«И судьба с дороги не свернёт…»
Леонид Кривобоков
Нельзя узнать, что тебя ждёт в будущем. Возможно, это – самый большой подарок от Судьбы. Как известно, у Судьбы есть способы воздействовать на людей. Из-за нудного разговора с завучем Санька умудрилась при выходе из школы споткнуться о камешек, подвернувшегося ей под ногу, шлёпнуться и разодрать брюки на коленке. Пришлось бежать домой переодеваться. В результате она опоздала на маршрутку до Богатова.
Она, влетев на автовокзал, обнаружила что опоздала буквально пару минут.
– Ну и плевать, поеду на прокладных, – пробормотала она, поймав машину, которая довезла её до выезда из города.
Теперь она шла по обочине шоссе и прикидывала, кто её подвезёт. Все машины, видимо из-за субботы, ехали забитыми до предела.
Санька не унывала, потому что всегда любила дорогу. На дороге она была сама собой. Не надо был носить очки в тяжёлой оправе, притворяясь умудрённой опытом училкой математики перед школьниками. На дороге не было сочувствующих взглядов коллег, с высоты взирающих на неё. Ну какая она учительница?! Ни тебе строгости, ни возраста, заставляющего учеников дрожать, пацан пацаном. Да ещё рост подкачал! На дороге годились любимые джинсы.
На дороге она никогда ничего не боялась, и пожалуйста… Дёрнуло же её остановить не фуру, как обычно, а внедорожник. Ей казалось, что днём безопасно. Из-за тонированных стёкол показалось, что там только один водитель, и на тебе – вляпалась. Там было четверо здоровенных мерзавцев. Один, прижав руку девушки к спинке сиденья, занялся её грудью.
Санька, содрогнулась от омерзения, но сразу поняла, что делать. Когда-то отец научил её, что не опасен тот враг, который считает тебя слабой жертвой. Она заскользила свободной рукой по его спине, лаская её. Парень расслабился, а Санька изо всех сил ущипнула соседа за бок, который от неожиданности взвизгнул тонким голосом и без разговоров влепил по морде тому, кто держал Саньку. Незаслуженно побитый негодяй завопил и вцепился в горло, обидчика, тот на мгновение отпустил добычу.
Время пошло на секунды. Девушка смогла открыть дверь, вывалиться на дорогу и броситься в придорожные кусты, которые сразу её скрыли.
– Да-а! Что угодно ожидала от поездки к тёте в деревню на выходные, но только не такого! – возмущённо пробурчала она себе под нос, скользя между густой порослью американского клёна, росшего вдоль дороги. – Сколько раз ездила на попутках и никогда не влипала ни в какие истории. Вот непруха!
Санька бодро ползла на четвереньках в кустах, полагая, что так будет труднее её найти, потом долбанулась о дерево головой да так, что искры из глаз посыпались, а потом всё потемнело.
– Ой! Это от удара что ли? Но ведь не больно! Неужели сотрясение какое-то? – в ужасе прошептала она, пощупав лоб, но пророкотал гром, и она поняла, что началась гроза.
Всё произошло так быстро, что она и не заметила, когда успела набежать туча. Гроза была так кстати, что она, резво передвигаясь в чащу леса, просипела:
– Спасибо, Господи! Большущее, спасибо! А я-то глупая в тебя не верила. Прости, теперь верю, и очень!
Она бодро понеслась вдоль деревьев, поглядывая на мокрый песок дороги, которая становилась всё более привлекательной под струями дождя. Однако она знала коварство этой дороги и бежала от дерева к дереву, не делая попытки выйти на дорогу.
На этой дороге останавливаться в дождь, было полным безумием, можно было только ехать, ну или очень быстро бежать, например со скоростью машины. Во время дождя после любой остановки машину необъяснимым образом затягивало по ось в землю. Выдернуть увязшую машину можно было потом только трактором. Все, кто пользовались этой дорогой, про это знали и старались даже не ходить по коварной песчаной дороге.
Судя по воплям тех, от кого она сбежала, которые остановили машину на этой дороге, они не знали этого, решив поймать беглянку. Санька, немедленно нырнула в следующий ряд кустарников, в это раз это был дикий тёрн, уверенная, что сюда её преследователи точно не сунуться.
Между тем несостоявшиеся насильники продолжали перекрикиваться и материться, треща валежником под ногами. Однако вскоре их крики стали совсем дикими. Они просто орали и верещали.
