пойдёт им на пользу. Всё-таки, чистый воздух, тишина, домашние продукты. Они не планировали сидеть у родителей на шее, но ничего плохого в том, чтобы несколько недель подальше от города, не видели. Степан планировал помочь по хозяйству, Лиза тоже рада была занять себя чем-то кардинально отличающимся от её работы на ресепшене. В конце концов, они оба устали от общения с людьми. Нужно было взять паузу.
Когда в первое же утро свекровь радостным горном ворвалась в выделенную им с мужем комнату, едва солнечные лучи озарили верхушки деревьев, девушка даже обрадовалась. Однако муж недовольно вытолкал мать за дверь, попросив больше так не делать. Елизавета же не нашла в этом ничего плохого. Она радостно соскочила с кровати и принялась приводить себя в порядок. Степан недовольно покосился на неё.
- Что? – непонимающе спросила она.
- Зря ты соскочила. Ты просто не представляешь, на что способна моя мать. Не стоит так близко подпускать её к себе, - предостерегающе ответил он.
- Что в этом плохого? Я же не могу лежать в кровати в то время как она уже во всю работает по хозяйству!
- Зря…
Муж напялил на себя мятую футболку, и не спеша поволокся вниз, в кухню, где на столе уже стоял завтрак.
Обежав вместе со свекровью всю скотину, раздав ей еды и выбрав всю грязную подстилку, Галина Никитична бодрым шагом отправилась на огород. Невестка – следом за ней.
- Лиза, пойди передохни. А то завтра не встанешь! – позвал её муж.
- Сейчас! Только с огородом помогу немного! – бодро отозвалась жена, рассматривая инструменты, которые не особо были ей известны.
- У тебя завтра всё тело будет ломить!
- Не будет!
И Лиза принялась выполнять поручения свекрови, которая совершенно не пеклась о здоровье и самочувствии невестки.
- Пусть, пусть поработает немного! А то сидит там в своём городе, и не знает каким трудом всё что в магазинах на полках лежит, простым людям достаётся! – сказала Галина Никитична своему мужу вечером.
- Зря ты так, Галя! Девочка неплохая, а ты её сразу в оборот. Она, ведь, не будет никогда в селе жить! Дай ей отдохнуть спокойно, - ответил Анатолий Осипович.
- Вот ещё! Раз приехала – пусть работает как положено! А то зачем она ещё нужна тут, такая принцесса!
- Ты не права, Галя! – настаивал муж на своём, но женщина только отмахнулась и пошла на кухню, печь блины.
Как Степан и предвидела. На следующий день Лиза лежала с болью во всём теле. У неё даже поднялась температура. Свекровь, снова бесцеремонно ворвавшись в комнату к молодым, посмотрела на гостью, скривив губы.
- Ненадолго тебя хватило, голубушка! Что ты за женщина такая, если от работы по дому с температурой слегла? – и она ушла выполнять свои привычные обязанности, а Степан принялся хлопотать вокруг жены.
Лиза храбрилась, чтобы не показаться слабой перед мужем и свекром. Но они понимающе отнеслись к её самочувствию, и жалели её. А вот свекровь не испытывала ни капли жалости к своей невестке. К вечеру Лизу начало немного отпускать. Температура чуть понизилась, но боль в мышцах была просто невыносимой. Девушка буквально не могла поднять кружку с разведённым в кипятке малиновым вареньем – этим нехитрым подобием компота Степан и отпаивал её целый день.
- Ну и жену ты себе выбрал! Просто какое-то подобие женщины! – смешливо комментировала Галина Никитична, проходя мимо невестки. – Это же надо было – из чахлых дохлую найти!
- Перестань, пожалуйста! – шипел не неё сын, но женщину его негодование не пугало.
- Поди на кухню, да принеси своей принцессе блинов с мёдом. Может хоть поест в первый раз в жизни нормально!
Елизавете было ужасно неудобно перед свекровью, но, в то же время, и обидно, что она так о ней отзывается. Уже на следующий день девушка попыталась снова помочь свекрови по хозяйству.
- Нет, уж! Иди отсюда! – грубо отшила она невестку. – Уже напомогалась – с тебя достаточно. А то ещё помрёшь тут, а я виновата останусь.
Лиза обиделась.
- Не обращай внимания, - спокойно сказал Степан и забрал жену на прогулку по ровной местности.
