- Я не отдам своего сына! - внезапно заголосила Артемис. - Ибрагим ни в чем не виноват!
- Виноват ваш другой сын, - заметил Сулейман.
- Я не отдам Тео, не отдам, - Артемис постаралась загородить собой Ибрагима.
- Успокойтесь, хатун, - султан подошёл к женщине и протянул ей небольшую склянку. - Выпейте вот это.
- Что это? - с сомнением в голосе протянула Артемис, но взяла склянку.
- Успокоительное.
Артемис, повинуясь острому взгляду повелителя, медленно поднесла склянку ко рту и осушила ее одним махом.
Практически сразу она зашаталась и стала оседать на пол.
- Что вы ей дали! - закричал Манолис, едва не набрасываясь на султана.
- Это всего лишь снотворное, - спокойно ответил Сулейман. - Смотрите, она дышит, с ней все хорошо. В свое время я давал Хюррем такое же сновторное. Не нервничайте.
Убедившись, что его жена жива, и всего лишь крепко спит, Манолис успокоился.
- Что будет с моим сыном? - выпалил он.
- Успокойся, отец, - произнес Ибрагим. - Всё хорошо. Повелитель не отдаст меня на растерзание.
- Вы... Отдадите Абдурахмана? - спросил Манолис.
Сулейман посуровел:
- А что вы предлагаете? Другого выхода нет. Поэтому я и дал вашей жене снотворное. Может и вам надо?
- Нет, нет, - покачал головой Манолис. - Только позвольте мне уйти из ваших покоев.
- Да, конечно, - кивнул султан. - Ибрагим, помоги отнести мать. Пускай они находятся в твоих покоях.
Отнеся мать и проводив отца, великий визирь вернулся к Сулейману.
- Повелитель, я весь внимание. Рассказывайте ваш план.
- Мой план лёгок и прост, Ибрагим, - улыбнулся Сулейман, вспомнив об инсценировке смерти своей матери.
- Как я понимаю, вы выдадите вместо меня Абдурахмана, - заметил Ибрагим. - Но куда деваться мне?
- Мой дорогой друг, брат, - Сулейман подошёл к великому визирю и положил руки ему на плечи. - Абдурахмана мы выдадим под твоим именем. И янычары казнят его, как великого визиря. Официально ты для всех умрёшь...
- Повелитель, но как... - Ибрагим от удивления потерял дар речи.
- Вот так, - усмехнулся султан. - Придется инсценировать твою смерть. И после этого ты уедешь из столицы и изменишь свой облик - сбреешь бороду, потолстеешь. Мать родная тебя не узнает, не то что янычары!
- А как же мой пост великого визиря?
- Оставишь его, - добродушно произнес Сулейман. - Новым великим визирем станет Айяс-паша.
Ибрагим смотрел на султана ошалелыми глазами:
- Повелитель, вы шутите? - наконец произнес он.
Султан вздохнул и в миг стал серьезным:
- Мой дорогой, Ибрагим. Я очень тобой дорожу и очень тебя люблю. Ты ближе мне родного брата, и я не хочу чтобы твоя жизнь превратилась в бесконечную череду проблем. Поверь, друг, этот выход будет для тебя самым лучшим. Мне будет больно без тебя, плохо, но ты будешь жив! И это самое главное!
Ибрагим сглотнул:
- Неужели нет другого выхода, повелитель?
Сулейман отрицательно покачал головой:
- Нет, Ибрагим. К сожалению нет. Я думал об этом, но я не вижу другого выхода. Совсем не вижу. И поэтому это будет лучшим вариантом. Кроме того, ты уже много лет был великим визирем и сделал для страны много доброго. Пора тебе и отдохнуть! Насчёт денег не переживай, я дарю тебе сундук с монетами и ты сможешь жить безбедно. Кроме того, ты можешь стать торговцем и зарабатывать неплохие деньги.
- Каким торговцем! - выкрикнул Ибрагим. - Вы ведь пропадете без меня, повелитель!
- Не пропаду, Ибрагим! Не настолько я и глуп, как ты считаешь. А потом, не забывай у меня есть Хюррем!
