– Поживём – увидим! А теперь домой. Соломон, Вагнер, вперёд!
Они шли по дорожке, на которой лишь вчера вечером познакомились с Вагнером и его хозяином, весело переговариваясь и делясь впечатлениями от прогулки.
Дверь им открыла хмурая Маргарита, внимательно осмотрела грязную обувь и лапы собак и тихо протянула:
– Никогда не понимала собачников – вставать ни свет ни заря, переться в дождь-снег чёрт-те куда, и всё ради того, чтобы этот комок мышц и шерсти, пардон, покакал.
– Тётя, – Настя крепко обняла Маргариту, которая отошла в сторону, пропуская двуногих и четвероногих в квартиру, – собаки лучшие друзья человека!
– Собаки могут быть лучшими друзьями, не спорю, зато кот никогда не сообщит полиции, где спрятана марихуана. Чай готов, каша для собак тоже, пошли на кухню, гулёны!
***
Маргарита подсела к столу и обхватила чашку ладонями – утро выдалось прохладным.
– Я уже переговорила с Димой, его сегодня после завтрака должны в обычную палату перевести, думаю, что лучшим лекарством для больного человека являются хорошие новости. Предлагаю пойти навестить его вместе с нашими лохматиками. Да и Вагнеру надо увидеть хозяина и удостовериться в том, что с ним всё хорошо.
Настя кивнула и тихо спросила:
– Ты вчера сказала, что он ранен был. А как это случилось?
Маргарита глубоко вздохнула и пожала плечами:
– Да он особо и распространялся по этому поводу, Павлу только сказал, что вышел в бой с ополченцами на «бешеной блохе», сиречь БМД* без хорошей брони. Пока суть да дело, его мина догнала. Но закончилось всё, слава богу, хорошо. Настюш, ты не устала, может, дома побудешь, отдохнёшь?
– Нет, ты что! Вагнер же со мной, как я могу его теперь бросить? Да, собака? – Она протянула руку к лежащему у её ног псу, который тут же ткнулся носом в девичью ладошку.
Ветреный смотрел на тётю и племянницу и улыбался, хотя всеми силами старался скрыть свою улыбку. Они были так непохожи, и в то же время представляли собой единое целое. Взрывная саркастическая Маргарита и нежная спокойная Настя. И он бы согласился, чтобы в его жизни эти женщины заняли каждая своё место. Ведь ему уже скоро сорок, и если быть честным, то он бы не отказался бы от такой дочери, как Настюшка. Только бы её упрямая тётя согласилась быть с ним рядом.
Через несколько минут все уместились в машине Александра, собаки легли в небольшом багажнике на специальном чехле, мотор взревел и автомобиль помчался к больнице. Ветреный вёл машину и прислушивался к женскому разговору.
– Не знаю, на что среагировал мой телефон, но вдруг он предложил мне создать уведомление, – шёпотом рассказывала Маргарита. – Я назначила ему каждый день с утра писать мне: «детка, ты красотка». Ну чего ты смеёшься? Знаешь как тяжело смотреть в зеркало и видеть эти синяки под глазами? Но самое интересное состоит в том, что создать-то это нечто я создала, но забыла напрочь! Сижу сегодня утром на кухне, как водится уже лет пятнадцать, пью кофе, курю. «Детка! Ты красотка!» – булькает мой телефон. Сказать, что я была в шоке – это не сказать ничего. Несколько секунд ушло на то, чтоб сообразить, что это не тайный поклонник, хотя очень хотелось, – Маргарита сделала паузу и стрельнула глазами в сторону Александра, – а моя же собственная напоминалка. Но утро уже стало лучше. Улыбаться начала, и кофе вкусней, и солнце ярче.
Маргарита широко улыбалась и смотрела в окно на мелькающие дома, пока ещё одиноких прохожих, и тихо добавила:
– Подумываю организовать себе доставку цветов с записочкой интимного характера... Пусть прям в дурку и привезут, а то с такими мыслями и до греха недалеко! – После чего все трое громко рассмеялись, даже собаки подняли головы и с удивлением глянули на людей.
– Дoвecти дo грeха нe обещаю, но с удовольствием провожу. – Александр посмотрел в зеркало заднего вида и подмигнул отчего-то смутившейся Марго.
– Да я как-то в непорочных связях до сегодняшнего дня не замечена была.
