В махаллях Самарканда я случайно приметил высокие старые трубы и явно дореволюционные корпуса между страшной цыганской махаллёй и подножием древнего Афросиаба. А позже узнал, что это была шелкоткацкая фабрика:
Я знал, что в Самарканде есть и ковровая фабрика "Худжум", так же делающая традиционные вещи по традиционным технологиям для туристов, но почему-то был уверен, что она тоже где-то в предместьях, чуть ли не за городом, а когда в гостинице Баходира мне сказали, что она в махаллях в километре отсюда, я сразу подумал на эту старую шелковню и вновь направился к ней. За высоким забором она занимает немалую площадь:
Внутри загадочный, явно советский памятник, более всего напомнивший мне одну из тех сорока дев, что в среднеазиатских легендах обороняли от монголов последний рубеж того или иного отцовского ханского дворца. На самом деле, "Худжум" - это кампания по борьбе с мусульманским дресс-кодом, так что скорее всего героиня этого памятника запечатлена сбрасывающей паранджу.
На проходной пили чай разморённые жарой сторожа, от которых я узнал, что пришёл почти по адресу - ковровая фабрика "для туристов" находится буквально на другой стороне улицы. И хотя поднимался я к ней мимо пафосного ресторана, вид её совсем не гламурен. Когда из-за мешков появился охранник, я было подумал, что и он нас перенаправит, но охранник поздоровался, и узнав, что мы зашли посмотреть, вызвал гида. Экскурсия по фабрике тогда была бесплатная:
Почему-то я нигде не видел таблички "Худжум" - то ли фабрика с тех пор, как писалось большинство путеводителей, сменила название, то ли она так никогда и не называлась и везде повторяли чью-то ошибку, то ли и вовсе я нашёл какую-то другую ковровую фабрику.
Фабрика с официальным забористым названием "Самаркандско-Бухарские шёлковые ковры" (Samarqand-Buxoro ipak gilami) основана в 1992 году как совместное узбекско-афганское предприятие. Ну а афганцы, вернее те же узбеки и таджики из Афганистана с 1990-х годов - полноценная община Самарканда, как встарь имеющая свою специализацию - ковровое дело.
И это именно производство. Для мастер-классов лишь глиняные печи во дворе, у которых лежат травы и камни красителей. В самих печах варят коконы шелкопряда, и варево на донышках источает характерный, весьма неприятный запах, отдалённо похожий на рыбный.
Красители, видимо, как и всюду в Средней Азии - натуральные сложнее и дороже (в продаже), химические проще и дешевле, а выбор на усмотрение заказчика. Жёлтый цвет даёт аспарагус, все оттенки серого или коричневого - грецкий орех, гранатовая кожура - розовый и оранжевый, марена - красный, а привозное из Афганистана индиго - синий. На заднем плане уже не красильни, а печи для сушки шёлковой нити:
Не знаю, разводят ли здесь самих шелкопрядов. Не скоро. Гусеницы шелкопрядов выводятся в апреле, около 25 дней едят и набираются веса, затем ещё порядка 5 дней плетут кокон, а дальше отправляются кто на размножение, кто в морозилку, кто в котёл. Крошечный кокон твёрдый, и ни за что не скажешь, что в нём почти 2 километра (!) нити:
Первичный шёлк довольно груб, и проходит ещё несколько стадий подготовки, но их здесь, в отличие от ферганского Маргилана, не показывают.
Здесь работа - сшить ковёр... и продать его, что конечно сделать гораздо легче, чем в родном Афганистане. Примерно поровну фабрика шьёт под заказ и на продажу, и внутри гораздо больше походит на какой-нибудь Дом народных ремёсел, чем снаружи.
