В эфире радио Спутник российскому экономисту был задан вопрос:
Публикации в западных СМИ: “Индекс цен на сельскохозяйственную продукцию растёт.” И даже указана причина, почему так происходит - борьба фермеров от Бразилии до Вьетнама и Австралии с наводнениями, непогодой и так далее, и так далее.
В общем, мир готовят к тому, что продовольствие будет дороже. Особенно интересно звучит новость в свете того, о чём говорил Владимир Владимирович на госсовете, что сельхозпродукция - это один из тех продуктов, которые мы предлагаем активно на мировом рынке. Нам стоит бояться вот этого всего?
Михаил Хазин: Вы меня извините, конечно, но есть три вещи, без которых человек не может жить - вода, которая на первом месте, еда и одежда. Понимаете, если человеку нечего пить, ему наплевать, что на него надето. Если есть, что пить, он начинает думать, что ему есть. После этого, когда он уже напился и наелся, он уже начинает думать о том, что ему надеть. Ну, в северных странах можно ещё подумать, где жить. Вот это главное, а всё остальное на фоне этого - бантики. Когда эти вопросы решены, можно заниматься игрищами.
А если вдруг неожиданно выясняется, что нет денег на это? Кто-то скажет: “Да ладно, в Соединённых Штатах Америки еды выше крыши!” Знаете ли вы, почему во время голода, когда в США от голода умерли миллионы людей, зерно сбрасывали в море?
Это была высшая форма гуманизма. Потому что если вы это зерно начнёте раздавать, то в этом случае цены упадут настолько, что на следующий год никто не посеет. И тогда ещё через год голод будет тотальным.
Фокус состоит в том, что разрушить экономические механизмы подчас легко, а вот потом выясняется, что некоторые из них собрать обратно не получается.
При этом очень многие из современных людей, в том числе экономистов, которые считают, что булки растут на деревьях, они не понимают, как эти механизмы влияют на жизнь людей. Это реальная катастрофа. Потому что хорошо, пока ещё кто-то есть.
Вот у нас еда будет точно, потому что мы ещё не отвыкли от того, что еду можно распределять и что нужно гарантировать. А вот будет ли еда в англосаксонских странах - большой вопрос.
Нет, людям можно дать деньги. В Соединённых Штатах Америки есть так называемые продовольственные талоны, когда есть специальные карточки, на которые перечисляются деньги, и бедный человек может прийти не в любой, но в большое количество сетевых магазинов и по этим карточкам купить определённые виды товаров. Еду. Айфон он на эти деньги купить себе не может, а колбасу купить себе может.
Весь фокус состоит в том, что если у вас начинает ломаться система изготовления и распределения еды, то вы можете сколько угодно денег перечислить на карточку, а еды нет. И вот это будет катастрофа. Ну, сейчас там ещё много чего может не быть. Если не будет электричества, то тоже будет катастрофа. Вот в такой ситуации мы и живём.
Это не мрачные перспективы. Это описание текущей реальности. Я её описывал много, много раз.
В 2008 году я дал интервью Комсомолке. В 2008 году это началось. На тот момент им удалось это остановить. Но логика была уже вот эта.