Когда в семье моего друга Петра умер дед, весь дом погрузился в глубокую скорбь. Дед был основой их рода, тем, кто собрал семью в сложные времена, поэтому его уход вызвал бурю эмоций. Мать падала в обморок, не находя слов от горя, отец молчал целыми днями, погружённый в свои мысли, словно потерял голос. Петру всё это казалось странным — он редко видел деда, не был с ним особо близок и не мог понять, почему родители так тяжело переживают утрату.
Тело деда отвезли в маленькую деревню под названием Старицыно, где он родился и где провёл последние годы. Там и похоронили его на деревенском кладбище. Однако даже в квартире родителей в Москве зеркала были занавешены плотной тканью, и родители приказали Петру сделать то же самое в его комнате. Сын подчиняться не стал, думая, что это всего лишь суеверия.
Прошла неделя, и на восьмой день после похорон зеркало в комнате Петра вдруг стало абсолютно чёрным. Его поверхность словно покрыли непроглядной краской. Это потрясло его до глубины души, страх заполнил всё его существо. Он попытался игнорировать увиденное, но никак не мог. Пряча зеркало в ящик стола, Пётр запер его на ключ, желая забыть о странной находке. Встретившись со мной на следующий день, Пётр был бледен и напуган до ужаса. Я его почти не узнал.
Он просидел у меня весь день, напился от страха, словно надеясь заглушить панику. Пока я слушал его сбивчивый рассказ, он вновь и вновь повторял, что зеркало невозможно объяснить, что в этом есть что-то потустороннее. К вечеру он пошёл домой, но спать так и не смог. Включил свет и сидел до полуночи, листая книгу, надеясь отвлечься.
Около двенадцати ночи свет внезапно погас. Темнота была абсолютной, и казалось, что время остановилось. Но тишина не длилась долго — сквозь эту плотную мглу Пётр услышал шаги. Будто кто-то осторожно ступал по его квартире. Он пытался убедить себя, что это соседи, кто-то идёт по коридору… но шаги не прекращались. Каждые полчаса свет гас снова, и каждый раз он слышал этот зловещий звук.
Дважды за ночь ему звонил неизвестный номер, но всякий раз на том конце бросали трубку. Эти странные звонки не давали покоя, погружая его в ещё больший ужас. Едва дождавшись утра, Пётр, наконец, уснул и увидел необычный сон: дед, облачённый в старую военную шинель, с лицом, скрытым за плотной белой пеленой, будто туман затуманивал его глаза, стоял вдали. Он помахал рукой и медленно исчез в клубах тумана, оставив Петра с невыразимым чувством тревоги.
Проснулся он ближе к полудню, и первое, что заметил, — замок на ящике был взломан. Сердце заколотилось, когда он открыл ящик и обнаружил зеркало. Оно выглядело обычным, как и раньше, словно ничего не происходило. Но Пётр знал, что это не так. Тот взгляд деда, скрытый туманом, не отпускал его даже после пробуждения. Он больше не решился смотреть в это зеркало. Вместо этого вынес его и выбросил, не сказав ни слова родителям. Вечером он купил новое, надеясь, что старое навсегда оставит его в покое.