Ветер перемен пронесся над миром литературы, и Нобелевская премия по литературе в 2023 году словно из-под земли извлекла свое сокровище — южнокорейскую писательницу Хан Ган. Её наградили «за насыщенную поэтическую прозу, которая противостоит историческим травмам и обнажает хрупкость человеческой жизни». Вот вам и не Einstein, а некто, кто способен заглянуть в природу человеческой боли и радости, словно детектив-экстрасенс, ищущий истину среди обломков жизни.
Те, кто долго блуждает по коридорам Нобелевской Академии, словно на фоне старого черно-белого кино, наверняка выработали свою неписаную логику: если в прошлом году премию забрал европейский мужчина, то в этом непременно должен быть кто-то другой — кто-то вроде «не-европейца», желательно женщина, прозаик или поэт. Всевозможные букмекерские конторы гудели, как улей, представляя жертвы своего любопытства: китаянка Цань Сюэ, корейский поэт Ко Ын и даже тот историй майлстоун, японец Харуки Мураками. Но вскоре стало ясно, что это была не просто игра на удачу — корейская писательница Хан Ган оказалась той самой неожиданной пандой, которая победила в этом литературном зоосаде.
В России имя Хан Ган уже стало врастать в умы читающих. В 2017 году её роман «Вегетарианка», получивший Международный Букер, приоткрыл двери к южнокорейской жизни. В Ласковом мире корейских семей, сквозь слезы и всхлипы, женщина решает отказаться от мяса. И тут начинается настоящая драма: её семья, от муженька до предков, воспринимает это решение как некий вызов, как оскорбление всего их рода, как нечто, угрожающее священному течению корейской жизни. Живое существо, решившее стать растением, ведет в могилу традиции! Она отказывается спать с мужем — он же, в ответ, проявляет свою власть жестокими способами. В этом кризисе недопонимания, где женщина теряет право на собственное тело, как будто оно само по себе становится неким общим наследием, за которое отвечают все: муж, отец, даже соборная тень предков.
Хан Ган словно раскрывает завесу южнокорейской жизни — ужасающий патриархат и тени тёмных страниц истории. Во время презентации на ярмарке научно-популярной литературы, участники пораженно шептали: «А Южная Корея воевала во Вьетнаме?». Сразу же возникали споры: гордость или позор?
Ган проводит прямую линию, простым и одновременно сложным образом связывая: «воевал во Вьетнаме — ешь мясо — поддерживаешь идею, что жена — это собственность мужа, вся функция которой приготовить утром выглаженную рубашку, мясо вечером и себя — на ночь».
Её второй роман, «Человеческие поступки», еще чернее, массивнее, светлее и глубже. Он охватывает одно из самых мрачных и ярких событий южнокорейской истории — восстание в Кванджу. Когда-то в Южной Корее царила неистовая диктатура, и вот теперь, спустя годы, из страниц Ган возникали трупы, пытки, террористические ужасы — человеческое горе.
Сложная структура романа с множеством оптик позволяет нам взглянуть на восстание сквозь призму жизней его участников. Там, среди каждой страницы, Ган задает вопросы, дразнящие умы: что такое государство? Какова связь между ним и гражданами в страхе и терзании? И вот, одна из её героинь разрывает тишину:
«Почему, во время траурной церемонии, которую устроили без всяких формальностей, семьи убитых поют государственный гимн? Почему их гробы накрывают флагом? Как будто этих людей не убило именно государство. Это как будто ты смотришь на мир, который снят с камеры слежения, и испытываешь ужас. Когда же одна из героинь, ощутив в себе нечто большее, произносит: „Военные подняли мятеж для захвата власти. Разве ты не заметил, как среди бела дня солдаты избивали людей, словно это был элемент их повседневной рутины?“»
Критики аплодировали романам Хан Ган, бросая звезды в её карман, в то время как корейские чиновники гневно пытались избавиться от книг, прячущихся в библиотечных полках под предлогом «идеологической предвзятости».
Наши миры переплетаются, как страницы в золотых книгах Стивена Кинга, где каждое предсказание сплетается с реальностью. И если вы смело посмотрите в глаза этим текстам, они, возможно, заглянут вам в душу и откроют странные грани вашей собственной истории.
На русском языке из библиографии Хан Ган доступны лишь две книги, но в ее арсенале целых восемь романов. Эта разница в количестве произведений создает впечатление, что между «Вегетарианкой» и «Человеческими поступками» лежит целая эпоха — заметна как эволюция тематики, так и усложнение метафор, приемов и техник. Интересы Хан Ган уже давно перестали ограничиваться рамками Корейского полуострова и корейской культуры.
В «Уроках греческого» она погружает нас в мир онемевшей женщины, изучающей древнегреческий язык под руководством слепнущего учителя, а в «Белой книге» действие разворачивается в послевоенной Варшаве, что говорит о стремлении автора исследовать более широкие, универсальные темы, покидая собственный «кореецентричный» мир.
Сенсацией ли стала ее победа? Букмекеры этого не предсказывали, и даже если взглянуть на список наград Хан Ган, можно увидеть, что её путь к Нобелевке был вполне логичным: стартовав с корейских премий, затем получив международный «Букер», она продолжила покорять ведущие престижные награды во Франции и Италии. Нобелевская премия, на самом деле, это не только признание индивидуального таланта, а признание всей литературы, которую представляет лауреат. Шведские академики, как художники на выставке, указывают читателям и издателям на определенные направления литературного света, и их выбор нередко оказывается предельно удачным.
Вспоминается, как до 2012 года, когда премия досталась Мо Яню, китайская литература была на российских книжных полках в поразительной изоляции. Сейчас же авторы, такие как Лю Цысинь и Мосян Тунсю, удерживают лидирующие позиции в своих жанрах. Остались бы они на вершине без лауреатства Мо Яня? Вряд ли, но очевидно, что его победа значительно облегчила их путь к признанию.
Когда «Вегетарианка» была издана в России в 2017 году, корейская литература присутствовала на книжных прилавках слабо, как тихий шепот. Но сегодня мы наблюдаем активное внимание к корейским детективам, романтическим сагах и новеллизациям дорам.
Мнение автора
Можно с уверенностью предположить, что мы стоим на пороге настоящего нашествия южнокорейского нон-фикшена. И победа Хан Ган неизбежно ускорит этот процесс. Этот поток корейской литературы не составит трудностей для осознания, он медленно, но верно завладеет вниманием читателей, и, как волна, превратится в явление, способное изменить лицо современной литературы.
Подписывайтесь на канал, здесь каждый день новая публикация.
Подписывайтесь на группу в ВКонтакте там ещё больше интересного контента и возможность заказать у автора стихотворение по собственному творческому заданию