- Мама прекрасно знала, что тебе станет плохо, но всё равно заставила работать, - недовольно сказал муж, когда они отошли о дома.
- Но она не заставляла. Я сама с удовольствием помогала!
Лизе обвинения Степана казались совсем уж выдумкой.
- Какая ты у меня наивная! – обнял он жену, и они продолжили прогулку.
Елизавета только на четвёртый день пребывания в доме родителей мужа начала понимать, что он прав. Для Галины Никитичны просто не существовало личных границ. Утром, когда Лиза была в душе, замок на двери вдруг провернулся в обратную сторону, и дверь распахнулась. Бедная девушка, не зная, куда себя деть, спряталась за занавеску.
- Тут занято! – попыталась заявить она о своём присутствии, но её перебил голос свекрови, вплывающей в помещение:
- Я знаю, чего разоралась? Мне тут ведро взять надо, чтобы навоз с крыльца смыть!
Спокойно продефилировав по ванной комнате, Галина Никитична выудила ведро из самого её угла, и также спокойно удалилась, едва прикрыв за собой дверь. Елизавета была ошеломлена. Вернувшись с водных процедур в комнату к мужу, она была сама не своя.
- Что случилось? – спросил Степан, и жена рассказала ему свою странную историю. Муж слушал, и лицо его ожесточалось.
- Ты понимаешь, я ведь закрыла дверь на замок! А мама, она, получается. Выкрутила его с той стороны. Там же на всякий случай такая резьба есть…. – Лиза осеклась. – Прости. Я не хотела жаловаться. Просто это было так неожиданно….
Девушка побоялась, что мужу не понравится то, что она рассказывает о его матери, но он был спокоен:
- Я скажу ей, чтобы она так больше не делала!
Лиза чмокнула мужа в щёку.
- Если я приготовлю наш с тобой любимый омлет, ты будешь его есть? – спросила она, улыбаясь.
- О, да! Я по нему уже соскучился! – с радостью отозвался Степан, и Лиза спустилась в кухню, чтобы состряпать завтрак.
Едва она начала смешивать необходимые ингредиенты, как на кухне появилась Галина Никитична.
- Надеюсь, я вам не помешаю? – спросила невестка.
- Нет, делай себе, что ты там делаешь, - махнула рукой хозяйка дома.
- Это омлет по особому рецепту. Стёпа его очень любит! – решила похвастаться Лиза.
- Небось, на каком-нибудь носорожьем молоке?
- Нет! – засмеялась Лиза. – Я люблю простую еду. Вот и омлет максимально простой.
- Ну, делай-делай, - покровительственным тоном разрешила женщина, и встала у плиты, заняв всю поверхность.
Лиза подождала, надеясь, что свекровь сейчас закончит свои дела, и она, наконец, сможет приготовить завтрак, но та и не думала двигаться с места. Все четыре конфорки оказались заняты вместительными кастрюлями и сковородами.
- Галина Никитична, можно я ненадолго займу одну конфорку?
- Зачем это?
- Как зачем? Я же омлет делаю!
- Да кому твой омлет нужен? Я сейчас чебуреков быстро налеплю и будет всем завтрак. Тесто уже готово!
- Галина Никитична, но мы со Степаном хотели…
- Дай мужику нормально поесть! Ты же его дома, небось, голодом заморила. Подождёт твой омлЭт! – перебила её свекровь, кидая изделие в кипящее масло.
Лиза расстроено оставила миску на краю кухонной стенки и ушла, совершенно растерянная.
- Только продукты перевела! – пробормотала свекровь, вываливая содержимое миски в мусорное ведро.
Лизе захотелось плакать. Какая же странная женщина её свекровь! Просто удивительно, что Анатолий Осипович с ней до сих пор живёт. Она ведь всё время всех обижает!
- Да у тебя глаза на мокром месте! – воскликнул Степан, спустившийся из комнаты. – Что случилось? Ты обожглась?
Елизавета отрицательно помотала головой.
- Тогда что не так? А где омлет? Я думал, он уже готов, - мужчина принюхался. – Этот запах не похож на омлет!
Не выдержав, жена разревелась. Они вышли в сад.
- Ну же! Рассказывай, что стряслось!
- Просто обидно! Я хотела приготовить…а Галина Никитична…. Она всю миску прямо сразу… в мусорник…. Да там и плита вся занята – она к ней даже не подпустила, - скомкано пожаловалась Лиза.