Девушка, которая упорно ползла в кустарниковых зарослях, в недоумении хлюпнула носом.
– В крапиву или в татарник влезли? Так орут, будто их режут. Как же! Фuгyшкu они меня найдут! Да и бегут они в другую сторону… Вроде.
Ещё в детстве, когда она играла в прятки с отцом, тот ей говорил:
– Не затаивайся, когда тебя ищут, а постоянно меняй дислокацию!
Что такое дислокация, она тогда не знала, но догадалась, что надо двигаться, чтобы запутать того, кто водит, однако надо продолжать следить за ним. У отца ей ни разу не удавалось выиграть, но она упорно пряталась, радуясь, что с каждым разом, он всё больше тратил время на её поиски.
Вот и теперь Санька, попетляв по кустам лещины, прислушалась. Криков не было слышно. Дождь зашуршал, скрывая звуки и запахи.
– Ага! Кажется, они меня потеряли, – Саньки бодро доползла до двух здоровенных сосен, растущих рядом, и пристроилась между их стволами. Отдышалась и осмотрелась.
Теперь она не боялась. Здесь, в этом лесу, кажущимся прозрачным от светлых сосновых стволов, все всё время плутали. Почему-то все тропинки и дорожки были невероятно похожими друг на друга, даже цветочки вдоль дороги росли одинаковые. Поляны заросли жутко колючей чилигой, которая заставляла людей поворачивать вроде на знакомые тропинки. Так и начинались мытарства грибников, которые иногда по несколько часов кружили по лесу, не понимая, как выйти на дорогу.
Часа два девушка тащилась по лесу под проливным дожем, потом, обессилев, села на поваленное дерево, понимая, что она и сама уже не знает, где находится. Надо было залезть на дерево, но сил не было.
Отдохнув, она философски решила, что можно переночевать и в лесу, тем более что дождь стал тихими и мелким. Ей не было страшно, чего бояться-то? В местных лесах кабанов браконьеры практически всех съели, а те, кто выжили из зверей, сами от всех прячутся. Волки исчезли, даже барсуков и тех практически всех повывели, а крупнее волка здесь хищников отродясь не было.
Дождь кончился. Санька огляделась. Она стояла на склоне то ли овражка, то ли ложбинки. Непонятно куда-то делась вода, пролитая из тучи, потому что внизу было почти сухо и тихо. Очень тихо.
– Странно, почему так тихо? – прошептала она, именно из-за этой непонятной тишины, она не рискнула говорить громко.
Эта тишина её очень тревожила. Это было как-то необычно для леса. Хотя и вечерело, но должны были шуршать мыши, которые по вечерам бегали и ели, и птицы должны быть попискивать. Тем более дождь-то прошёл!
На Саньку накатился какой-то первобытный страх. Она немного тихонько поскулила, потом, вспомнив о преследователях, и что она теперь не знает, где они, нырнула на следующей поляне в жуткую крапиву, ростом выше её и бодро поползла на четвереньках.
Через несколько минут Санька переползла заросли, вылезла из ложбины и решилась встать. Она чуть не завизжала от ужаса, так как упёрлась носом в грудь здоровенного парня, который замер, слившись со стволом сосны. Тот тоже вздрогнул, когда из крапивы поднялась гибкая девчонка, с сияющими свирепыми янтарными глазами, вся в паутине и с ободранной рожицей. Парень крякнул и прошипел:
– Никшни!
В руках здоровяка было ружье, но Санька разглядела, что ружье было необычным. Да и одежда была странной для леса, вся в каких-то цветных пятнах, на одежде были даже розовые горошины и голубые кляксы. Её осенило. Видимо, этот парень с компанией играют в пейнтбол. Она правда не знала, как выглядели игроки, но слышала, что они стреляют шариками с краской, поэтому решила, что разноцветные пятна на одежде парня от краски. Санька понимающе кивнула и опять присела.
Парень выразительно повертел пальцем у виска и поманил её за собой. Она, стараясь не шуметь, заскользила за ним. Вскоре поняла, что они идут к реке. Овражки стали более влажными и заросли хвощом и папоротником. Она не знала, зачем потащилась за ним? Хотя, спустя мгновение поняла, что из-за чувства безопасности, которое опять у неё появилось.
Через час они оказались в небольшой песчаной пещерке под корнями огромной ветлы на берегу Самарки. Санька с уважением поджала губы, не многие знали о таких пещерках.
