- Без сменной обуви, - усатые старшеклассники всем сообщали, - не пустим. Кто забыл - домой чешите. Как вы голову свою дома не забыли! Показывайте сменку! Эй, девочка! Куда без сменки прешь? Ловите того рыжего, он опять без сменки пробежал!
Усатые, на правах старших учащихся, сменок с собой никаких не носили. Потому в сменочном вопросе были беспощадны. Показывай мешок с обувью - и не волнует.
Клюшкина пакет со сменкой дома забывала редко. Хоть и неудобно это - с пакетами и портфелями ходить. Особенно зимой. Идешь зимой в школу по морозу трескучему. На спине у тебя портфель. В руке - пакет с обувью. В другой руке - лыжи. Хоть бери и на лыжах этих прямо в школу поезжай. Но это если лыжня по городу у вас вдруг проложена. И сами вы на лыжах прилично кататься умеете.
Но забывать сменку дома - себе дороже. Это тем повезло, кто рядом со школой проживает. Им можно все на свете забывать - и на переменах домой бегать до потери пульса. А Клюшкиной до дома идти далеко. Не набегаешься.
Вот у бабника Есауленко дом прямо рядом со школой находился. И Есауленко до школы идти - лишь забор перелезть. Он в сменной обуви прямо и перепрыгивает этот забор. И без куртки - хоть и зима. Повезло человеку.
Забывчивые решали вопрос по-разному.
Ритка спорила со старшеклассниками, объясняя, что в сменной обуви она, собственно, и стоит перед ними с честными глазами. А уличная обувь - валенки - у нее в ранце заранее спрятана.
- Мой брат, - говорила Ритка, - тоже старшеклассник. Вилька его звать. Знаете Вильку? Пропустите, а то ему скажу. Он за меня и подраться может. Надает вам салом по мусалам.
Вилька был Ритке не родственником, а сыном папиного друга. И да, драться он обожал. Все его опасались. На дежурства по сменке его не выпускали.
Фролкин просился позвонить бабушке. Если позвонить ему разрешали - бабушка сменку приносила Фролкину довольно быстро.
“Игорь, - суетилась бабушка, - быстрее! Звонок звенит. И что за звери тут вход охраняют? Ребенка учиться не пускают. Стоют тут жандармами, лбы здоровые, гогочут”.
Сосед Клюшкиной по парте, Вася Гришин, приезжавший в школу на автобусе из ближайшего колхоза, сменкой вовсе не озадачивался. И ходил по школе прямо в шерстяных носках. И даже на коллективную фотографию класса в носках фотографироваться пришел. Уселся на лавку к девочкам - и ноги в носках выставил на передний план.
“У нас, - хвастался Вася, - лишней обуви дома нет. Колхозы развалили, страну довели”.
Но не забыть сменку дома - часть беды. Вторая часть - не потерять ее где-нибудь. А как не терять, если все уроки ты с обувью бродишь дополнительной по разным кабинетам?
Шли они домой в приятной компании. Ритка Горбатова шла, и Кукушкина, и Корягин. На улице темно - вторая смена. Шли они, ели ранетки вдоль дороги. Ранетки грязные. От них губы и язык черные. Но очень уж вкусные. Обидно куст не объесть - завтра его уже может и не быть. Не одни они тут ходят. На кустах Клюшкина забывала сменку не единожды. И не она одна. На каждом кусте пакет болтался порой.
Шли они. И на улице было хорошо. Сумерки синие. Фонари горят. Школа, к счастью, на сегодня, окончена. И можно радостно домой идти в приятной компании.
Корягин шел задом наперед - красовался перед Риткой.
От полноты чувств Ритка закинула сменку на елку. Дерево росло в палисаднике частного дома. Сменка повисла на ветках экзотическим фруктом.
- Меня без сменки, - сказала Ритка, - домой не пустят. Там у меня туфли же хорошие. Мама мне их купила с большим трудом.
Туфли у Ритки были замечательные. Бархатные и синего цвета. Риткина мама купила их сразу две пары - воспользовалась счастливым случаем. "Они производства заграничного!". Но одна пара Ритке почему-то не подошла по размеру. Зато подошла Клюшкиной. На самом деле, туфли и ей были маловаты, но ни за что бы она не призналась.
Клюшкина Ритку успокоила.
- Сменку достать, - сказала она, - это раз плюнуть.
И подкинула свой пакет на елку. По законам физики, предмет, повисший на елке, от удара о другой предмет, непременно обязан свалиться в снег. Но он не свалился. Зато на елке вырос второй фрукт.
- Ой, - сказала Ритка, - это капец. Корягин, швырни-ка и свою сменку еще как следует. Чтобы моя упала. Хана мне иначе дома.
- Тут, - струсил Корягин, - только камнем сшибить можно. Поищите-ка лучше мне булыжник побольше. Или стремянку давайте. Залезу, так уж и быть.
Из ворот дома с елкой вышел дядька. Толстый и в мохнатой шапке. Корягин отошел подальше и засвистел. Будто и не собирался булыжники в елку кидать.
- Чего вы тут третесь, - сказал дядька сердито, - и собаку дразните. Идите уже своей дорогой. Заколебали эти школьники - с утра толпами прут. И ночью от них спасу нет. Шарик, замолчи!
- У нас, - сказала Ритка, - как-то сменки на вашу елку упали.
Дядька ушел. Вернулся он с лопатой. И стянул Риткину сменку с ветки. Вместе с Риткиной сменкой из елки вывалились чьи-то кеды.
- Берите свои сандали, - сказал дядька строго, - и ступайте. Шарик, молчать!
- А мою? - спросила Клюшкина.
- А твою, - ответил дядька, - достать невозможно. Я вам что тут, дядя Степа? Упадет когда-нибудь. Ходи и поглядывай.
Клюшкина вздохнула. И согласилась ходить и поглядывать. Не под елью же ночевать.
- Опять, - сказала мама, - и сколько же можно? За два месяца ты теряешь обувь второй раз. Второй! Это уж совсем надо быть бестолковым и полоротым человеком. Лида, к примеру, не теряет. Не считает она ворон в школе.
- А пусть в носках ходит, - высунулась Лидка, - как тот мальчик на фотографии. Из колхоза который.
- Первую украли, - всхлипнула Клюшкина.
- Если бы ты не считала ворон, - ответила мама, - то и не украли бы ни за что. У Лиды не крадут. А ты то теряешь вещи, то в чужих приходишь. И что с тобой делать? Хоть пришивай к тебе обувь.
В чужих ботинках Клюшкина однажды, действительно, заявилась. А кто виноват, что в магазине родители детям своим купили ботинки одинаковые? Хорошие ботинки. Из какой-то алой клеенки. С модными липучками. Половина класса Клюшкиной в таких ходило. И однажды перепутали они ботинки эти. И пришла Клюшкина домой в двух левых. На два размера больше и с небольшой дырочкой.
А в краже разве может пострадавший человек быть виновным? Это уж и вовсе обидно. Мало того, что забыл ты пакет с сапогами, так их еще и утащил кто-то бессовестный.
“Черт бы ее побрал, - думала Клюшкина, - сменку эту. Мало мне одной заботы - по математике “трояк” не заполучить. Еще и про сменку вечно думай, сапоги карауль. И пусть бы лучше, правда, пришили”.
А сменку с елки достали в тот же вечер. Пошел папа Клюшкиной - и снял ее с елки. А как уж он ее доставал - это неизвестно. Может, булыжник кинул. Или стремянку отыскал.