Ибрагим криво улыбнулся:
- Хюррем султан большая умница, но разве она пойдет в поход? Станет разрабатывать стратегии? Кто будет этим заниматься? Айяс-паша? Он хороший человек, умный и довольно талантливый. Но, извините, как полководец он ноль.Я конечно рад, что мое место займет он, а не Лютфи...
- Успокойся, Ибрагим, успокойся. Другого выхода нет. Ты сделал многое для меня и всей Османской империи. Поверь мне, так будет лучше.
- Хорошо,повелитель, - вздохнул Ибрагим. - Раз вы считаете, что так будет лучше...
- Да, я так считаю. Единственное, хочу с тобой посоветоваться. Скажи, кого бы ты хотел видеть вместо Айяса?
- Из всех пашей Айяс самая достойная кандидатура, - задумчиво произнес Ибрагим. - Но, повторюсь, как полководец он никакой. Есть один человек, повелитель, но он не состоит в нашем совете. Вот ему бы я доверил свой пост полностью.
- Кто этот человек, Ибрагим?
- Рустем-ага, повелитель. Он молодец, и я уверен, что из него вышел бы хороший великий визирь.
- Хм, возможно ты и прав. Но нам надо спешить, Ибрагим. Сейчас ты спрячешься в тайной комнате, а ночью ты тайно покинешь дворец. Ханым будет предупреждена. Она с ребенком будет ждать тебя у ворот города.
- Хорошо, - кивнул Ибрагим. - Только и моих родителей надо будет вывести.
- С ними всё будет хорошо, не волнуйся. Они с Нико будут также переправлены на корабль и отправлены в Крым.
- Повелитель, - Ибрагим уже хотел выйти из комнаты, но что-то его остановило. - Мы больше никогда не увидимся?
- Увидимся, Ибрагим, обязательно увидимся. Только ты должен будешь изменить свой облик и имя. И тогда... Кто знает, может ты сможешь вернуться в столицу и помогать мне и Айясу-паше? Но на все надо время, Ибрагим. А сейчас у нас другие дела. Обнимемся на прощание, друг. И знай, за прощанием всегда будет встреча. Мы ещё встретимся, Ибрагим, обязательно встретимся!
*****************************************
Маниса
К Мустафе вечером пришла его любимая Нора и они сели ужинать. Неожиданно Нора ойкнула.
- Мустафа... Кажется началось, - испуганно произнесла она.
- Ничего не бойся, - шехзаде взял Нору за руки. - Все будет хорошо. Я бегу за повитухой.
Повитуха сразу же прибыла в покои Мустафы, и заметила:
- Девушку необходимо привести в лазарет. Сама сможешь идти?
Нора, зажав от сильной боли губы, согласно кивнула.
Мустафа помог девушке подняться и они поспешили в лазарет.
Нора еле шла, и шехзаде видел, как ей больно.
- Терпи, родная, терпи, - шептал он ей. - Все будет хорошо.
Нора кивала и силилась улыбнуться.
Наконец роженицу привели в лазарет, и Мустафа остался один в коридоре.
- Шехзаде, - одна из помощниц повитухи вышла ,и с изумлением взглянула на него. - А почему вы здесь?
- Жду, когда Нора родит, - кратко ответил он.
- Шехзаде, идите, отдыхайте, роды будут долгими, идите в свои покои, мы вам все сообщим.
- Почему роды будут долгими? - заволновался Мустафа. - Что-то серьёзное?
- Нет, нет, успокойтесь, просто у Норы первые роды и скорее всего они будут непростыми...
- С ней ничего не случится? - похолодел Мустафа, представив умирающую Нору.
- Нет, нет, все хорошо.
- А с ребенком?
- Мустафа, сынок, - услышал он спокойной голос матери. - Пойдем. Нора родит и тебе сообщат. Ничего плохого с ней не случится, ты уж не переживай, родной. Все мы женщины, рожаем в муках. Думаешь, я не мучилась, когда рожала тебя? Ох, как мучилась!
- Да, матушка? - заинтересованный Мустафа отошёл от дверей и пошел вместе с матерью в ее покои.
- Ещё как! - улыбнулась Махидевран, вспоминая былое. - У меня схватки ночью начались, когда мы с твоим отцом спали. Я его разбудила и он поспешно пошел за повитухой.
- И тебя, также как сейчас Нору, отвели в лазарет?