Её попутчик, стоя на коленях у входа, долго прислушивался потом, едва шевеля губами ошарашил её вопросом:
– Где мы?
Она пожала плечами. Неужели он случайно наткнулся на пещерку? Санька очень сильно сомневалась в этом, но парень смотрел прямо и не бегал глазами.
– Где-то недалеко от Богатова, – так же шепотом сообщила она.
От её ответа парень скривился, как от зубной боли, потом стукнул себя по лбу кулаком, и двумя пальцами обвёл овал её лица. Санька охнула, так в голове странно зашумело, стало очень холодно.
– Бррр… – выразила она протест.
– Сейчас отпустит. Поможешь? Я заблудился, – опять скривился парень.
Он смотрел на неё и, как будто, удивлялся чему-то. Более того, она почему-то вспомнила, как когда-то в детстве в московском зоопарке, она смотрела на волков, плача от того, что их заперли, и те также, как этот парень, удивлённо смотрели на неё. Родители тогда увезли её и пообещали, что животным в зоопарке совсем неплохо. Санька печально вздохнула, понимая, что этот парень чем-то напомнил ей не только зоопарк, но и давно ушедшего из её жизни отца.
Она озадаченно поморгала. Голова болела ужасно. Санька потёрла лоб и укоризненно посмотрела на парня, теперь тот стоял на одном колене и пристально всматривался в вечерний сумрак. Однако она осознала, что он втиснул её в пещерку и закрывал собой. Самого его скрывали свисающие корни.
Несколько мгновений Санька переживала чувство благодарности, ранее не испытываемой ей к парням, потом вспомнила, что он заблудился и хмыкнула. В этом лесу немудрено заблудиться, но ведь не один же он играл?! Где-то же должны быть его товарищи. Потом подумала, что может из-за игры он не может позвать их на помощь.
– Ты в пейнтбол играешь? – чуть слышно прошептал она.
Парень хыхыкнул. Это заставило её принять категоричное решение и метнуться к выходу из пещеры. Она не успела, так как он поймал её, и она рухнула на землю, прижатая к полу пещеры.
Санька зло просипела:
– Гадство! Опять вляпалась! Да что же это за день-то такой?!
Она приготовилась драться. Однако незнакомец зажал ей рот рукой, но помог встать и повернул её голову так, чтобы она увидела противоположный берег. Девушка присмотрелась и нахмурилась, там хрустя листьями здоровенного подбела пробежали несколько фигур. Что-то в них было неправильное. Потом увидела, что оружие парня качнулось, но выстрела не последовало, а с реки взлетела пара уток, громко хлопая крыльями. Он застыл, прижав пальцы к губам.
Фигуры на той стороны реки замерли, Санька внутренне охнула, разглядев их. Таких зверей не бывает! У зверей было шесть конечностей – на четырёхногом туловище торчало тело с двумя могучими лапами. Как страшный сон, подумала она, какие-то обезьяно-кентавры. Странные существа принюхивались и осматривали противоположный берег. Санька порадовалась, что они в пещере, и их срывают корни и ствол гигантской осины, которая почти упала, рядом с ветлой, но зацепилась за её ветви и удержалась.
Существа хрипло что-то рыкали и хрустко топтали подбел, густо растущий вдоль берега, шарили лапами в кустах. Одно из них сунулось к воде, но именно в этом месте у Самарки прорезался характер, и она несла свои воды с резвостью горной реки. Существа попятились и застучали кулаками по груди.
Санька обомлела, происходило что-то такое, с чем она раньше никогда не встречалась, ну разве в каком-то фильме, там тоже обезьяны колошматили себя в грудь.
Так прошло минут сорок. Странные монстры, то влезали на лежавшие на берегу стволы осин, отламывая у них ветки, пробовали их на прочность и бросали, то вспрыгнув друг на друга рассматривали противоположный берег. Санька, замерев, старалась даже дышать через раз. Монстры, пометавшись по берегу, исчезли в сумраке леса.
– Испугалась, девочка? Тебя как зовут? – шепнул незнакомец ей на ухо.
Вопрос прозвучал очень неожиданно и гадко. Девочка… Какая она ему девочка?! Ей уже двадцать два, и её только чуть не изнасиловали. Парень хрюкнул, от подавленного им смеха, и погладил её по голове. (Жалеет!) Надо было сматываться.
Она посмотрела ему в глаза.