– Не была? – тихо уточнила Настя.
– Нет, не замечена! – так же тихо ответила Марго, после чего они опять расхохотались. – Так, мы приехали, теперь осталось вычислить окно Димкиной палаты – с собаками нас внутрь не пустят в любом случае.
Маргарита набрала номер, коротко поздоровалась, а потом быстро пошла вдоль длинного здания, поглядывая на окна первого этажа. Неожиданно остановилась и помахала рукой.
– Привет, болезный! А мы вот пришли тебя навестить. Всей компанией. Вагнер, смотри, хозяин!
Настя стояла чуть в стороне и широко распахнутыми глазами смотрела на собаку, которая подрыгивала, крутилась, скулила и повизгивала, стараясь не спускать глаз с хозяина, который, высунувшись из окна, протянул руку и подозвал Вагнера ближе. Ротвейлер встал на задние лапы, положил свою огромную голову в человеческую ладонь и замер, помахивая обрубком хвоста. Дмитрий пошевелил пальцами, Вагнер сел и с обожанием уставился на своего человека.
– Дима, – Марго подошла ближе и всмотрелась в лицо друга, – у нас тут поездка планируется к Насте на родину где-то через неделю. Ты как?
Варягин пожал плечами и качнул головой. Маргарита переступила с ноги на ногу и выпалила:
– А можно Вагнер тогда с нами поедет? Ты не будешь против? Они с Настей так быстро общий язык нашли, ты же знаешь, какой он у тебя молодец.
Варягин с какой-то непонятной тоской перевёл взгляд на серое небо и кивнул, затем наклонился к собаке и тихо сказал:
– Гуня, ты слушайся Настю, хорошо? Охраняй её и заботься, а я скоро вернусь домой, и мы с тобой ещё лучше заживём, понял?
Настя смотрела на пса, который сидел не шелохнувшись и внимательно смотрел на хозяина, после слов Дмитрия о защите он вдруг поднялся на лапы и гордо подошёл к девушке, обошёл её и сел рядом, едва касаясь широкими плечами её ноги. Варягин показал ему большой палец и устало попрощался с друзьями, взяв обещание, что они будут навещать его как можно чаще, после чего Ветреный в сопровождении Марго и Насти увёл собак к машине. Домой они ехали в полном молчании, каждый думал о том, как же всё-таки сильна связь между животными и их хозяевами. А через неделю всё в том же составе они уехали в родной городок Насти Захаровой.
***
– Адмир, – прошипела Маргарита, глядя на брата, сидящего на крыльце дома Захаровых, – ты как тут оказался? Ты следишь за нами, что ли?
Кайтуков-младший молча пожал плечами и выплюнул травинку. Затем поднялся и внимательно посмотрел на Александра, что стоял рядом с сестрой.
– Адмир, – коротко представился он и протянул руку для приветствия. – Наши девчонки круто вас в оборот взяли, да? Марго, не пыхти, мне Наташа сказала, что вы к Насте на родину поехали.
Настя ахнула и виновато посмотрела на тётю, прикрыв ладошкой рот, – она действительно поделилась с подругой планами, не думая, что Наташа всё расскажет Адмиру. Кайтуков обнял сестру, совершенно не обращая внимания на её бурчание, присел перед Вагнером и чуть склонил голову набок.
– А вы молодцы, такого помощника и охранника заимели. Дима-то в курсе?
– Конечно, Адмир! – Настя провела ладонью по собачьей голове, перекладывая плетёную корзину в другую руку. – Мы не хотели оставлять его, кто же с ним гулять будет, да, Гуня?
Вагнер поднял морду и преданно уставился на Настю, Ветреный шагнул на крыльцо и отпер дверь:
– Давайте все в дом, неуютно как-то к вечеру становится, да и с добычей нашей надо что-то решить.
– А я вам рыбку привёз к ужину, – Адмир пропустил Настю и закрыл дверь. – Она, кстати, Маргарита, для мозга очень полезна.
– Это что с ней делать надо, чтобы больше пользы получить? – тут же откликнулась сестра, снимая ботинки. – Селёдкой лоб натирать или ерша к затылку привязывать?
Настя и Адмир рассмеялись, Кайтуков обнял Маргариту и обернулся к Александру:
– Вот же характер, да?
