Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Рубиновое радио

Поймала невестку за руку. Наказание неверной (рассказ)

Валентина Петровна шла домой медленным шагом, сгибаясь под тяжестью полных сумок. В одной руке она крепко сжимала авоську с хлебом и молоком, а в другой — плотный пакет с овощами, вес которых угрожающе натягивал его тонкие пластиковые ручки. На улице уже начало темнеть, и фонари мягко освещали дорогу, бросая длинные тени от редких прохожих. Ветер слегка трепал её волосы, выбивая их из аккуратно уложенного пучка. Как всегда, Валентина Петровна шла по привычному маршруту, мысленно обдумывая завтрашние дела: приготовить ужин, замариновать мясо на выходные, постирать постельное бельё и пересчитать финансы, сколько денег ещё остаётся на коммунальные платежи. — Может, в следующем месяце стоит сэкономить на мясе? Что-то пенсии мне уже не хватает, — переживала Валентина. Но тут её размышления прервал возмутительный поступок — прямо у самого въезда во двор стояла чужая машина, загородившая дорогу. Чёрный седан с тонированными стёклами нахально припарковался так, что другим автомобилям просто

Валентина Петровна шла домой медленным шагом, сгибаясь под тяжестью полных сумок. В одной руке она крепко сжимала авоську с хлебом и молоком, а в другой — плотный пакет с овощами, вес которых угрожающе натягивал его тонкие пластиковые ручки.

На улице уже начало темнеть, и фонари мягко освещали дорогу, бросая длинные тени от редких прохожих. Ветер слегка трепал её волосы, выбивая их из аккуратно уложенного пучка.

Как всегда, Валентина Петровна шла по привычному маршруту, мысленно обдумывая завтрашние дела: приготовить ужин, замариновать мясо на выходные, постирать постельное бельё и пересчитать финансы, сколько денег ещё остаётся на коммунальные платежи.

— Может, в следующем месяце стоит сэкономить на мясе? Что-то пенсии мне уже не хватает, — переживала Валентина.

Но тут её размышления прервал возмутительный поступок — прямо у самого въезда во двор стояла чужая машина, загородившая дорогу.

Чёрный седан с тонированными стёклами нахально припарковался так, что другим автомобилям просто не было возможности объехать его.

Валентина Петровна недовольно сжала губы, её глаза словно налились кровью от возмущения.

— Что за люди!

Пламя негодования заставило женщину подойти ближе к машине, чтобы сделать замечание водителю.

Она увидела, что внутри находились двое: мужчина и женщина, явно занятые друг другом.

Руки Валентины Петровны судорожно сжимали ручки пакетов, пока она приближалась к автомобилю.

Внутри неё всё кипело. Она была готова преподать урок этим нахалам.

Подойдя к водительскому окну, она остановилась и громко постучала по стеклу, вызывая их внимание.

Машина слегка качнулась, но пара в салоне даже не обратила внимания на её настойчивые попытки.

Мужчина, сидевший за рулём, полностью проигнорировал присутствие Валентины Петровны и продолжил обнимать свою спутницу, словно никто и ничто в этом мире не могло их отвлечь.

— Ни стыда, ни совести! — громко возмутилась Валентина Петровна, не выдержав эмоций.

— Машину в проезде оставил! А если скорая нужна будет? Разве не видите, где встали?

Но её слова оставались в воздухе, словно никто их не слышал.

Валентина Петровна терпеть не могла, когда её игнорировали. А тут, прямо на глазах, без капли уважения к чужим просьбам, этот нахальный мужчина продолжал свои нежности.

Валентина решительно дёрнула ручку двери, чтобы проучить нахала.

— Ах, попалась! — воскликнула она, узнав знакомое лицо девушки.

— Машка! Ну, я давно знала, что ты моему Алёшке изменяешь! Ох и задаст он тебе на орехи сегодня!

Маша, выглядела как ошпаренная. Она выскочила из машины, прикрываясь руками, будто надеясь скрыться от пристального взгляда свекрови.

Мужчина в панике поспешно развернул машину и, не сказав ни слова, умчался прочь со двора.

— Валентина Петровна, это не то, что вы подумали! — начала оправдываться Маша. Голос её дрожал.