– Отпусти меня, ради Бога! Я никому ничего не скажу. Я ведь никого не видела, ничего не знаю. Я просто убегала, от одних к.oзлoв и на другого нарвалась, – она ляпнула и обмерла. – Э-э… Прости вырвалось! Просто день какой-то не такой!
Парень смотрел долго, потом хмыкнул, поняв, что его назвали кoзлoм, и среагировал так, что у Саньки ослабли ноги.
– У вас что, теперь кoзлы – хищники?
После этого вопроса девушка тихо поползла к выходу. Он не мешал ей, а только смотрел. Это Саньку озадачило. Поэтому, когда вылезла из пещеры, бежать ей почему-то расхотелось, да и надо было определиться, где всё-таки они оказались. Санька пару минут прислушивалась, потом полезла на недалеко стоявшую сосну. Парень внизу хихикнул, так как она пару раз съехала, пока добиралась до первых ветвей сосны.
– Ну, насиловать он меня точно не будет. Тоже мне, гусь горделивый! Он же смеётся надо мной! – пробормотала она себе под нос.
Осмотревшись, удовлетворённо хмыкнула, они оказались в часе ходьбы от тёткиного дома. Это была невероятная удача! Санька сползла с сосны, довольная до невозможности, так как теперь могла так уйти, что этот никогда бы её не догнал.
Парень молча смотрел на неё. Девушка поёжилась, он что-то ждал, но что? Её спаситель устало содрал с себя маску, даже в сумерках было видно, что лицо у него была чистым только под маской-очками. Незнакомец устало облокотился на ствол осины и опять уставился на Саньку. Она растерянно сморщила лоб, полагая, что тот начнёт расспрашивать её, но тот молча принюхивался к вечернему воздуху. Он не был похож ни на одного из её знакомых. Удивляли даже не широкие плечи и скрытая мощь, а странные черно-белые волосы, завязанные в толстый хвост сзади.
Девушка огорчённо подёргала свои, коротко постриженные до плеч, волосики и хрюкнула от злости.
– Загадка! Вот объяснил бы кто-нибудь мне, зачем парню такие волосы?! Вечно природа развлекается, как ей нравится!
Санька опять посмотрела на него и ухмыльнулась тому, что почувствовала – он ей понравился, от него шло ощущение силы. Она всю жизнь ненавидела кавайных [1] мальчиков, не способных поднять ведро с водой. Этого можно было назвать, как угодно, только не изнеженным. Захотелось подёргать за его роскошный хвост.
– Далеко до церкви? – огорошил он её очередным невероятным вопросом.
Санька застыла. Что угодно она ожила услышать от человека в лесу, после появления обезьяно-кентавров, но не этого. Внимательно взглянула ему в глаза, не смеётся ли? Нет, незнакомец, был серьёзен и сосредоточен.
– Тебе какая церковь нужна? – спросила и сама удивилась. Надо же было спросить совсем другое! Например, зачем ему церковь?
– Все равно какая, лишь бы не новая, – и пояснил, – старые строили в центре пересечения леев [2]. Можно воспользоваться энергией узла и послать сообщение.
– Ага! – от большого ума она решила не спрашивать, куда и кому, и просто ответила. – Церковь-то почти рядом, но для тебя бесполезно, ночью будешь кружить.
– Ерунда! Ты главное направление запомнила? Доведи меня до дороги к церкви, и я тебя отпущу.
Санька угрюмо смотрела на него. Вот и прозвучало: «Отпущу». Как же отпустит… Все мужики, однако, твapu конченые.
Парень с интересом взглянул на неё и просто сказал:
– Можно, конечно, и по-другому, но далеко, а эти, ты их видела, явно здесь нашли проход какой-то. Ты помоги, пожалуйста! Мне твоё тело ни к чему, да и грязная ты жуть. Не сомневайся!
От этих слов ей стало так обидно, что она чуть не заплакала. Ну почему она никому не нравится?! Что же она хуже других? А с другой стороны, и Слава Богу!
[1] Кавайный, – обрусевшее слово от японского, означающего «милый», «прелестный», «хорошенький»
[2] Линии лей – линии, соединяющие различные места Силы на Земле, по которым передаётся земная энергия. Основоположник теории леев британский археолог А. Уоткинс считал, что леи – проявление неких физических свойств живой Земли. Сеть лей-линий окутывает всю планету; на земной поверхности они просматриваются цепочкой аномальных объектов.
Продолжение:
Подборка всех глав: