С работы я вернулась поздно, нагруженная сумками с продуктами. Прямо у двери дочь, забрав покупки, чмокнула меня
в щеку:
— Ну наконец-то! А то жду-жду, из нервничалась..
— Изнервничалась? А что случилось?
— Ничего. Просто нужно с тобой поговорить.
— Поговорить? — Я застыла. — О чем? — О чем, о чем! О предложении Дениса. О предложении? Час от часу не легче! Неужели она собралась замуж за этого слесаришку?! Стаскивая сапог, я зацепила ногтем колготки. Снизу вверх сразу побежала узенькая стрелка.
— Ну вот! Раз надела, и все!
Я раздраженно посмотрела на свои неухоженные ногти, потом перевела взгляд на дочь:
— Учти, если речь идет о свадьбе, то я категорически возражаю! Ну и зря! - Пожав плечами, Полина пошла выгружать продукты и уже насмешливо прокричала: — о ты ошиблась! Разговор вовсе не о свадьбе.
— Не о свадьбе? — Забыв надеть тапочки, я помчалась догонять дочку.
— Тогда о чем же? — О поездке в Краснодар... — Достав из пакета упаковку мороженого, она недовольно поморщилась:
— Ведь просила же тебя не покупать сладкого!
— Не ворчи. Ты худеешь, но я же не на диете. И не отклоняйся от темы!
— Ах да! — Полина заискивающе улыбнулась:
— Понимаешь, мама, Денис настаивает, чтобы я познакомилась с его родителями.
— Настаивает? Интересно! А меня он с ними не собирается знакомить?
— Нет! — Она забросила килограммовый брикет мороженого в морозилку. — Ты ведь сразу все испортишь!
— Испорчу? Ну, знаешь! Это почему же, позволь мне узнать?
— Потому что тут же начнешь их учить, как им и их сыну себя вести, чтобы
твоя дочь была счастлива! Будешь, ну скажи?
Ничего себе заявочки! Вот паршивка! И это после всего, что я для нее сделала. От возмущения кровь ударила мне в голову.
— И тебе не стыдно? — стараясь перебороть гнев, с трудом выдавила я.
— Стыдно?! — Поля выразительно закатила глаза.
— За что, за правду? Ты же не можешь без нравоучений. Будто все, кроме тебя, сплошь недотепы, неряхи и придурки.
— Я когда-нибудь говорила что-то подобное?
— А и говорить не нужно! — скривилась дочь.
— Взять хотя бы меня. Взрослая барышня, двадцать уже, а до сих пор шагу нельзя ступить без твоего разрешения. Воспитываешь, воспитываешь, «Девушку украшает скромность... Зимой нужно носить теплые колготки... Вся жизнь под твою диктовку: как приготовить, как убрать, как одеться... Даже с кем спать!
— Все, довольно! — оборвала я ее.
— На то и мать, чтобы учить дочь уму-разуму, ясно?!
— Не до старости же! — выкрикнула . Полина.
— Начнешь жить самостоятельно, посмотрим, сколько шишек понабиваешь. Тогда и поговорим.
Не поняла... В каком это смысле, а?
— В житейском. Ты ведь совершенно неприспособленная. И в людях абсолютно не разбираешься. Вцепилась в своего Дениса, а что в нем хорошего?
— А что плохого? — Полина с вызовом посмотрела мне в лицо.
— Ну что?
— Абсолютно все! — Я вздохнула. — От него воняет табаком и бензином.
— Глупости! — фыркнула дочка. — От него не воняет, а пахнет. Так, как должно пахнуть от настоящего мужика.
— И у него нет высшего образования...
— Зато есть золотые руки. Денис классный автослесарь, из любой развалюхи сделает «конфетку», даже из
самой убитой. Что еще?
— Как что? И своего жилья тоже нет.
— Ну и что? Квартиру можно снимать, — тут же ответила Полина.
— А разве разумно выбрасывать деньги на ветер? — вызывающе усмехнулась я.
— Ну, так он же свои выбрасывает, а не чужие. Зато живет сам. Без надзирателя, без контроля.
— Это я надзиратель? Я?! — В моем голосе прозвучала такая обида, что Полине стало стыдно:
— Прости, мам... Я не подумала... Увидев, что по щекам у меня катятся слезы, дочь покаянно сложила руки:
— Мам, ну что ты? Не надо плакать!
— Ты меня совсем не любишь...
— Мамочка, родная, люблю, конечно!
— Не любишь. Иначе не променяла бы на первого встречного.
— Опять. Просила же! — У дочки задрожали губы.
— Пойми, я не могу всю жизнь сидеть рядом с тобой. Выросла!
— Знаю... — сквозь слезы молвила я.
— Но хотя бы сейчас... Сейчас... ты можешь послушаться моего совета?!
— Какого совета? Ты о чем?