- Я понял! – ответил Степан и скрылся в комнате.
Лиза почувствовала укол совести. Ей не хотелось становиться причиной ссоры матери и сына. Но муж вернулся обратно спокойный, и от души у неё отлегло.
- Пойдём! Посидим в саду. Раз мама решила готовить на всех, значит, мы отдохнём. В конце концов, мы за этим сюда и приехали! – сказал он. – Давай посмотрим жильё.
И супруги полезли в интернет выбирать объявления, которые могли их заинтересовать.
По правде говоря, Лиза не любила чебуреки с детства. Когда-то давно она съела один, гуляя в парке с отцом. Они тогда проголодались и заглянули в кафе. Через некоторое время после обеда ей стало плохо, и девочку увезли по скорой в детскую инфекционную больницу. Те несколько дней, что она там провела, вспоминались ей с трудом. Она была почти без сознания – всё время спала, потому что до этого потеряла много жидкости. У неё была высокая температура, и врачи бесконечно ставили ей капельницы.
То отравление крепко засело в памяти, и теперь каждый раз при виде чебуреков Лизе как будто бы снова становилось так же плохо. Но сейчас она взяла себя в руки и решила побороть давнее отвращение. В конце концов, некрасиво отказываться от завтрака. Свекровь может обидеться, а Лизе хотелось построить с ней человеческие отношения. После внепланово плотного завтрака Лиза заметила, что её тошнит, но не придала этому особого значения, наоборот стараясь отвлечься. Чего только не сделаешь ради сохранения тёплых отношений в семье!
Однако мирный настрой и доброжелательность вмиг улетучились, когда на следующий день Лиза обнаружила пропажу своего палантина. Вечером, сидя в саду, девушка куталась в него, а теперь нигде не могла найти. Обходя дом в третий раз, Лиза решила поинтересоваться у свекрови, не видела ли она пропажу.
- Понятия не имею что такое палантин и какой он из себя! – заявила она, выжимая тряпку после мытья полов.
Лиза не сразу признала в почерневшей от воды и грязи ткани дорогую сердцу вещь.
- Галина Никитична! Так вот же он! Как он туда попал? – с горечью в голосе воскликнула Лиза.
- Вот эта тряпка – и есть твой палакин?
- Палантин, - поправила Елизавета. – Галина Никитична, верните мне его назад! Мне его мама подарила!
- Тюююю! На, забирай свою тряпку! А я смотрю – валяется под скамейкой, никому не нужна. Чего добру пропадать! Ткань хорошая, я его и пристроила тут же! – нисколько не смутившись, отозвалась она.
Лиза с ужасом развернула мятую ткань. Хлорка выела на платке белёсые пятна. Он весь был в мусоре и шерсти. Отмывая его в ванной, девушка едва не плакала. Было очевидно, что вещь не случайно была приспособлена для грязной работы. Это свекровь показывает своё отношение к невестке, стараясь её унизить.
Задумка с отдыхом явно провалилась. Супруги лихорадочно пытались найти жильё, но цены кусались, или квартиры были убитые. Выбрав несколько вариантов, Степан и Лиза поехали в город, чтобы посмотреть жильё лично. Почти все варианты были в ужасном состоянии за весьма нескромную цену. Отчаявшись, на обратном пути они остановились за городом. Тут ещё теплилась цивилизация, хотя до работы нужно было добираться не меньше сорока минут. На окраине стоял старенький домик, с виду абсолютно не жилой. Присмотревшись, супруги увидели табличку об аренде, и решили взглянуть, скорее из любопытства.
Конечно, условия были не сказочными. Раковина в помещении, служившем ванной комнатой, не работала, поэтому нужно было пользоваться дачным рукомойником. Всё было несколько обветшалым, потёртым, но достаточно уютным.
- Как из бабушкиных сказок! – умилённо вздохнула Лиза, которой сейчас любой сарай без свекрови казался султанскими палатами.
Цена была очень низкой, и супруги решили, что это подходящий вариант на ближайшее время.
- А к зиме постараемся что-то поприличнее в городе найти, - сказал Степан, целуя жену в макушку.
Так они и переехали в домик на окраине города. Неожиданный визит свекрови заставил Лизу нервничать. Ей абсолютно не хотелось снова пережить все те унижения, которые она пережила за минувшие две недели. Но Степан сделал всё, чтобы мать оставила их в покое, и на некоторое время они забыли о неприятных инцидентах.
