"Это была такая бесконечная интересная жизнь", - говорит Наталия Белохвостикова о совместной жизни со своим мужем, режиссером Владимиром Наумовым. Их творческий и семейный союз - яркий пример того, как любовь и искусство переплетаются воедино, наполняя жизнь смыслом и красотой.
Под сенью дипломатии
Детство Наталии прошло под сенью дипломатии - в разъездах между Лондоном и Стокгольмом, в атмосфере серьезности и секретности. Родители-дипломаты брали дочь с собой, когда позволяла работа. И девочка росла среди умных, самоотверженных, сильных духом людей.
Маленькая Наташа запомнила многое: как мама, облачившись в сиреневое платье со шлейфом, отправлялась на коронацию Елизаветы II, как папа часами давал пресс-конференции и ночами корпел над документами, как сама она скучала по родителям, надолго застревавшим на службе. И как грезила совсем о других профессиях: переводчицы, как мама, или кинооператора, чтобы снимать волшебные истории и прятаться за камерой от посторонних глаз.
Дипломатическое детство научило Наталию скрытности и сдержанности. Она отвечала в школе тихим голосом, за что учителя постоянно делали замечания. Сторонилась внимания и суеты. Может, потому судьба и выбрала для нее совсем иной путь?
Первые шаги в кино
1961 год стал переломным в жизни 13-летней Наташи. На каникулах в Стокгольме она пошла в летнюю школу. И там приметила смешного лысого человечка, который внимательно ее разглядывал.
Незнакомец оказался советским режиссером Марком Донским. Он искал артистов для фильма "Сердце матери". Белокурая красавица сразу приглянулась ему. Спустя пару дней Наташа уже красовалась в историческом костюме на съемочной площадке. Она изображала взрослую барышню, искусно прикрывая юное личико от камеры.
Эта эпизодическая роль стала первым глотком кино-жизни, которая затянет Белохвостикову с головой. Вторым - знакомство с легендой ВГИКа Сергеем Герасимовым. Случайно столкнувшись с Наташей на студии, мэтр внимательно оглядел девушку: "Жалко, я уже набрал курс. Но ты приходи, посмотри, как я занимаюсь".
Наталия и представить не могла, что приглашение в святая святых, режиссерскую мастерскую, перевернет ее жизнь. Вскоре одаренная студентка уже блистала в герасимовском "У озера", покорив всю страну образом сибирячки Лены Барминой. Слава обрушилась мгновенно. Только вот беда - режиссеры теперь видели в юной звезде лишь Лену с длинной косой и наивным взглядом.
"Я не хотела повторяться, застревать в одном образе, - вспоминает Белохвостикова. - Для меня было важно оставаться самой собой, а не притворяться". Актриса почти отчаялась найти "своего" режиссера. Кто же знал, что он уже ждет ее в небесах, на полпути из Москвы в Белград?
Амур в облаках
Владимир Наумов не должен был лететь на Неделю советского кино в Югославии. Его в последний момент включили в группу вместо приболевшего коллеги. Рядом в самолете оказалась юная красавица-артистка.
"Всю дорогу мы как дети хохотали, болтали, играли в дурацкие игры", - улыбается Наталия. Взрослый, статусный режиссер поражал непосредственностью и легкостью. Разница в 24 года совершенно не ощущалась. Казалось, рядом сидел озорной мальчишка, вот так лихо Наумов дурачился и подначивал попутчицу.
Эта веселая поездка стала лишь началом головокружительного романа. В Москве Владимир стал красиво ухаживать. Водил Наталию на поэтические вечера к Ахмадулиной и Евтушенко. Задаривал цветами, и однажды подарил метровые черные розы из Голландии, да еще и зимой. Часами по телефону читал ей стихи, заставляя млеть от восторга.
"Я не заметила, как стала женой этого человека, - признается Белохвостикова. - Все произошло так органично и правильно. Мы словно проросли друг в друге, срослись душами и помыслами".
Любовь закружила, поглотила целиком. И одновременно подарила крылья для новых творческих взлетов.
В кадре и за кадром
Наталия Белохвостикова стала не просто женой, но музой и соратницей для режиссерского тандема Наумова и Алова. Вдохновляла, воплощала их замыслы, привносила собственное видение. Роли Неле из "Тиля", Мари Луни из "Тегерана-43" вошли в золотую коллекцию советского кино.
Но эта творческая идиллия оборачивалась и испытанием. "На площадке я переставала быть женой, - делится актриса. - Была только Наташа-артистка. Даже если между нами пробегала кошка, я не имела права подать вида. Володя становился жестким, бескомпромиссным. В кадре для него существовала лишь роль".