— Я… я сама не понимаю, как это произошло!

— Ага, конечно! — Валентина Петровна прищурилась, словно старый детектив, который только что поймал преступника на месте преступления.

— Что теперь будет?

— Как ты думаешь? Я вот думаю, Алёша тебе этого не простит!

Маша побледнела, она растерянно крутила кольцо на пальце, пытаясь найти выход из ситуации.

— Ну, чего стоишь как вкопанная? — Валентина Петровна кивнула на свои сумки.

— Бери и тащи домой, не хватало ещё мне после этого тебя жалеть. А я пока подумаю, что с тобой делать.

Маша мигом схватила тяжёлые пакеты, словно это была её последняя возможность искупить вину.

— Конечно, Валентина Петровна! Я помогу вам. И вообще, я могу в магазин за вас ходить, если вам тяжело. Вы только пишите мне список и я куплю все, что нужно.

Валентина Петровна фыркнула, но что-то тёплое проскользнуло в её взгляде. В эту минуту она вспомнила свои ошибки молодости, да и Алёша далеко не идеальный.

А тут ведь тоже молодая, да ещё и хозяйственная. В доме всегда чисто, сын по утрам в выглаженных рубашках уходит на работу. Может, и не такая уж плохая эта Маша.

— Ой, заладила — "Валентина Петровна" да "Валентина Петровна". Зови меня просто мама. Я ведь с самого первого дня после вашей свадьбы об этом мечтала.

Ты хозяйка хорошая, но голова не всегда на месте, — Валентина Петровна с ухмылкой посмотрела на Машу.

— В квартире порядок, за Алёшей следишь, вон он какой — весь с иголочки. И за это, конечно, спасибо.

Вот помру, полноправной хозяйкой будешь моих хором в центре города.

Маша, разглаживая ручки сумок, еле заметно улыбнулась. Свекровь вроде бы и ворчит, но в её голосе теперь слышались нотки тепла, и это приободрило девушку.

— Спасибо вам, мама. Я стараюсь… — Маша опустила взгляд и как-то по-детски стушевалась.

— А что на работе-то у тебя? Деньги-то платят нормально?

— Ой, мама, как раз с этого месяца у нас повышение. Буду получать семьдесят тысяч, на десять больше, чем обычно.

— Ну и отлично, — с удовлетворением кивнула Валентина Петровна, но тут же её тон резко изменился.

— Только знаешь что? Считай, что никакого повышения у тебя нет.

Маша застыла, не понимая.

— Как это нет?

— А вот так. Эти десять тысяч ты теперь будешь мне отдавать каждый месяц. За молчание.

— Но… мама… — Маша с трудом проглотила комок в горле.

— Неужели вам не стыдно?

Валентина Петровна, не сбавляя уверенности, только махнула рукой:

— А что мне должно быть стыдно? Вы с Алёшей в моей квартире уже год бесплатно живёте. Вот и считай, что это плата за аренду.

Маша молча кивнула, понимая, что спорить бесполезно. Ситуация была очевидна, и ей оставалось только подчиниться.

Так и шли дни. Девушка исправно передавала свекрови те самые десять тысяч, как символ молчаливого договора между ними.

Они обе понимали, что этот долг тянулся за Машей, словно тень её непростительной ошибки.

Прошёл год. Маша уже привыкла к этим ежемесячным «взносам». Но однажды вечером, когда она, как обычно, протягивала свекрови деньги, Валентина Петровна неожиданно остановила её руку.

— Ладно, хватит. Тебе давно уже всё прощено.

Я ведь вижу, как ты стараешься. А Алёша… что Алёша? Он ведь тебя любит, дурочка ты моя. Давай уж больше без этих глупостей?

Маша, не веря своим ушам, растерянно кивнула и прижалась к свекрови.

Валентина Петровна мягко похлопала её по спине, поглаживая так, как мать гладит свою дочь.

Прошу поддержать канал лайком и подпиской! Мне это очень важно!

Вам может быть интересно:

Николай долгое время притворялся глухим, чтобы разоблачить измену и проучить молодую жену (рассказ)
Рубиновое радио8 января 2021