Отпуск закончился, молодые люди вернулись на работу, и всё пошло своим чередом. Спустя некоторое время, у Лизы снова появилась тошнота по утрам.
- Странно, - сказала она мужу. – Вроде бы маминых чебуреков мы не ели, а чувствую я себя нехорошо.
- Может быть, стоит сходить к врачу? – встревожено спросил Степан.
Тем же вечером Лиза узнала, что беременна. Муж радовался так, что едва не развалил домик, прыгая по нему, как ребёнок.
- Нам нужно подыскать хорошее жильё, - сказала Лиза, поглаживая свой пока ещё плоский живот. – А ещё надо родителям сказать!
Родители девушки жили в другом городе, но когда узнали новость, их радость ощущалась даже через километры.
- Доченька! Как же это хорошо! Какая радость! Наконец-то у нас будут внуки! – радовались родители.
- Может быть, вы сюда пока переедете, чтобы мы первое время помогли? – предложил отец.
- Мы бы с радостью, Максим Андреевич. Но тут, ведь, работа. Семью ведь тоже содержать надо, - ответил Степан, испытывая благодарность родителям Лизы за поддержку.
- Ты прав! Но если что-то будет нужно, вы нам сразу сообщите!
Узнав новость, Галина Никитична отреагировала в своём духе.
- Ты глянь! Такая дохлая, а понесла!
- Мама! – прошипел в трубку Степан, который уже пожалел о том, что всё-таки решил сказать своим родителям о беременности жены.
- Что ты мамкаешь? Хоть бы ребёночек здоровым родился! А ты там вообще присмотрись!
- Что ты имеешь в виду? – переспросил сын.
- Да что тут можно иметь? Она у тебя та ещё цаца. Небось, когда вы в городе жили, дома не сидела, борщ не варила, а с подружками гулять ходила?
- Ну, ходила иногда. А что тут плохого?
- Оооо, я смотрю, сын, ты у меня совсем глупым вырос!
- Так, всё! Давай закончим этот бессмысленный разговор! – попытался остановить мать Степан.
- А я тебе говорю – как ребёночек родится, надо проверить, твой он или нет!
Не в силах больше слушать весь этот бред, молодой человек бросил трубку. Степан хорошо знал свою мать. До того момента как он ушёл в армию, а потом – учиться, она и ему покоя не давала. Всегда была чем-нибудь недовольна. Но сейчас он просто не понимал, почему мать взъелась на невестку. Лиза слова ей плохого не сказала. Наоборот, всё время старалась угодить, помочь, поддержать, найти общий язык. Но, видимо, мать стоит держать на расстоянии, как и прежде.
Такой вывод молодой человек сделал для себя, и решил продолжать ему следовать. Как только подвернулся хороший вариант, супруги переселились поближе к центру – оттуда до работы Лизы было всего пятнадцать минут. До работы Степана – двадцать. Оптимально, чтобы не тратить слишком много времени на дорогу, и успевать проводить приятные вечера вдвоём.
Решив защищать свою семью, Степан сообщил новый адрес только отцу, зная привычку матери возникать из неоткуда, когда её не ждёшь. Но секрет продержался не долго. Встретившись после работы и возвращаясь домой, у подъезда одним из вечеров супруги встретила Галину Никитичну.
- Мама?
- Ну, привет, дорогие! А я уж думала, что не найду, где вы теперь живёте. Хорошо хоть люди подсказали!
- Уже так поздно! Как ты тут оказалась?
- Молоко домашнее клиентам отвозила. Отец со мной не поехал – тут же быстро. Туда-сюда по городу. Да и ничего такого! Я сама справляюсь. Видишь, права иногда пригождаются!
- Да уж, вижу! Как только ты теперь назад поедешь? Уже так темно!
- А я и не поеду. У вас переночую! – заявила свекровь, и Лиза тяжело вздохнула. Но, не выгонять же мать, на ночь глядя. Тем более что водитель из неё не первоклассный. А по темноте ехать до самого села страшновато.
Оказавшись в квартире, свекровь, как и в прошлый раз, обошла всё что можно и заглянула даже туда, куда нельзя.
- Ну, эта квартирка, конечно, получше, чем тот курятник, - констатировала она. – Но могли бы и побольше что-нибудь снять!