Ветреный усмехнулся и тихо сказал, глядя на Марго:
– Женщина не всегда права, возможно, но она всегда Женщина. А Маргарита Башировна Женщина в превосходной степени.
И он спокойно пошёл на кухню, оставив неожиданно умолкнувшую Вологодскую, которая стояла посреди прихожей и хлопала ресницами.
– Ой, Марго, мне одному кажется, или пора задавать вопрос – как на личном фронте? – Адмир прислонился спиной к стене и сунул руки в карманы.
– Отбиваюсь, – пробурчала Маргарита, но тут же широко улыбнулась и показала брату язык. – Правда, кажется, пора сдаваться в плен. Но я ещё подумаю.
Через несколько минут они сидели на кухне, с аппетитом уничтожая жареную рыбу, о которой говорил Адмир.
– А вы куда ходили? К Бэлле?
Настя аккуратно положила вилку и тихо ответила:
– Нет, к маме с папой мы завтра собираемся, а сегодня просто в лесу побродили. Знаешь, там грибов так много. Мы собрали целую корзину, сейчас я быстро их обработаю, можно будет потом поджарить, это вкусно.
– Лучше домой отвезти, мама очень любит грибные блюда. Настя, а ты не ходила... к отцовской автомастерской?
Настя выпрямила спину и отрицательно качнула головой – она не могла заставить себя сходить к месту пожарища. Ей казалось, что там обязательно случится что-то страшное. Но тогда она была одна, а сейчас с ней были члены её семьи.
– Знаешь, я раньше боялась почему-то, но может быть, сейчас и надо сходить, да только зачем? Уже больше года прошло с того пожара, там, наверное, уже и следов не осталось...
Адмир кивнул и продолжил с аппетитом есть рыбу. Настя боится прошлого, но если не побороть этот страх, она так и будет считать себя виноватой. Кайтуков чувствовал, что его племянница до сих пор винит себя в том, к чему не была причастна. И хотя она очень изменилась за то время, что прожила в их семье, но иногда он видел, что при разговоре о погибшей матери Настя замолкала и старалась стать незаметной, даже казалась меньше ростом.
– Предлагаю завтра сходить туда, вы как? – Адмир посмотрел на сестру, та коротко глянула на задумавшуюся племянницу, перевела взгляд на Александра и кивнула брату, соглашаясь с его предложением. – Сначала к ним на могилу сходим, а потом туда, хорошо, Насть?
Настя молча оглядела сидящих за столом, а потом согласно кивнула. Адмир прав – ей просто необходимо побывать там и постараться понять, есть ли в чём-то её вина. Вагнер будто почувствовал сомнения девушки, подошёл ближе и положил голову ей на колени, после чего Настя открыто улыбнулась и потрепала друга по холке.
***
– Маргарита, пусть Настя побудет несколько минут сама. Ты же знаешь, она у нас совершенно лгать не умеет, если станет невмоготу – обернётся, позовёт.
Адмир посмотрел на сестру, стоящую под руку с Ветреным, и подмигнул, после чего уверенно направился к домику кладбищенского сторожа. Именно этот немногословный мужчина в их прошлый приезд коротко пообещал следить за могилой Захаровых и обещание своё сдержал, в чём Адмир убедился ещё вчера, когда примчался в этот городок и искал сестру с племянницей. Старшие братья порывались ехать с ним, но Кайтуков-младший посоветовал отвлечь родителей, а уж с непослушными женщинами справится он сам.
– Добрый день, Адмир Баширович, – раздалось у него за спиной. Кайтуков резко повернулся и приветливо кивнул, сторож подошёл ближе и молча протянул руку. – Я сделал всё, как вы велели. Только вот что... парень тут один наведывался недавно к Захаровым. Местный. У нас городок небольшой, друг друга знаем. Так вот, он раньше у Степана работал. Стёпка, конечно, тот ещё разгильдяй был, но зла людям не делал. А теперь парнишка этот к Бабалке перебрался. Только чего он к Степану и Бэлле на могилу-то приходил? Гришкой его зовут, Перепелицей.
– Бабалка, я так понимаю, хозяин той самой автомастерской, что на выезде из города находится?