— Доченька, умоляю... Не уезжай в Краснодар. Он... Он тебе не пара. Вы не будете счастливы, вот увидишь! Полина устало махнула рукой:
— Мам, не усложняй то, что и без того непросто. Пойми, я уже взрослая. У меня есть свои убеждения, свои симпатии. Может, не совсем правильные, но я все равно буду их отстаивать. Даже если ты станешь на это обижаться.
Ночь прошла почти без сна. Глядя в темноту, я тоскливо размышляла о своей неудавшейся жизни. Вспоминала отца Поли. Костя умер, когда дочери было чуть меньше года. Вернее, погиб в двух шагах от дома. Выбежал в ларек за пивом и не вернулся. Попал под грузовик, когда переходил дорогу...
После похорон я думала лишь об одном: как одной поднять дочку. Декретный отпуск, пособие на ребенка крохотное. Тяжелые думы, надвигающаяся депрессия... Мать, приехавшая из села, пыталась меня утешить по-своему:
— Не горюй, все наладится! А то, что рано овдовела, может, даже и к лучшему. Костя твой непутевым был. И отцом никудышным. Вспомни, как Полюшку называл: «Моя пиявка!» Это про родное-то дите! К тому же к бутылке тянулся. Что ты на меня смотришь? Я правду говорю. Любил твой муженек покутить. От того и смерть свою раньше времени нашел. Не горели бы после пьянки трубы, не побежал бы за пивом — был бы жив! Возражать смысла не было. У мамы характер упрямый. Спорь, не спорь — все равно при своем останется. Честно говоря, я в нее пошла. И замуж вышла наперекор ее воле. Не нравился матери мой выбор, и она этого ни от кого не скрывала. Даже самому Косте перед свадьбой умудрилась бросить в лицо, что мы с ним не пара. А когда я забеременела, уговаривала сделать аборт: «Рано тебе дите заводить. Все равно вам с Костей не жить вместе...» Как сказала, так и случилось. Самой мне пришлось дочь воспитывать. Хлебнула в жизни лиха. Но Поленьку никогда не обижала. Все делала, чтобы моя девочка не чувствовала себя хуже других. Вкалывала на двух работах, да еще на дом работу брала. Спала по три-четыре часа в сутки. Но ничего, выдержала. И всего добилась самостоятельно, без помощи отца с матерью. Все у нас с дочкой есть: двухкомнатная квартира, хорошая мебель, бытовая техника. Вот только согласия между нами почему-то не стало.
Как появился Денис, так дружба с дочкой и разладилась. Не понимаю, чем он ее приворожил? Не красавец, умом не блещет, а Полинка вот влюбилась. Слушает, открыв рот, смотрит с восторгом. А со мной постоянно спорит. Чуть что не так скажу про Дениса, кричит, хлопает дверью. Совсем от рук отбилась. Домой через день ночевать приходит. Не знаю, что и делать. Вот и сейчас в панике, Сердце на куски рвется. Ох, как же не хочется отпускать дочку в Краснодар! Кто знает, что за родители у парня? Вдруг не придется им ко двору? Скажут что нибудь обидное, а она... За раздумьями и не заметила, как уснула. Проснулась рано, Приготовила Поле вкусный завтрак, но она даже не притронулась. Только кофе выпила. Горький, без сахара. Глупышка! И с чего решила, что нужно худеть? Может, любимый намекнул? Да убить его за это мало! Конечно, Полю худенькой не назовешь, но и лишнего ничего нет. Фигурка ладная: высокая грудь, упругая попка, ножки точеные. И мордашка — кровь с молоком. Просто загляденье! Вот только красится девчонка: в последнее время слишком ярко. Цвет волос меняет каждую неделю. На днях сделалась жгучей брюнеткой. А зря. Выглядит года на три старше.
— Мам! Ты что, не слышишь? — Полина тронула меня за плечо.
— Кричу, кричу, а ты не отзываешься. Вода шумит, не слышно, — закрутив кран, я повернулась к дочери, улыбнулась:
— Уже уходишь?
— Ага, дверь закрой, а то мне ключи с собой таскать неохота.
— Что значит «неохота»? А как же ты вечером домой-то попадешь?
- Сегодня ночую у Дениса.
— Опять? Дома у тебя, что ли, нет? -возмутилась я.
— Не заводись, мам, Надо же устраивать личную жизнь! — Угу... Знаю я, чем это закончится. Вот забеременеешь до свадьбы, и что потом? Сама будешь дитя воспитывать?
— Почему сама? С тобой, мамочка! Наверное, у меня был очень глупый вид, потому что Поля совсем развеселилась, Обняла меня и закружила:
— Мамуля, шуток не понимаешь?! Не волнуйся, у меня все под контролем. Остановилась, чмокнула в щеку.
— А не прекратишь задавать глупые вопросы, повешу в прихожей плакат: «Личная жизнь: вход воспрещен!»
