Начну с того, что я безусловно поддерживаю право стран-жертв неспровоцированной варварской агрессии на ответ: “Am Yisrael Chai”. При этом я считаю, что ответ не должен быть “взвешенным” и “пропорциональным”. Напротив, он должен быть таким, чтобы “повторять” не хотелось бы долго.
Но где предел (мой любимый вопрос)? Сейчас некоторые, ссылаясь на книгу Боба Вудворда “Война”, выступают с тезисом о том, что США отказались от статуса “Великой ядерной державы” — поскольку, дескать, Байден заявил, что не будет начинать 3МВ в случае, если агрессор использует ТЯО в Украине.
А теперь посмотрим на фотографии разрушенных в пыль украинских городов и зададим вопрос: какая разница?
Добавим сюда изолированные сообщения о применении хим. оружия.
Энергетика…
Разбомбленные детские больницы…
Как я тогда писал, по своему эффекту на общество это может быть сравнимо с применением ТЯО.
Где порог для “кнопки”?
Для диктаторов такого вопроса не стоит: для них порог — это настроение с утра.
А для остальных?
Насколько я помню, США лет сорок, если не больше, работают над концепцией обезоруживающего удара — с целью элиминирования возможности применения противником ЯО. Именно с таким расчётом и начинались разработки высокоточного оружия.
ЯО — это такая же архаика второй половины ушедшего века, как и многое другое из того набора, что любители “повторить” никак не могут оставить в прошлом, надеясь, что оно поможет им в будущем.
Но как оно им поможет на выжженной, непригодной к жизни земле? Ведь 3МВ неизбежно выльется во всеобщий армагеддон!
Почему в среде некоторых считается, что ответ обязательно должен быть ядерным? А “утекшие” предупреждения о катастрофических последствиях (мы помним: каких) с использованием неядерного оружия не принимаются во внимание? Почему они верят одним "утечкам” (а на чём они думают, основана книга Вудворда; он же не сидел на этих совещаниях и не присутствовал при телефонных разговорах) и не обращают внимания на другие? Хорошо, пусть не верят, это их право (я, например, никаким утечкам не верю), но — как мы бесспорно знаем, — ЯО (пока) не было задействовано. Это факт. Этого факта недостаточно? Нужно открытое заявление — “если что, то мы жахнем со всех носителей”, — чтобы “считалось”?
Чем тогда они отличаются от "вертикали”? И те, и другие навязывают точку зрения, сформировавшуюся во времена их становления в середине прошлого века. И для тех, и для других “ответ должен быть таким или…”
Но мир давно другой. И хорошо бы это принять.
Теперь по поводу того, что Байден, дескать, слаб.
Почему он слаб?
Потому что он сказал: “Don’t do it” (“не делай этого”)?
А Трамп, соответственно, силён.
Почему он силён?
Может, потому, что он — по его словам, — сказал бы: “You are not going to do it” (“ты этого не сделаешь”)?
А теперь объясните мне, человеку с некоторым уровнем владения языком: в чём разница?
В контексте?
Согласен. И для первой, и — особенно для второй фразы контекст имеет значение. Но, вспоминая Байденовский контекст, я не услышал там ничего просительного. Напротив, это был императив.
Что же касается Трампа…
Прелесть Трампа заключается в том, что мы никогда не сможем узнать — как бы он на самом деле действовал в той ситуации. Мы можем только строить предположения. Что означает — верить (кому-то) на слово.
А, — как мы знаем, — “верить нельзя никому”.
Трампу, кстати, тоже. Здесь заодно ещё раз напомню, что в бытность его президентом, пентагоновские генералы заявляли, что не будут выполнять его приказ на применение ЯО, в случае если тот его отдаст. Они не доверяли его способностям к взвешенному и трезвому принятию решений.
И ещё мы знаем, что Трамп продал некоторое количество “Джавелинов” с условием не использовать и даже не хранить их в восточных частях Украины и что он сдавал своих советников под давлением политических оппонентов.
И теперь некоторые пытаются выстроить аргумент, что он сможет противостоять уже оформившейся “оси зла”? Возглавляемую людьми, с которыми у него “очень хорошие отношения”?
Добавляя к этому рассказы про “плохую экономику”, “высокую инфляцию”, про то, как Трамп “обрушит цены на нефть” и прочие страшилки и обещания, не подтверждаемые легко находимыми цифрами?
Хм-м-м…
Ах да, ещё “эмиграция”, “гендерные проблемы” и “последняя битва с угрозой социализма”...
У меня начинают закрадываться смутные сомнения…
Последнее. Только что было наглядно продемонстрировано, что могут сделать современные вооружённые силы против “аналоговнетного” старья. Заметьте, никакого ЯО не понадобилось.