Гид повёл нас на третий этаж, где в просторных залах с большими окнами идёт работа. Как встарь - ручной труд женщин на бесхитростных станках... но труд какой-то благородный - ни треска, ни лязга, а лишь шуршание нити, щелчки ножниц, да звонкие по-птичьи голоса:
Сюда принимают девушек от 18 лет, после 3-месячного курса обучения. Зарплаты по российским меркам мизерные, го здесь за такую зарплату выстраивается очередь, и в общем устроиться на ковровую фабрику в Самарканде считаются довольно престижно.
Тем более тут много красавиц (не исключаю, что на внешность работниц смотрят отдельно), а любоваться их красотой будут туристы со всего света. Всего здесь порядка 400 работниц, но мы застали явно меньше.
Нехитрые инструменты ковродела. Нож используется скорее как манипулятор, гребнем ровняют готовые узлы и натянутые нити, а ножницами обрезают образующиеся излишки-бахрому:
Гид лично показывает работу у станка:
Базовая единица ковра, как пиксель на экране - узлы, образованные из разноцветных нитей. Чем их больше - тем выше "разрешение", но тем сложнее, дольше и дороже процесс. Стандартный ковёр этой фабрики имеет размеры 120 на 160см, и "в разрешении" 25 узлов на сантиметр делается 3 месяца, при 100 узлах на сантиметр - полтора года. Самый сложный ковёр, что здесь делали, имел 600 узлов на сантиметр, и над таким работать можно только с лупой не более часа в день.
При нас, я так понимаю, в основном делались стандартные 25-узловые ковры. Опытная мастерица делает 40 узлов в минуту, работают на станках как правило тройками, и за день ковёр удлинняется в среднем на 2-3 сантиметра.
Но как куча разноцветных ниток превращается в узор - мне понять не дано, даже увидев это в процессе:
После мастерских гостей ждёт магазин, расположенный в том же здании. Там нас напоили чаем с похожей на коконы паравардой (местный сахар) и показали ещё много интеренсого - например, ковры "два в одном", слегка меняющие цвет (с белого на серый, с голубого на синий и т.д.) при взгляде с противоположной стороны - у ворсинок с двух сторон отличается оттенок.
Помимо ковров здесь продают платки и сюзане, на стене справа самаркандское, а впереди - ургутское: когда-то это была одна школа, но в Ургуте сюзане шьют так, как шили в Самарканде дорусской эпохи. Мы долго выбирали что-нибудь, но так ничего и не выбрали - что нравилось, было дорого, а на что хватало денег - не привлекало. Однако в целом в магазине цены вполне доступные, и езди куда-то раз в год на две недели - скорее всего что-нибудь бы отсюда увёз. А вот на заказ цены уже совсем другие и исчисляют тысячами долларов.
В целом же я так и не разобрался в особенностях самаркандского ковра. Где-то читал, что если бухарские и хорезмские ковры с геометрическим орнаментом - по сути дела то же, что туркменские (но что общее, а что разновидность - бухарцы и туркмены спорят давно), то самаркандские с растительным орнаментом ближе к исконно персидским коврам.
Не знаю... в Самарканде мне попадались и "геометрические", и "растительные", причём геометрию и гамму их орнаментов ни спутаешь ни с Бухарой, ни с Ираном - возможно, в городе просто сложилось несколько традиционных школ. Но вот что бросается в глаза - более лёгкая и яркая палитра, в том числе совершенно не характерные для Бухары или Хорезма голубые ковры.
В общем, с фабрики мы вышли ни с чем, кроме фотографий и впечатлений, но впечатления остались тёплые, и видимо афганское гостеприимство (хотя афганцы там только владельцы и может быть начальство) не перебить даже толпам слоняющихся по Самарканду туристов - потратив на нас время, чай и сахар, хозяева после нашего отказа что-то покупать не показали ни малейшего сожаления в отличие от большинства хотя бы укоризненно смотрящих вслед местных торгашей.
Мануфактура же стоит на краю огромного массива швейных фабрик:
Глядящих длинными фасадами на древний Афросиаб с куполами мавзолеев Шахи-Зинды.