— Это для меня, что ли? — вздохнула я.
— Для тебя, конечно! И вообще вместо того чтобы устраивать мне сцены ревности, завела бы кавалера. Ты же нас красавица!
— Иди уж! И чтобы завтра была как штык. Иначе никакого Краснодара...
В пятницу вечером я помогала дочери складывать вещи для поездки, а она всячески подлизывалась.
Говорила, что понимает мое беспокойство, уверяла, что родители Дениса хорошие люди, обещала держать в курсе событий.
Вскоре сумка была набита до отказа, но многое не поместилось, Я стала убирать ненужное, а когда отложила в сторону фен, Полина вскинула брови:
— Ты что, фен возьму обязательно!
Вы же там будете всего два дня! Волосы можно вообще не мыть, а в случае чего попросить фен у мамы Дениса.
-Ну здрасьте! А если у нее его нет? Вот наша соседка постоянно у нас фен клянчит!
— Ладно, убедила, — отмахнулась я, - Фен положим в пакет, косметику — туда же. Гсподи, зачем тебе столько кремов?
— Как зачем? Дневной, ночной, под глаза. А это вообще не крем, а молочко для снятия макияжа. Ничего лищнего,
— С ума сойти! — вздохнула я.
— А что, мылом смыть нельзя? Столько вещей!
— Да что ты переживаешь? Не на себе же переть. Преспокойно поедут в багажнике. — Так вы хотите ехать на машине?! удивилась я.
— Конечно, мама! А что? — Да у него водительский стаж — всего ничего, а он собирается ехать в такую даль! Нет, на машине я вас не пущу.
— Как не пустишь?! — изумленно посмотрела на меня дочь.
— Ты с ума сошла? Мы через пятнадцать минут выезжаем!
— И речи быть не может! На машине? Не пущу!
— Посмотрим! — В глазах дочери засверкали искорки.
— Все равно будет по-моему! Знаешь же у меня характер — точь-в-точь твой. Решила в лепешку расшибусь, а добьюсь своего!
— Никогда не думала, что доживу до того, что собственная дочь будет отшвыривать меня, как вышедшую из моды тряпку! — Я почти кричала, трясясь от рыданий.
-Всю жизнь положила к твоим ногам! Недосыпала, недоедала... Замуж вторично побоялась выходить, вдруг моей девочке это не понравится. А теперь что же?
— Мам, ну что ты такое говоришь? Полина подошла ко мне и обняла за плечи:
— Мамуль, не нужно воспринимать все так трагично. Я же понимаю, как ты за меня волнуешься...
— Нет, не понимаешы Ты не знаешь как страшно, когда у тебя отняли самое дорогое — ребенка! К машине спускалась зареванная, по дороге твердила:
— Поленька, будь умницей: не давай ему на дороге лихачить. Не забывай одно: тише едешь, далыше будешь.
- Хорошо, мамулечка. Ты не волнуйся.
— А иконка? — ахнула, останавливаясь.
— Ну ты же сама положила мне ее в сумочку! — фыркнула Полина.
— А можно я буду звонить вам?
— Конечно, звони. Что за вопрос?!
— Я буду скучать, Полинушка! Очень
— Я тоже, — улыбнулась она.
— Я тебя люблю, доча.., Так сильно... Горло сжал нервный спазм. И тут перед нами возникла высокая фигура:
— Здравствуйте, Ольга Сергеевна! Что же вы сами сумку тащите? Я бы поднялся...
Открыв рот от изумления, застыла на месте, потому что парня Полины просто не узнать. В новой куртке, с аккуратной стрижкой, радостный сияет.
— Здравствуй, Денис! — протягиваю ему сумку, а улыбнуться не могу, нервничаю. — Прошу тебя, ради всего святого... Ты же знаешь, у меня, кроме Полинки, никого нет! Никого...
— Понимаю. — Его лицо становится серьезным.
— Не волнуйтесь, Ольга Сергеевна! Я буду осторожен. Погода ‚ отличная, все будет хорошо. Чуть не забыла! Я там гостинец родителям положила. Маме — коньяк. Папе — конфеты... Нет, наоборот! И привет...
И привет положили? — Парень смеется. — Теперь понятно, почему сумка тяжелая! Неожиданно для себя я вдруг оттаиваю. — Дай я тебя поцелую. По-матерински. _ «Меня?! — На его лице растерянность. Ну да! Иди сюда... — Шагнув вперед, едва касаюсь губами выбритой щеки.
— Счастливой дороги... дети...
Спасибо, — говорит Денис. На прощанье шепчу Полине: Хороший он парень, мне нравится. Но с ребенком все равно не спешите. Молодые вы еще! Ты неисправима, мамуля! — весело смеется Полина.
— Видно, придется ‚ все-таки повесить на двери плакат!