- Побольше – подороже. А нам и так хорошо. Зачем нам лишние комнаты? – возразил Степан.
- Как это, заем? А гости?
- К нам гости не ходят, - тихо сказала Лиза.
- А родители вам, значит, не гости?
- Почему же?
Свекровь не ответила. Супруги постелили ей на широком разборном диване в зале.
- А мне у вас тут понравилось! – заявила Галина Никитична с утра. – Пожалуй, я останусь погостить на пару дней. Вы, ведь, не против?
- А как же хозяйство, мама? – спросил Степан, явно недовольный принятым решением. Впереди была рабочая неделя, и развлекать мать днём будет некому. Лиза ещё не могла уйти в декрет, так что тоже работала.
- Отец справится! К тому же, вы у нас отдыхали – теперь моя очередь! Я хочу хоть ненадолго забыть о своих домашних обязанностях и пожить городской жизнью. Интересно, какая она?
Спорить было бесполезно, и Галина Никитична осталась.
Как Степан и предполагал, с этого эксперимента не получилось ничего хорошего. В первый же день, вернувшись домой, супруги обнаружили, что в квартире всё переставлено по-своему. На плите шкворчала привычная для свекрови обильная, жирная еда. Запах чебуреков было слышно ещё на подходе к дому, и Лиза, которая мучилась токсикозом, едва смогла сдержаться.
- Мама, я тебе в прошлый раз говорил, что мы не едим чебуреки! – воскликнул Степан, распахивая все окна настежь, чтобы поскорее выветрить аромат.
- Ой, расскажи мне ещё! Я-то знаю, как ты их за обе щеки уминал раньше. Это ты жене своей рассказывай, что не любишь!
- Раньше любил, но теперь нет! Ты могла спросить у нас. Готовить вообще не нужно было – у нас полный холодильник еды!
- Да видела я вашу еду. Суп на воде и какие-то странные котлетки, не пойми с чего!
- Рыбные, мама!
- Я всё это выкинула. Разве таким можно питаться? Ты же, ведь, голодным целый день ходишь, - продолжила Галина Никитична, не отходя от плиты.
- У нас рядом с офисом приличное кафе!
- То-то и оно! Всё по забегаловкам куски сшибаешь, а еды домашней не видишь. Так что садись за стол – поешь нормально.
- Я не буду! – упёрся сын.
- Ну, не хочешь жену свою обидеть – так и скажи! Я тебе тогда с собой на работу заверну, там съешь. Она-то, понятное дело, готовить не умеет….
- Мама, ещё одно слово про Лизу, и…
- Ладно-ладно! Чайник пойди поставь!
Лиза слушала этот диалог, прячась в спальне. Сейчас она поняла, что свекровь никогда не станет относиться к ней лучше, как бы ей не хотелось. Радовало то, что Стёпа защищал её. Он нервов начало тянуть низ живота.
- С тобой всё в порядке? – взволновано спросил муж, увидев позеленевшее лицо Лизы.
- Немного тянет. Наверное, надо отдохнуть.
- Ложись, дорогая. Чего тебе принести? Чебуреки не буду! Пусть мама сама их ест.
- Что же ты мне принесёшь, если она всё выбросила? – слабо улыбнувшись спросила жена.
- Я сейчас в магазин сбегаю. Чего тебе купить?
- Купи пряников и хлопья с молоком на завтра, - попросила Елизавета. – Я сейчас немного и приберусь в доме.
- Не надо! Лежи!
Семён выскочил в магазин, а Лиза осталась слушать, как в кухне бойко бряцает поварёшками свекровь. Эта женщина была поистине ужасна. Для неё не существовало ничего святого, кроме её собственного мнения. Разве можно так? Вот, когда у них со Степаном родится малыш, они не станут так с ним обращаться. Они будут уважать его как личность. Лиза поклялась сама себе, что когда их дети вырастут, она не станет такой свекровью, как Галина Никитична.
Лиза стала вспоминать, как её родители всегда относились к ней и старшему брату. Они любили Мишу и Лизу одинаково. Оксана Евгеньевна всегда была ласковой и тактичной. Она даже ругалась не страшно, и Лиза всегда чувствовала себя в безопасности рядом с матерью. Отец, конечно, как и полагалось, был чуть по строже. Он обладал безусловным авторитетом. Ослушаться отца – это было как предательство. Если папа что-то не одобрял, то ни Лиза, ни Михаил, уже не могли поступить против его мнения. Но Максим Андреевич этим никогда не злоупотреблял. Он вообще был мудрым человеком. Мать часто обращалась к нему за советом, когда в чём-то сомневалась, и дети со временем переняли этот пример.
