Вчера был 40 день после смерти деда. Утром я прибирался в доме, в котором мой дед прожил всю жизнь.
Откуда-то из глубокой памяти выскочили рассказы деда о колдунье, жившей неподалеку, о том,как он воровал пацаном яблоки из ее сада. О том, как навела порчу эта колдунья на мальчугана попавшегося на воровстве .
О страхах и поверьях, которые передавались из уст в уста в их, уже вымирающей, деревне.
Сам я родился под Смоленском и до поступления в институт, частенько жил в деревне у деда. Дед рано овдовел, оставшись после войны с четырьмя детьми. Он никогда не жаловался, не сетовал на жизнь...
Потом он много расскажет мне о своей нелегкой жизни, сидя за столом длинными зимними вечерами.
Почему сейчас я вспомнил о всяких страшных поверьях именно сейчас?
Я сел на сундук передохнуть. Завтра я поеду в город, и не знаю, как часто я смогу навещать этот дом, который стал таким зловещим и пустым без деда.
"Надо ещё и кошку Муську забрать с собой, а то пропадет бедняга с голоду",- подумал я, глядя на то, что кошка играет с чем-то на полу.
Я подошёл поближе, чтобы рассмотреть , что так её увлекло. Подобрав с пола игрушку, я вздрогнул. Это был ноготь деда- темный, сухой.
Я сразу вспомнил рассказ деда о покойнике, который искал свой ноготь.
Дед рассказывал, что у них никто не стриг ногти, выбрасывая обрезки куда попало. Их всегда бережно собирали и ... сжигали. В общем-то, казалось бы, обычная практика: не мусорить дома и в огороде (хотя, что в огороде можно замусорить остриженными ногтями).
Но вся ребятня в деревне знала, что когда в их деревне кто-то умирал и покойника облагораживали перед похоронами, остригая ногти и подравнивая волосы (уж не знаю, зачем это делают, но про ногти могу понять, ведь у умерших людей влага из верхних слоев кожи быстро теряется и не пополняется, поэтому кожа немного теряет в объеме и ногти зрительно удлиняются).
Поэтому через некоторое время после смерти человека его ногти в самом деле могут немного «отрасти». С волосами примерно то же самое, я полагаю.
Если у покойника остригали ногти, то ни в коем случае не роняли ни одного обрезочка. Потому что считалось, что между моментом смерти и до третьего дня душа усопшего бродит по миру, посещая места, которые ей были дороги. А у деда в деревне были уверены, что, кроме этого, дух покойного ищет то, что у него отобрали уже после смерти.
Вещи у покойного обычно не отбирали. У деда в деревне одежду, в которой человек был в момент смерти, или оставляли на нем, если она была в нормальном состоянии, или же меняли, но снятую одежду обязательно клали в гроб («на дорожку», как говорил дед). Некоторые клали в гроб и ту одежду, которую сам покойный еще при жизни завещал с собой положить.
По этой же причине старались и не терять ногти. Верили, что душа покойного обязательно пересчитает все обрезки и пойдет искать недостающие. И придет в дом, где человек умер, будет бродить, расстраиваться, огорчаться, искать... в общем, всяко мешать живым.
А, если не найдет, то может не успокоиться и обозлиться на живых. От такого старались себя избавить, поэтому и ногти, и волосы, во-первых, остригали у уже лежащего в гробу покойного, во-вторых, все оставляли в этом же гробу. Кто-то даже заворачивал это в ткань.
Дед рассказывал, что местный батюшка, отпевавший покойных, такой практикой был крайне недоволен, но против местных не попрешь. Приходилось мириться.
Вот, такие деревенские поверья я припомнил.
Эту ночь я запомню навсегда. На душе было тоскливо и страх подкрадывался из каждых углов. Я лег на постель , не раздеваясь.
Около полуночи в дверь постучали. Я никого не ждал, сердце бухало в груди от страха.
Дома было тихо, лишь потрескивали негромко дрова в печи, да тикали часы на стене.
Поэтому мне не могло показаться, что меня позвали по имени.
Голос скрипучий, тягучий, словно холодная ночная мгла. Я не откликнулся. В тот момент я очень перепугался.
Заскрипели под чьей-то тяжестью старые порожки на крыльце. Слышно , что кто-то пробирался через кусты рябины к моему окну в спальне .
На улице было очень темно, но я разглядел,что к окну кто-то прильнул лицом. И снова этот страшный и жуткий голос позвал меня.
Я зажмурил глаза и закрылся одеялом. Муська жалобно мяукала, забившись в угол.
То ли ветки рябины, то ли что-то острое заскрипело по стеклу. От этого звука кошка зашипела и бросилась под диван.
Сквозь скрип я расслышал слово ноготь и всё резко стихло.
До самого утра я не сомкнул глаз, а как только рассвело, я бросился к мусорной корзине, чтобы найти ноготь деда.
В обеде, перед отъездом , я сходил на кладбище и прикопал ноготь в мягкую землю могилы.
Спустя месяцы я приезжал наведываться в дом деда, спокойно ночевал и никто меня больше не беспокоил.
Видно, дед тогда и правда за ногтем своим приходил.