Ушла от мужа, потому что мне вполне хватало одного человека, которого надо было воспитывать - нашего сына. Муж же вместо поддержки только новые проблемы подкидывал.
Я устала быть вечной кухаркой и уборщицей, тем более, что мой труд никто в семье не ценил. Сын - в силу своего малолетства, муж просто не заморачивался на такие мелочи.
Ему было плевать, что рубашка, которую он бросил в кресло, чудесным образом возвращается в шкаф, и от рубашки больше не пахнет потом, она свежая и приятная.
И что носки, трусы и майки тоже каким-то образом самоочищаются и не валяются по всей квартире грязными кучками. Это, видимо, работа домовых эльфов.
Еда в холодильнике появляется сама, посуда тоже моется сама, так что нам по дому и делать-то ничего не надо. Только на диване лежи и в пупке ковыряйся.
Меня раздражало, что муж не только по дому ничего не делает, так еще и вредит. Только намыла всё на кухне, как он приходит поесть, а потом на столе крошки, в раковине посуда, а довольный муж идет по своим делам.
Ругайся-не ругайся - ему плевать. Посмотрит на меня, как на дурочку, скажет, что я истерику на ровном месте развела, и на этом всё, ничего не меняется.
Сыном муж тоже практически не интересовался. Раз в месяц в парк сводит, один вечер с ним конструктор пособирает, вот и всё отцовское воспитание.
Но сын к отцу все равно тянулся. Это нормально, даже хорошо. Если бы отец еще отвечал взаимностью, то вообще было бы великолепно, но этого не было.
Мне, в конце концов, всё это дико надоело. Я еще молодая женщина, но уже загнала себя в угол этими домашними хлопотами, и просвета не видно. Я решилась на развод.
Муж даже не протестовал, просто покрутил пальцем у виска, назвал меня истеричкой, на суде ничего против развода не имел. По алиментам вопросов не было, он согласился платить.
Я не думала, что будут проблемы с сыном. Развод он пережил как-то непонятно, как замороженный. Истерик не было, даже когда муж съезжал на свою квартиру. Я думала, что у сына всё нормально.
С отцом я видеться не запрещала, никаких скандалов между нами сын не видел, так что я очень надеялась, что развод не станет для него большой трагедией.
Но через два месяца после развода сын внезапно стал изводить меня истериками. Все ему не так, слова ему не скажи, в любой непонятной ситуации ребенок орет, что с папой ему было бы лучше.
Ага, думаю, лучше. С папой вы бы уже заросли грязью и мух с подоконника доедали, потому что папе нет дела ни до кого, кроме себя и своих друзей-товарищей.
Полгода я боролась с истериками сына, старалась как-то найти компромиссы, но становилось только хуже. К тому же у меня далеко не железные нервы, я тоже очень устала.
Наконец сын меня довел, я велела ему собирать вещи, а сама пошла звонить мужу и сообщать, что теперь сын будет жить с ним, потому что я уже не выдерживаю.
Отец удивился таким переменам в своей судьбе, но от сына отказываться не стал. Приехал, забрал ребенка, его вещи, а на следующий день заехал и мы уже обстоятельно поговорили.
Я рассказала, что меня сподвигло на такой шаг, объяснила поведение сына, как сама его понимаю, дала бывшему мужу все необходимые адреса-явки-пароли, договорились по алиментам, пока сын живет с отцом, разошлись.
Сердце было не на месте. Я не представляла, как два этих свинтуса, старый да малый, будут уживаться. Да и отец сыном как-то не очень раньше интересовался.
Но потом я съездила навестить ребенка и была приятно удивлена. Он соскучился, прибежал обниматься, а еще взахлеб рассказывал, что и как они с папкой делали, куда-то ходили, в общем, ребенок был счастлив.
Дома у них чисто, немного бардак, конечно, но я думала, что всё будет гораздо хуже. Даже суп в холодильнике стоит. Я думала, что у бывшего уже женщина завелась, но он покраснел и сказал, что они с сыном сами по рецепту из интернета готовили.
Теперь сын спокойно живет на два дома. Отец внезапно осознал, что это и его ребенок, поэтому активно занимается сыном, и ребенок доволен.
Мне кажется, что сейчас у ребенка более полноценная семья, чем когда мы жили все вместе под одной крышей. С бывшим мы не сойдемся, это точно, но такие перемены в жизни меня вполне устраивают.