Задумавшись, Елизавета начала засыпать. В последнее время её клонило в сон даже не работе. Это странное состояние не очень ей нравилось, так как девушка привыкла к активному образу жизни, но ничего не могла с этим поделать. Скрутившись под пледом на не разобранной кровати, она прикрыла глаза и прислушивалась, в ожидании мужа. Сон подкрадывался сам собой.
- А где Степан делся? – громко спросила свекровь. Она распахнула дверь и включила свет. – О! Да ты тут спать улеглась! Скажите, пожалуйста! Целый день на работе просидела, ничего не делала – очень уж утомилась!
- Степан вышел в магазин, - игнорируя последующее высказывание ответила Лиза, и поднялась с кровати.
- Ещё и в магазин его погнала! Совсем совести нет. Уж он-то побольше тебя работает – целый день на ногах стоит! – Лиза поняла, что в отсутствие мужа свекровь решила нападать открыто.
- Что вы хотите от меня? Зачем вы вообще сюда приехали? – наконец набравшись смелости спросила девушка, в упор глядя на женщину.
- Чтобы ты сына моего оставила в покое!
- Очень интересно! Что же вы до свадьбы ничего не предприняли? – язвительно спросила Лиза.
- Да потому что Степан в последний момент нам об этом сообщил! Знала бы, давно тебя изжила. А так – жил он с тобой, да и жил! Мало ли до тебя девок было!
- Ах, вот как?
- Да что я с тобой тут разговариваю? Пойду, доготовлю. Ты всё рано долго не продержишься. Поди, ещё не разродишься!
- Да как вы смеете такое говорить! – воскликнула Елизавета, не веря своим ушам. – Вы же тоже женщина! Вы тоже ребёнка носили, и рожали!
- Ты меня с собой не равняй, хилячка! Я, знаешь, сколько всего в жизни видела, и сколько умею? Тебе и не снилось. Сопля городская!
- Да вы только обижать всех умеете, вот и все ваши таланты! – окончательно разнервничалась девушка.
Тут домой вернулся Степан. Лиза была на грани. Галина Никитична, как ни в чём не бывало, продолжила крутиться на кухне, фальшиво напевая какую-то песенку.
- Вот, я всё принёс, как ты просила! – Степан с собачьей преданностью смотрел на жену, но её лицо было омрачено какой-то странной смесью эмоций. – Что произошло, пока меня не было?
- Твоя жена от беременности совсем как собака стала! Кидается на меня! – первой ответила свекровь.- Говорит, чтобы я домой возвращалась. На ночь глядя!
- Но теперь уже поздно ехать. Давай, ты уедешь завтра с утра, мама, - возразил Степан.
- Я о том и пытаюсь ей сказать, а она стоит на своём!
- Лиза?
- Ничего подобного не было! – взорвалась от несправедливости девушка. – Но если уж на то пошло, то я действительно хочу, чтобы твоя мать убралась отсюда куда подальше! Такого желчного человека я ещё не встречала на своём пути.
Кое-как заставив жену успокоиться, Степан, в полном не понимании того что произошло, попросил мать, чтобы завтра она вернулась домой.
- Лизе нельзя нервничать! Она же беременная!
- Хорошо-хорошо, сынок. Завра и уеду.
Но наступило завтра, а затем послезавтра, а Галина Никитична продолжала хозяйничать дома, каждый раз затевая то уборку, то готовку допоздна, а потом ссылаясь на то, что по ночной дороге ехать страшно.
- Я так больше не могу! Сегодня отпросилась с работы и поехала к врачу. Он сказал, что если я так буду нервничать, то случится выкидыш! – сообщила Лиза мужу.
- Я постараюсь сегодня же увезти мать обратно! – пламенно пообещал Степан, но жена только криво усмехнулась.
- Ты не понял. Она хочет, чтобы мы с тобой расстались – так мне и сказала. Так что вряд ли тебе это удастся. Она нам жизни не даст.