Как я когда-то писал, единственный смысл ЯО в его неприменении. Как только нажата первая кнопка, на этом его смысл кончается.
Как, впрочем, и всего остального.
*****
Продолжим.
Когда последний посол из “территории величия” прибыл на место службы в США, в одном из первых своих заявлений он потребовал “уважения”. Я тогда писал, что уважения не требуют, его заслуживают.
Возможно, — если бы он почаще смотрел на себя в зеркало и пользовался бы советами стилистов и перестал носить нелепые банты бутафорских размеров, а заодно давал бы конспекты своих выступлений на проверку независимым специалистам, — его желание “уважения” имело бы под собой больше оснований.
Когда — через два с половиной года, — вдруг оказывается, что причиной “трёх дней” было опасение оказаться “сырьевым придатком” с потерей суверенитета, я могу только повторить эту мысль:
Чтобы сохранить суверенитет и не оказаться “придатком” недостаточно “перенаправить потоки”, поменяв стабильный доход в твёрдой валюте на бумажки по заниженным ценам на условиях покупателей — чтобы потом будущие “разгибатели спин” жаловались на “грабёж” и “бесценок”.
И нападение на другую страну с “целью” бесчинств и разбоя тоже не способствовует таким “планам”.
Как и генерирование хаоса по всему миру с угрозой разжигания 3МВ.
Для суверенитета и уважения надо нечто другое. Например, войти в мировой рынок, предлагая высокотехнологичные разработки третьего тысячелетия, недоступные у конкурентов.
Не могу не напомнить, что у тех, кто сейчас жалуется на “придаточность”, было четверть века, чтобы не стать таковыми.
Но они не поняли: “непридаточность” не достигается уничтожением городов, шантажом, подстрекательствами, подкупом и геноцидом.
И почему-то мне кажется, что отсутствие уважения и бряцание оружием как-то связаны.
И ещё мне кажется, что есть связь между отсутствием разработок, подходящих для третьего тысячелетия и состоянием дел в государстве.
Тем более, что и с бряцанием оружием тоже получается не очень — до такой степени, что потребовалось не только побираться у стран третьего мира, но и гнать через половину глобуса дивизии “иностранных легионов”.
Потому что когда твоя экономика и военные успехи целиком зависят от внешних факторов, а твои инициативы никого не интересуют, это трудно назвать “вне-придаточным” статусом.
Учитывая, к тому же, что изменения на карте за год — при максимальном напряжении сил и минимальной помощи Запада, — настолько… э-э-э… “посредственные”, а за “ценой” настолько “не постояли”, что… см. выше про дивизии “иностранных легионов”.
А так, да, “величие” и “суверенитет” — как и было сказано.
Что же касается до генсека ООН, то после мировых войн порядок каждый раз менялся.
Вы хотели изменить порядок?
“Бойтесь своих желаний, они иногда исполняются.”
*****
«Древний рус»
Ролик с таким названием выложил у себя на канале Владимир Свердлов.
В описании указано, что текст этого стихотворения был включён в ежегодный сборник «Наследие».
Я посмотрел — что это за сборник и представил — в каком “окружении” будет находиться этот — открыто антиимперский и гуманистический, — текст…
“Вот теперь? Это потрясающе! И вы не могли найти другой темы?”
Но затем я вспомнил Маяковского:
Уважаемые
товарищи потомки!
Роясь
в сегодняшнем
окаменевшем […]
Ну, и так далее.
Странно, — я раньше никогда не задумывался: ведь Маяковский — “пролетарский поэт”, нас так учили в школе. А ведь когда-то я эту поэму знал наизусть.
И вдруг — “сегодняшнее окаменевшее […]”.
Но, — как я часто говорю, — чтобы понять прошлое, иногда надо жить в настоящем. И то, на что раньше не обращали внимания, что воспринималось как должное или на что привыкли глядеть с определённого угла, вдруг поворачивается к тебе совершенно неожиданной стороной.
Допустимо ли условному “деятелю культуры” (и не только “культуры”, кстати) коллаборировать с определёнными режимами?
Коллаборировать — нет.
Выражать своё мнение о них — да.
К тому же, когда всё кончится и “потомки будут рыться в окаменевшем […]”, они, вероятно, смогут увидеть, что не все “деятели” оказались коллаборантами.
Кто-то из них — может быть, — станет оправданием нации.
А об остальном — не мне судить.
Короче, копируйте ссылку, заходите, посмотрите.
Уважаемые
товарищи потомки!
Роясь
в сегодняшнем
окаменевшем […]
наших дней изучая потемки,
вы,
возможно,
спросите и обо мне.
(В. В. Маяковский. “Во весь голос”. 1929 г.)