По мере того, как христианство становилось все более "популярным", у переводчиков появилась новая задача: распространение слова Божьего. Можно сказать, что история переводов Библии представляет собой историю западной культуры в микрокосме. Переводы Нового Завета начали появляться очень давно: так, знаменитый спорный перевод, сделанный Святым Иеронимом и оказавший такое влияние на последующие поколения переводчиков, был одобрен папой Дамасом I в 384 году. Как и Цицерон, Святой Иероним заявлял о том, что он переводит «от смысла к смыслу», а не «от слова к слову», однако тонкая грань между стилистической вольностью и еретическим толкованием оставалась серьезным камнем преткновения на протяжении столетий.
Перевод Библии оставался важным вопросом и в период Средневековья, а сопутствующие проблемы становились все острее по мере развития концепций национальных культур и начала движения Реформации. Стали появляться национальные государства, а церковь утрачивала свое могущество, что на лингвистическом уровне проявлялось в утрате латынью статуса универсального языка. Перевод же использовался как оружие в доктринальных и политических спорах.
После изобретения в 15-м веке книгопечатания в истории переводов Библии начался новый этап: появились переводы Библии на многие европейские языки. В 1482 году в Болонье был издан испанский перевод Пятикнижия, а в 1516 году в швейцарском городе Базеле голландский гуманист Эразм Роттердамский опубликовал первый перевод греческого Нового Завета, который стал основой для немецкого перевода Мартина Лютера (1522 г.). В 1529 году Новый Завет был переведен на датский язык, в 1526 году – на шведский, в 1579-1593 гг. появилась первая Библия на чешском языке, а в 1582-м – на русском (знаменитое издание первопечатника Ивана Федорова).
Возможно, лучше всех о проповедническом духе первых переводов Библии высказался Эразм Роттердамский: «Мне бы хотелось, чтобы все женщины могли читать Евангелие и Послания апостола Павла, чтобы они были переведены на языки всех людей, чтобы их читали и знали не только шотландцы и ирландцы, но и турки и сарацины… Чтобы пахарь мог петь стихи Писания, идя за плугом… Мне бы хотелось, чтобы язык Священного Писания был таким же, как язык наших повседневных бесед».
История переводов Библии в 16-м веке тесно связана с распространением в Европе протестантизма. Переводчики того времени ставили перед собой 3 основных задачи:
- Избавиться от ошибок, допущенных в предыдущих версиях некомпетентными переводчиками.
- Сделать стиль переводов доступным и эстетически удовлетворительным.
- Прояснить догматы и сделать так, чтобы Писание не воспринималось мирянами как метатекст.
В своем «Послании об искусстве перевода» (1530 г.) Мартин Лютер придает второй задаче столь важное значение, что использует слова übersetzen («переводить») и verdeutschen («онемечивать») практически как синонимы. Лютер также подчеркивает важность связи между стилем и смыслом: «Грамматика нужна для склонения, спряжения и построения предложений, но в речи следует считаться со смыслом и значением, а не с грамматикой, ибо грамматика не должна преобладать над смыслом».
Переводчики Библии эпохи Возрождения считали простоту и доступность текста важным критерием, но в равной степени были озабочены и тем, чтобы переводить с буквальной точностью. В эпоху, когда малейшая ошибка в переводе могла привести к обвинению в еретичестве и мучительной казни, точность, конечно же, имела огромное значение. Но поскольку наличие перевода Библии на национальный язык означало повышение статуса этого языка, вопрос стиля тоже был очень важен. Мартин Лютер, например, советовал переводчикам употреблять просторечные слова и выражения, если они «соответствуют духу Священного Писания». Того же мнения, видимо, придерживались и переводчики знаменитой английской «Библии короля Иакова» (1611 г.). В предисловии к ней, в частности, говорится: «Разве царство Божье – в словах или слогах?»
***
Как вам наша статья? Было интересно, полезно? Пишите в комментариях!
А за переводами - https://transeurope.ru/