Сторож молча кивнул и прикурил вонючую папиросу. Адмир проследил взглядом за Настей и Марго с Александром – они стояли у могилы Захаровых и о чём-то тихо переговаривались. Кайтуков кивнул своим мыслям, затем вытащил бумажник и отсчитал несколько купюр, сторож взял деньги и аккуратно положил их в карман, коротким жестом давая понять, что не оставит своим вниманием могилу погибшей семьи. Затем подхватил лопату и грабли и медленно пошёл вдоль могил, чуть прихрамывая и зорко осматривая своё хозяйство. Какими бы людьми они все ни были при жизни, но место их упокоения должно содержаться в порядке. Адмир же направился к могиле сестры, думая над словами сторожа. Парень. Кто таков? Зачем приходил? А если он имеет отношение к смерти Бэллы и её мужа? Ещё в прошлый раз Александр Петрович, руководитель местного отделения банка, в разговоре как-то между делом заметил, что полиция подозревала поджог – уж больно удачно дверь заклинило во время пожара. Только дело быстро замяли, свидетелей не нашлось, Захаровых похоронили и... всё. Хотя ребята из местного отделения полиции только руками разводили – они сделали всё, что могли. М-да, вовремя они Настю забрали, неизвестно что бы её ожидало здесь. И вроде люди хорошие живут, работящие, приветливые, и помогут, и подскажут, а в то же время злость так и брызжет, как слюна ядовитая. А всё потому, наверное, что не похожа Бэлла на них была, поначалу сторонились её люди, а потом и вовсе невзлюбили. А после её гибели весь негатив на Настю перенесли. Ну чего сейчас-то гадать, всё быльём поросло и в прямом, и в переносном смысле. Осталось сходить с племянницей к месту гибели родителей, чтобы отпустило девочку прошлое. Чтобы будущее засияло...
____________________________________________________________
*БМД - боевая машина десанта - боевая бронированная гусеничная плавающая машина.
***
Настя остановилась у края дороги и указала пальцем на разрушенные кирпичные стены:
– Вот это место, – прошептала она, не отрывая глаз от заросшего травой и блеклыми осенними цветами пожарища. – Я тогда так и смогла прийти сюда, тут всё полиция обследовала... я маму с папой только на похоронах уже увидела. А сюда... не смогла.
Маргарита подошла к ней и тихо сказала:
– Запомни, ты ни в чём не виновата. – Она чуть повернула голову и прошептала: – Поверь, даже если бы ты не была в ту ночь с этим... как там его? Женей? Ты бы всё равно не смогла что-то изменить, потому что у тебя был выпускной бал. Хотя, конечно, родители могли бы пойти с тобой. Не каждый день единственная дочь школу заканчивает.
– А может, мама чувствовала, что должно что-то случиться, поэтому и осталась с папой?
– Не знаю, Настюш, но лучше бы они лишились этого, – она показала подбородком на руины, – чем самой жизни. Но теперь-то чего об этом говорить. Пойдём вместе?
Марго крепко взяла племянницу за руку и шагнула в высокую траву, Настя выдохнула и пошла за тётей. Адмир и Александр, что молча наблюдали за женщинами, тоже медленно двинулись вперёд, зорко оглядывая место трагедии.
– Слышь, Адмир, я так понимаю, что именно тут дверь была? Как думаешь – заклинило замок или дверь чем-то подпёрли?
Кайтуков пожал плечами, не вытаскивая руки из карманов. Прошло больше года, если и были какие-то улики, то что-то сгнило, что-то сгорело, что-то утащили местные жители, короче, следов не найдёшь.
– Не знаю, Саш, да только какая теперь разница – замок или дверь, сестру не вернёшь.
– Дверь, – уверенно прозвучало у них за спинами.
Кайтуков и Ветреный резко повернулись и уставились на молодого высокого мужчину в синем дождевике, резиновых сапогах и с корзиной грибов в руках. Он аккуратно опустил корзину на землю, с какой-то непонятной тоской осмотрел разрушенные стены и представился:
– Григорий Перепелица. Мне сказали, что вы приехали и на кладбище со сторожем разговаривали. Вы Адмир Баширович, правильно? Вы на Бэллу очень похожи. И Настенька из вашей породы будет, вся в маму-красавицу. А мне бы поговорить с вами. И решить, как мне дальше поступать и что делать. Только Настю не подпускайте ко мне, незачем ей страшную правду знать.
Продолжение следует...