Сегодня вполне осмысленный спектакль... играли с хорошими весомыми паузами, все реагировали друг на друга. Но в тоже время были и веселые активные сцены. Скорее всего вчера или сегодня днем еще и порепетировали.
Выход Астрова зал встречает хорошими аплодисментами... Вышел как всегда - начиная с глубокого приседания... Волосы при умывании уже торчком не встают - отросли.
Поймав яблочко, очень тщательно вымыл его под рукомойником. Лиля говорит, что на прошлом спектакле, Александр Юрьевич в первый раз вымыл яблоко, раньше он яблоки обтирал о лацкан своей куртки. Но я в прошлый раз это действие не заметила.
Очень шумная посадка всей компании за стол, и потом уход всех в глубину «дома». Зато наступила такая шикарная тишина, ее даже дали почувствовать... Начался рассказ Войницкого, Астров активно реагирует на рассказ.
С самого начала и весь спектакль очень живая и непосредственная реакция зала. Очень мило Соня отрывает с ноги, со штанины Астрова репейник, когда он выходит на позицию для монолога о лесах... (- Слушай, где они его берут, а? Или не настоящий все же). Репейника вроде нет, но отдирает его Юля так, как будто он есть, а потом подразумевается, что он с внутренней стороны ноги, Астров делает шаг и она как бы замечает этот репейник и отдирает его.
Так же как и штопанье носка, сегодня было очень хорошо заметно, что ни иглы, ни нитки в руках у Юли не было. Или нитка слишком длинная, очень уж большое движение у Юли получилось, жест этот надо помельче делать.
Во время обмывания ног профессора, друзья спокойно сидели спиной к залу - у них там хороший закуток - перед ними ставят стул, а на стуле "бутылочка вина" и две стопочки. Зашевелились перед самым выходом, зал засмеялся на запевочку: - "ходи хата, ходи печь..." и "Очаровательные глазки" очень душевно пели.
В "пьяной сцене" с Соней играют мизансцену Домогарова, видимо Юлино быстрое опрокидывание водки не устроило режиссера. Зато потом Соня оторвалась по полной программе. Не дав Астрову выпить вторую стопочку (а он налил две, даже пожелав выпить вторую, поменял стаканчики, выбирая, где больше налито), Соня и Елена выпивают одну на двоих на брудершафт, и сразу же после этого Соня "хлопает" вторую стопочку. Так что не удивительно, что ее смех разбирает во время монолога мачехи, она уже наклюкалась.
Сегодня снова хорошо работает театр теней... после смены декораций, особенно на 4 сцену, когда Вафля и Марина крутят нитки, прямо настоящая силуэтная картинка на фоне белого экрана, и хорошо подсвечивают Филиппенко, когда он в глубине сцены перед экраном сидит в позе застывшего сфинкса.
Очень весело прошла сцена с леденцами... все начинают собираться выслушать Серебрякова, а у Телегина (Бобровский), то ли что-то упало, то ли так специально сделали, он что-то долго подбирает на полу, Серебряков его шлеп - книжкой по заду... ну тут уже и маман выходит... потом начинается собирание леденцов, в общем все три раза Вафля ухватил леденцы, а один даже на пол уронил и снова подбирал его.
В темпе танца проходит сцена обличения профессора, Войницкий делает шаг вперед - профессор делает шаг назад... Войницкий натыкается на кресло (отходит назад) - профессор натыкается на помост (как по веревочке привязанный - идет вперед). Прекрасно технично расколотили вазу - она сегодня не думала, разлетаться ей на куски или нет... И сразу запахло серой. Дядя Ваня мучительно трудно отбрасывал револьвер - чуть не лег на подиум.
«Танец» профессора и Войницкого иногда четко проходит, иногда смазывается... или вот сейчас нет цепочки рук, когда баночку с морфием передают (раза два это было красиво).
- Цепочку жалко. Идея была очень хорошая. Но Андрей Сергеевич продолжает искать, пробовать. Это и радует, и иногда смущает (когда же он остановится? Когда будет доволен?)
И вот еще такая у меня мысль возникла - там в финале - маман случаем не умирает? ... после ее горького "уехали", она садиться в кресло, раскуривает свою папироску, раза два подносит ее ко рту, а после броска Сони, когда та все скидывает со стола, она так резко вздрагивает и тихо опадает, рука болтается вдоль кресла, голова откинута и она больше не двигается... Вот такие дела. У Чехова про это ничего нет, но все может быть... А, может, просто расстроилась... Цель всей ее жизни пропала...
И вот с маман сегодня именно такая мысль возникла... очень расстроилась... вот вахтанговцы сделали же, что дядя Ваня у них в конце умирает (там это так должно выглядеть). Видимо придется об этом саму Ирину Павловну Карташову спросить.
Перед началом спектакля, сидела около центрального входа в зал - как спринтер перед стартом... в зале шло интервью Кончаловского, а там уже были проставлены гостевые стулья. На ДВ их ставят с правой стороны центрального прохода.
А пока шло интервью, эти стулья переставили. И капельдинер переживала, что она не успеет их переставить и попросила меня ей помочь, она хотела пустить меня первой в зал и я должна была пройти по проходу и переставить эти 5 стульев с левой стороны на правую. Но все обошлось, закончив интервью за 20 секунд до первого звонка, кто-то из находящихся в зале поставил стулья, так как это следовало...
Поклоны быстрые, на первом выходе сурьезный, на втором уже над чем-то ухохатывался с Юлией, девчата все засняли, аудио вроде тоже будет.
Кто-то снова АЮ мягкую игрушку подарил.
Успела быстро встать в очередь за одеждой, девчата быстро подскочили и мы вышли к служебке. И буквально через 5 минут наш герой выскочил из дверей. Проводив Хаммер на выезде со стоянки мы еще раз проводили его на повороте с Тверской, там, где он у магазина сворачивает. А мы прошли сквозь арки во дворе.
