Найти в Дзене

Уникальное наследие Евгения Тоддеса

В обзоре сегодня: «Избранные труды по русской литературе и филологии» Евгения Тоддеса. Евгений Абрамович Тоддес (1941 – 2014) – российский филолог, историк литературы и литературной теории XIX–XX вв., участник Тыняновских чтений, член редколлегии и редактор Тыняновских сборников, член редколлегии «Нового литературного обозрения». «Избранные труды по русской литературе и филологии» Евгения Тоддеса – уникальное филологическое наследие. Это и исследование драматических судеб русских поэтов и филологов, и фонетический, синтаксический, семантический и смысловой анализ произведений русских поэтов 19 – 20 веков. "Интерес к прототипу – существенная черта читательского отношения к литературе. Можно сказать, что нет библиофила, который бы не интересовался прототипами героев книги, привлекшей его внимание. Этот интерес поддерживается и исследовательской традицией, нередко приобретая почти детективный характер, когда разыскания озаглавливаются: «По следам героев такой‑то книги». Но сама связь «ге
Оглавление

В обзоре сегодня: «Избранные труды по русской литературе и филологии» Евгения Тоддеса.

1️⃣ Об авторе:

Евгений Абрамович Тоддес (1941 – 2014) – российский филолог, историк литературы и литературной теории XIX–XX вв., участник Тыняновских чтений, член редколлегии и редактор Тыняновских сборников, член редколлегии «Нового литературного обозрения».

2️⃣ О книге:

«Избранные труды по русской литературе и филологии» Евгения Тоддеса – уникальное филологическое наследие. Это и исследование драматических судеб русских поэтов и филологов, и фонетический, синтаксический, семантический и смысловой анализ произведений русских поэтов 19 – 20 веков.

"Интерес к прототипу – существенная черта читательского отношения к литературе. Можно сказать, что нет библиофила, который бы не интересовался прототипами героев книги, привлекшей его внимание. Этот интерес поддерживается и исследовательской традицией, нередко приобретая почти детективный характер, когда разыскания озаглавливаются: «По следам героев такой‑то книги». Но сама связь «герой – прототип» не однозначна. Разграничение разных ее видов может начаться хотя бы с очевидного различия случаев, когда герой и прототип носят одно и то же имя – как в историческом или биографическом романе, – и когда они разноименны. В первом случае автор неминуемо ориентируется на некоторое предварительное внелитературное читательское представление о прототипе (личности, событии, явлении и т. д.)".

🔴 Главная тема:

Исследование творчества, анализ произведений Батюшкова, Пушкина, Вяземского, Мандельштама, Кузмина, Тынянова, Кибирова и других поэтов.

"Сейчас уже ушли в прошлое представления о некоем литературном безлюдье, прозябавшем, пока престарелый Державин не благословил молодого гения, – стихотворная жизнь была активно и художественно разнообразна. Но именно Жуковский и Батюшков – «сии утвердители новейшего языка поэзии нашей», по словам П. А. Плетнева, – внесли в это разнообразие мощную центральную тенденцию, что очень быстро было осознано как свершившийся литературный факт, а впоследствии – и как факт, определивший пути русского стиха на столетие вперед".

3️⃣ Соотношение теории и практики:

Сборник статей представляет собой совокупность теоретических рассуждений, анализа поэзии, подкрепленную примерами из произведении в сочетании с разнородным историко-литературным материалом.
В книге 3 части с разным количеством статей.
Часть 1: «Становление жанра поэмы в творчестве Пушкина» (10 статей)
«Лишь то, что писано с трудом, читать легко», – утверждал Жуковский в послании Вяземскому и В. Л. Пушкину. Батюшковское искусство этого труда ценилось очень высоко".

Часть 2: «Неосуществленные замыслы Тынянова» (11 статей)
«Малая» проза Тынянова не собрана и до сих пор известна читателю не в полном объеме и составе".

Часть 3: «Смыслы Мандельштама» (17 статей)
"
Первоначальный (1908–1911 гг.; 1912 год – переходный) поэтический мир Мандельштама определенен, устойчив и сосредоточен в жестких рамках вокруг столь же определенно означенного «я».
"Мандельштам столько же выступает от лица молодой филологии, сколько и от молодой (постсимволистской) поэзии".
"Но есть еще один источник звериной символики и вместе с тем еще одна репрезентация генеральной культурологической инверсии – представление о биологичности, зооморфности, тератологической гибридности нового социума, проявляющееся независимо от того, какое именно отношение к нему выражено в соответствующих текстах, от «Века» до антисталинского стихотворения".

4️⃣ Язык:

Интересно, местами сложно, но в целом понятно. Конечно, книга требует вдумчивого неторопливого чтения и желания разобраться в том, о чем пишет автор.

"Наряду с отталкиванием «мировых тем» и гипертрофии «я» важен был и фактор стилистический. Согласно позднейшей характеристике Мандельштама, «Сологуб создал культ мертвенных и отживших поэтических формул, вдохнув в них чудесную и последнюю жизнь». Так, стихотворение «Пойми, что гибель неизбежна…» в метрическом и строфическом отношениях представляет собой ямбическую версию восхищенно цитированного Мандельштамом «Друг мой тихий…», но стилистически – составлено именно из формул, живущих «последней жизнью»; они же повышают тонус текста до декадентски‑романтической патетики: «В безумстве дни твои сгорели», «Весь мир – игра без цели», «Не надо счастия земного».

5️⃣ Плюс:

высочайший уровень исследований.

6️⃣ Минус:

все же надо учитывать, что это сборник – наследие, есть незаконченные статьи.

7️⃣ Мой рейтинг:

9 из 10

Все обзоры в подборке "Книги"
©
Алексей Ладо
Буду рад вашим отзывам