Лиза была права. Галина Николаевна и на следующий день никуда не уехала. Поэтому девушка приняла решение, о котором решила не сообщать ни мужу, ни свекрови. Она была злой и нервной. Обида на свекровь постепенно превращалась в обиду на мужа, который ничего не мог сделать для того чтобы избавить жену от этих переживаний. Свекровь засела у них в квартире как клещ, и диктовала свои порядки. От неё нигде нельзя было скрыться.
В эту субботу Степан вышел на смену вместо своего товарища. Лиза собрала вещи и поставила чемодан в коридоре.
- Что, мышка? Всё-таки съезжаешь? – язвительно поинтересовалась свекровь, которая уже давно бодрствовала. Елизавета не ответила.
- Алло! Ты далеко? – спросила она кого-то, набрав номер.
- Уже подъезжаю! – ответил мужской голос.
Свекровь, услышав нечто подозрительное, бросила все дела. Как только Лиза с чемоданом двинулась к выходу, свекровь тут же встала в дверном проёме. Невестку встречал высокий красивый парень. Он приобнял девушку, приветствуя её, легко подхватил чемодан, и они направились к машине.
- Как я и думала! Всё, как я и думала! Кошка ты гулящая! И не постеснялась любовника своего прямо до порога довести! А Степан-то дурак какой! – кричала им в след Галина Никитична. Парень. Сопровождавший Лизу, хотел что-то ей ответить, но девушка мягко взяла его за руку и сказала:
- Не надо! С ней бесполезно говорить. Давай просто уедем, поскорее.
И они уехали. Галина Никитична, высоко задрав подбородок, смотрела из окна машине вслед. Она чувствовала, что победила.
Стоило Степану перешагнуть порог дома, как мать тут же кинулась к нему с эмоциональной речью в адрес невестки.
- Как это уехала? – не поверил Степан кинулся в комнату, но жены там не оказалось.
- Она вещи в чемодан собрала и с хахалем укатила!
- Какие вещи? Какой хахаль?
Степан распахнул шкаф и обнаружил, что половина полок пустует. Лиза действительно исчезла.
- Ну и жёнка у тебя! – посмеиваясь воскликнула Галина Никитична. – Нагуляла дитя от любовника, и хотела на тебя повесить. А ты дурак всё вокруг неё плясал. Дохлая, хилая, ни на что не сгодная! А теперь ещё оказывается, что гулящая.
- Как мужчина выглядел? – спросил сын.
- Да я его что, рассматривать стала? Ну, высокий такой, чернявый, большеглазый…. Да какая разница! Скатертью дорога. Я уж думала, что никогда от неё не избавлюсь!
- Мама хватит! Ты разрушила мою семью! – закричал Степан.
Галина Никитична вдруг застыла, как вкопанная. Лицо сына покраснело, руки тряслись. Степан был зол настолько, что готов был вытолкать мать из квартиры голыми руками. Но вместо этого он приволок её сумку и швырнул под ноги:
- Чтобы ты знала, этот самый «хахаль», как ты выражаешься – Лизин брат. Его зовут Михаил. И по твоей милости моя жена сбежала к родителям, потому что ты её довела! У неё из-за тебя может выкидыш случиться!
- Подумаешь…. – попыталась в своём духе отшутиться женщина, но Степан с силой пнул сумку.
- Ты слышишь, мама? Ты можешь навредить своему внуку! Ты довела и Лизу и меня. Убирайся отсюда!
Галина Никитична не проронила ни слова, собирая свои вещи. Как только мать покинула квартиру, Степан кинулся к телефону.
- Алло! – почти закричал он в трубку. – Алло, Лиза! Где ты? Как ты себя чувствуешь?
- Привет. Не переживай. Со мной всё хорошо. Я уже у родителей.
- Прости меня, родная! Я так перед тобой виноват! Я ведь знаю, на что способна моя мать, когда что-то задумала. Я должен был уберечь тебя от всего этого! Мама уже уехала, и больше такое не повторится!
Елизавета на том конце провода улыбнулась.
- Я приняла такое решение, потому что больше не могла нервничать. Теперь я отвечаю не только за себя.
- Ты не бросила меня? Мы не расстаёмся? – в трубке повисла тишина.
- Приезжай сюда. Родители очень рады будут тебя видеть! А через недельку вернёмся назад. Нам надо немного передохнуть от всего этого, - ответила жена, и добавила: - Я без тебя долго не смогу. Уже скучаю!