«Дом Черткова на Мясницкой, большой и прекрасный, представлял сочетание богатства с полнейшей безалаберностью: во всех приемных комнатах царил замечательный беспорядок, причиной которого был сам хозяин», — говорил Сергей Загоскин об усадьбе Александра Черткова, историка, нумизмата и библиофила. По словам мемуариста, владелец дома то превращал большую гостиную в спальню, то устраивал кабинет чуть ли не в официантской, то переходил работать в другой зал, отчего везде валялись бумаги, папки, книги. В парадных комнатах заседали ученые общества, в которых состоял хозяин, и усадьба напоминала присутственное место.
Чертков занимал должность московского губернского предводителя дворянства, а потому считал своим долгом устраивать зимой бал, куда приглашал всех дворян, даже незнакомых. Загоскин, друживший с сыном владельца усадьбы, признавался, что в середине XIX века такие балы на Мясницкой не отличались особой роскошью — там правили суматоха и теснота. Гости гуляли по комнатам, опустошали буфет и ужинали, как на публичном бале, не увидев хозяев дома. Чертков скрывался где-то в толпе — его мысли витали, он нередко не узнавал людей.
Александр Чертков пристроил новый объем с Готическим залом на втором этаже — хозяин усадьбы увлекался историческими романами Вальтера Скотта, много путешествовал и особенно любил готические храмы, поэтому оформил парадный зал в духе стиля английских королей Тюдоров. Как же удивлялись гости, когда открывали дверь ампирного особняка, а попадали в средневековый замок!
Ажурная лепнина покрывает стены и потолок, словно тонкое кружево: ползут и изгибаются краббы — причудливые листья; распускаются крестоцветы — бутоны в форме крестов; прорезаются пинакли — остроконечные башенки, будто парящие в воздухе. Стрельчатые окна и двери, похожие на витражи с розами, плывут по кругу. Зеркала в ложных дверях расширяют пространство, и большой зал кажется огромным.
Чертков поддался моде и на первом этаже, недалеко от вестибюля, отделал камерную гостиную в мавританском стиле.
Александр, сосредоточенный и молчаливый, прятал под строгим, а иногда чудаковатым видом огромную душевную энергию и сильную любовь к своему делу — Чертков коллекционировал книги и рукописи по истории России. Он сначала прочитывал их, описывал для каталога и только после этого ставил на полку. «Еще не было подобного предприятия у нас — собрать о России все, что было писано — и, вероятно, долго не дождется повторения», — восхищался этнограф Иван Сахаров. Историк Петр Бартенев рассказывал, что многие знакомые Черткова даже не догадывались о его многосторонней учености, но близкие друзья могли сказать об Александре словами Ивана Крылова: «И думает свою он крепку думу без шуму».
Александр Чертков разрешал пользоваться библиотекой всем, кто любил историю, хотел даже построить для книжного собрания отдельное помещение, но не успел исполнить мечту.
В библиотеку заглядывал Лев Толстой, работая над романом «Война и мир» — Бартенев подбирал исторический материал, консультировал писателя и редактировал текст. Представьте, как Толстой заходит в отдельную дверь библиотеки на углу с Фуркасовским переулком, поднимается по лестнице и попадает в залы библиотеки. Тонкие чугунные колонны держат обходную галерею верхнего этажа, вдоль стен тянутся шкафы с книгами.
Начать путешествие по старинным зданиям Москвы и приобрести книгу «Ключи от Москвы. Как чай помог получить дворянство, из-за чего поссорились Капулетти и Монтекки старой Москвы, где искать особняк, скрывающий подводное царство» (12+) Яны Сорока можно по следующим ссылкам:
«Читай-город»
Ozon
Wildberries