- Нет, - Махидевран засмеялась. - Мне было так плохо, что я не могла идти. Повелитель хотел отнести меня на руках, но...
Махидевран не удержалась и громко рассмеялась.
- Он не смог меня поднять!
- Врачи не разрешили?
Махидевран помотала головой.
- Неужели отец так ослаб? - все ещё не понимал Мустафа.
- Нет, нет, сынок, всё дело было во мне. Я во время беременности столько ела, что стала похожа на гору!
- Матушка, ты на себя наговариваешь! - не поверил Мустафа, глядя на стройную фигуру Махидевран.
- Но тем не менее это так. Я была очень и очень толстой! Однако твой отец не обращал на это никакого внимания! Он любил меня такой, какой я была.И вот поэтому повитуха пришла в покои повелителя, и приняла там мои роды. Роды были не лёгкими, я мучилась почти целые сутки, и повелитель был вынужден ночевать на небольшом диванчике около окна.
- Почти сутки, - глухо произнес Мустафа. - Неужели моя Нора будет столько же мучаться?
- Сынок, я родила тебя, и как видишь жива, - вернула его к действительности Махидевран. - После родов я сразу же занялась своей фигурой и мне довольно быстро удалось привести ее в норму. Но увы, вскоре повелитель встретил другую и я стала ему не нужна.
- Я очень люблю Хюррем султан, но все равно не могу понять отца - как он мог тебя забыть?
- Ох, сынок, все вы мужчины такие! - покачала головой Махидевран, и Мустафа вспомнил Руми.
- Впрочем, я сам не лучше отца, - поспешно произнес шехзаде. - Я очень не хорошо поступил с Румейсой. Надеюсь, сейчас она счастлива.
- Она встретила своё счастье, а я нет, - пожала плечами Махидевран. - Я уже давно не питаю к повелителю никакой любви. Уж извини, сынок, но это правда. После того, как я родила Разие, мои последние чувства к Сулейману словно испарились. Я уважаю его как твоего отца, как великого султана, но не чувствую к нему никакой любви.
- Матушка, это правда? - Мустафа был потрясен до глубины души. - Я все годы думал, что ваше сердце принадлежит моему отцу, думал, что несмотря на свою дружбу с Хюррем-султан, вы по-прежнему надеетесь вернуть к себе его расположение.
- Так было вначале, - призналась Махидевран. - Но с рождением Разие все мои чувства словно рухнули.
- Кстати, где Разие? - спохватился Мустафа. - Где моя сестричка?
- Она в саду, играет вместе с Фидан.
Мустафа вздохнул - его младшая сестрёнка родилась неполноценной, и ее разум остался на уровне пятилетнего ребенка. Тем не менее, Разие все любили. Девушка была доброй, отзывчивой, и невозможно было не любить эту солнечную султаншу, как все ее называли.
- А вот и она! - радостно воскликнула Махидевран и в дверь влетела Разие.
- Мустафа, братик! - Разие расцеловала смеющегося Мустафу и ринулась целовать мать.
- Как ты, Разие?
- Я то хорошо! - сказала девушка. - А вот ты давно ко мне не приходил! Я уже обижаться начала!
- Прости, сестричка, - вздохнул Мустафа. - Дела. Я же управляю Манисой и ко мне постоянно приходят с просьбами.
- Как интересно! - воскликнула Разие. - А ты не расскажешь мне об этом поподробнее?
Мустафа замялся, он боялся что сестра не поймет половины сказанного им. На помощь пришла Махидевран.
- А ты знаешь, дочка, - ловко перевела разговор на другую тему султанша. - Ты скоро станешь тетей. У Мустафы родится мальчик или девочка.
- Я стану тетей! - взвизгнула от восторга Разие. - И ты молчишь, Мустафа! Давай же танцевать!Это же такая радость - я стану тетей!
Разие взяла брата за руки и принялась скакать вместе с ним по комнате. Все весело смеялись, Разие умела радоваться, и радовать других своим непосредственным характером.
В это время дверь постучали и все замерли.
Вошёл евнух,и склонившись до пола, торжественно произнес:
- Шехзаде Мустафа, поздравляю вас! Минуту назад вы стали отцом!
Продолжение следует.
Было интересно? Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить новых публикаций.