В эфире радио Спутник российский экономист ответил на соответствующий вопрос следующим образом:
Мне кажется, Евросоюз ввёл санкции уже на всё, что в принципе может быть связано с Россией. Или ещё что-то осталось?
Михаил Хазин: Вы понимаете, конечно же, осталось не всё. В реальности довольно большой объём экспорта российской нефти и газа в Европу, в Евросоюз и так далее. Но с точки зрения здравого смысла, это всё какой-то бред. Ну, согласитесь. У них и так всё плохо, а они ещё выёживаются. Зачем?
Объясняю, как я это вижу. Я человек простой, как казахский акын - что вижу, о том и пою. Картина следующая.
Евросоюзу пришёл конец. Спасти его невозможно. Это просто невозможно. Нравится,не нравится - невозможно. И, соответственно, те либеральные элиты Евросоюза, которые сегодня сидят, они пребывают в состоянии тяжёлой паники.
А в состоянии тяжёлой паники на первом этапе возникает желание объединиться и направить всю свою волю на то, чтобы справиться с этим давлением, в расчёте на то, что оно само рассосётся. Знаете, когда человек начинает болеть, он очень часто говорит: “Всё! У меня ничего не болит. Я делаю вид, что ничего нет.” Вот у него там покалывает, тянет, ещё чего-то, а он говорит: “Нет, нет, у меня ничего нет.” Частично это страх, а частично это желание справиться любой ценой. Фокус состоит в том, что они сейчас в таком состоянии.
Илья Приходько: Оно же не может продолжаться бесконечно долго. Когда-то должны же быть какие-то признаки. Вот, например, Bloomberg пишет, Михаил Леонидович: “Германия потеряла надежду на хоть какой-то экономический рост. Ослаблена немецкая экономика.” Я не верю, что это в этом году. Опять же, пишут: “Официальные лица в Берлине намерены сократить прогноз роста.” Даже скорректировать уже текущий: стагнация 0,3% Но уже цифры говорят о том, что надо что-то делать. Уже надо менять, если не политику, то хотя бы какой-то экономический подход к ситуации, а не ждать дальше у моря погоды.
Михаил Хазин: Это невозможно.
Обращаю ваше внимание, что произошло на прошлой неделе - за ту неделю, что мы не виделись. На Ближнем Востоке была некая договорённость между Ираном и Соединёнными Штатами Америки. Соединённые Штаты Америки взяли на себя некие обязательства перед Ираном. Президент Ирана вчера или позавчера об этом сказал. О том, что им обещали: если вы не ударите по Израилю, то в этом случае мы обещаем, что Израиль не сделает 1, 2, 3. Что получилось в результате? То есть, иными словами, даже Соединённые Штаты Америки уже не в состоянии аккуратно контролировать ситуацию. Что уж говорить о Евросоюзе? Мы же ждём в ситуации развала.
Знаете, вот вы никогда не видели, как разваливается дом?
Вот на первом этапе вообще ничего не видно. То есть только специалист видит. Он смотрит на трещины и говорит: “О, пошло!” Дальше эти трещинки начинают медленно-медленно нарастать, и вы уже чувствуете. Человек уже невооружённым глазом видит, что что-то не так. Вдруг неожиданно *Бах!* и груды пыли. И когда эта пыль развеивается, вы видите развалины. Вот сегодня ситуация, когда вот эти вот маленькие щели, которые были видны только специалисту, переходят в состояние, когда это становится видно невооружённым глазом обычному обывателю. Ещё чуть-чуть и всё это перейдёт в режим неуправляемого падения. Но в нашей жизни, в экономико-политической, это интервал 4-6 месяцев. Ждём.
Илья Приходько: Вот ещё, кстати, комментарий от слушателей. Может быть, каким-нибудь образом и вы прокомментируете.
“Разваливается, действительно. Вот в Австрии уже есть перемены в верху власти.” Да, эту тему мы тоже обсуждали. Может быть, это и есть такой ответ на экономические трудности - когда другие партии уже начинают приходить: другого толка, других политических взглядов или, опять же, Михаил Леонидович, к вашему тезису, что бесполезно, хоть какая политическая сила придёт сейчас к власти, в большинстве стран Евросоюза экономический процесс не обратим?
Михаил Хазин: Это вопрос сложный, понимаете, обратим, не обратим. Я абсолютно точно понимаю, что эта тема закрыта. На прошлой неделе мы прошли ситуацию, когда долларовый мир умер. Евросоюз - это продукт долларового мира. Без долларового мира он существовать не может. Поэтому он сейчас рассыпется. Как только он рассыпется, так все его страны наперегонки побегут к нам - пытаться с нами договариваться. Вот из этого и нужно исходить.
Илья Приходько: А мы будем хотеть договариваться? Потому что пока у нас разворот на восток, пока у нас…
Михаил Хазин: Это зависит от того, какие нам будут предложены условия. Если хорошие - мы согласимся, если плохие, мы не согласимся. Будем крайне жёстко объяснять, что, ребята, вот это нас не устраивает, вот это нас не устраивает и вот это нас не устраивает. Вот так.