Помнится, на съемках "Тегерана-43" случилось ЧП. В сцене гибели ее героини Наталия должна была в легком платье и туфлях на шпильках нестись по скользким булыжникам мостовой. Рядом "умирал" персонаж Алена Делона, укутанный в щитки и латы с ног до головы. Володя видел: жене тяжело, она уже в кровь разбила колени. Но и виду не подал - такова была цена кадра. Белохвостикова стиснула зубы и бежала, бежала, бежала вопреки всему. Сниматься у мужа - это вам не шутки шутить!
Зато в перерывах супруги отрывались по полной. Наталия с Владимиром и Аленом Делоном хохотали до упаду, травили анекдоты, разыгрывали друг друга. Могли пошалить, как дети, даже поиздеваться над старшими товарищами. Так, бедный Марк Донской, приехавший к ним в Белград, все никак не мог уснуть - Наумов с Белохвостиковой до утра бомбили его дверь, а потом хохотали на весь коридор. Видимо, чтобы потом на площадке серьезнее работалось.
Любовь как искусство
Искусство и быт, семья и карьера, споры и примирения, разлуки и встречи - все смешалось для четы Наумовых в один яркий, насыщенный, почти безумный коктейль под названием ЛЮБОВЬ. По признанию Наталии, она влюблялась в мужа много раз - когда видела его вдохновенные глаза за камерой, слышала горячие споры с коллегами, открывала все новые и новые его таланты.
Владимир был невероятно разносторонней личностью. Писал маслом и акварелью, создавая удивительные полотна. Работал тончайшим пером, вырисовывая целые кружевные узоры. Сочинял сценарии один и в соавторстве с Аксеновым, Бондаревым, знаменитым Тонино Гуэррой. Азартно рассказывал анекдоты, спорил до хрипоты, фонтанировал идеями. И буквально заражал своим напором окружающих.
Наталия тоже не отставала. Играла и в фильмах супруга, и в картинах других режиссеров. Растила дочь Наташу, во всем поддерживала Владимира. Мечтала, фантазировала, генерировала собственные замыслы - куда там иным сценаристам. Эта обоюдная творческая одержимость стала секретом их долгого брака. Где один начинал фразу, другой ее заканчивал. Где один сомневался - другой подбадривал.
"Наша с Володей жизнь была бесконечным вареньем вдохновения, - улыбается Белохвостикова. - Каждый день новый замысел, новый порыв. Если бы я была просто учительницей, а он физиком, ничего бы не получилось. А так я читала его сценарии первой, стояла за спиной, когда он рисовал. Могла среди ночи услышать: "Наташа, вставай, я тут придумал". И вскакивала, неслась смотреть, слушать. Невероятно интересно жить вот так - в полете, в упоении и безумствах".
Ребенок со странной просьбой
Семейное счастье Наумовых было бы неполным без усыновления маленького Кирилла. 13 лет Наталия ездила волонтером по детским домам с благотворительными концертами. Привыкла видеть брошенных детей. Но однажды к ней подошел мальчик и выдал странную просьбу. Попросил купить ему... крестик.
Белохвостикова оторопела. Разве может трехлетний кроха просить такое? Булку, самолетик, куклу - что угодно, но только не крест. Словно почуял родственную душу, потянулся к ней. Наталия стала часто навещать Кирюшу. Возила гостинцы, гуляла, разговаривала. А он провожал ее долгим внимательным взглядом, разворачивался и молча шел по длинному коридору. Ни разу не оглянулся, не попросил остаться. Только смотрел так, что сердце сжималось.
"Он уходил в беду, в одиночество. Как мы могли его там бросить?" - в один голос сказали супруги. И забрали Кирилла к себе навсегда. Теперь у Наумовых двое чудесных детей. Старшая Наташа пошла по стопам родителей - стала режиссером. А Кирюша уже студент, будущий юрист. Умница, красавец, опора для мамы. Любовь и радость этой удивительной семьи.
Эпилог
С уходом Владимира Наумова Наталия Белохвостикова потеряла не просто мужа, а часть себя самой. Того, с кем она прожила целую жизнь в искусстве и любви. Но даже сквозь боль утраты она продолжает видеть и слышать его. В детях, которые так похожи на отца. В его картинах и фильмах, которые бережно хранит. В зрительских сердцах, где навсегда останутся герои Наумова и Белохвостиковой.
"Любовь не перестает", - повторяет Наталия Николаевна слова апостола Павла и своей любимой героини Неле. Не перестает и ее чувство к человеку, ставшему судьбой. Чувство, подарившее ей крылья и научившее летать. Пусть и в зоне турбулентности - на самых крутых виражах и кульминациях, без которых невозможно настоящее кино. И настоящая жизнь - такая, как у них с Владимиром Наумовым. Удивительная, неповторимая, прекрасная.