При представителях У. лучше не заговаривать о деньгах и достатке. Кажется, у них достаток и достоинство слились в одно понятие, и если вдруг нет достатка, они воспринимают это как потерю достоинства. В прошлом посте я упомянула о боязни показаться бедным - Боже, что началось в блоге! Кто бедные? Мы бедные? Да мы! Да я!
Они никак не могут определить себя в этой системе координат. Где мы – внизу, вверху? Или на самой вершине? Стоим в сторонке от сильных мира сего или, может быть, рядом? А может, мы и есть сильные мира? Такое шатание доводит людей до того, что они начинают бесцеремонно выяснять твои денежные возможности, задают прямые вопросы: какая у тебя зарплата? Сколько ты заплатил за то, за это? В каком отеле ты останавливался: 3 звезды, 5 звезд? Это важно! Смотрят на твой карман требовательно и жадно, и, кажется, готовы пощупать его.
Эта бесцеремонность у них характерна не только для денежных вопросов, а вообще для любых. В телеграме я столкнулась со своей бывшей согражданкой с У. Мы жили в одном городе и состоим в одном чате. Я спросила у нее, какое там состояние домов, сильно ли они пострадали. Её ответ: «Я хозяйка магазина NN, ты должна меня знать». Я сказала, что, к сожалению, не могу ее припомнить. «Тогда меня должна знать твоя мать или твои родные». И пока я не соврала, что слышала о ней от подруги, мы не начали разговор.
«Хозяева магазинов», особенно маленьких магазинов из маленьких городков, иной раз ставят меня в тупик. Они чувствуют себя кем-то вроде местных знаменитостей? Тыкают и выспрашивают о тебе с такой прямотой, как будто ты пришел проситься к ним на работу.
Спрашивает меня: «Кого ты знаешь»? Я опять растерялась. Оказывается, женщина имела в виду таких же знаменитостей, как она сама. И когда выяснилось, что я никого не знаю, чуть не потеряла ко мне интерес. Зато очень оживилась, когда узнала, что я живу в Москве. Казалось бы, какая разница? Но в награду она дала мне номер своего телефона и велела перезвонить. Начала вслух вычислять мой возраст и строить предположения, где и кем я раньше работала. На мой вопрос о домах она так и не ответила. Мы пересеклись на минуту и больше никогда не увидимся, но я почувствовала, что за эту минуту на меня собрали целое досье.
Я не знаю эту хозяйку, но помню её магазин. Снаружи она выставляла лотки с говядиной и свининой, над которыми ленивая продавщица гоняла веточкой мух. Она сидела на стуле откинувшись, словно куль с мукой, и такое впечатление, что спала. Зимой в морозы куски мяса превращались в камни. От постоянной переразморзки они становились серого цвета и покрывались инеем. Продавщица говорила «привезли свежую корейку»! - и стучала камнями о прилавок.
Местные жители называли магазин неприличным словом. В теплое время года метров за двадцать от него шел непередаваемый дух пропавшей рыбы. А если уж пропадало мясо, нужно было переходить на другую сторону улицы, иначе не спасёшься. Своими глазами я видела смельчаков, которые заходили прямо внутрь с явной целью что-то купить. Человек не животное – съест всё.
Мой телеграм
Чат