– Ника, что случилось? – прошептала Маша Зайцева. Она только что вернулась от психолога и включила свой компьютер. – Ураган? Цунами? Меня в дверях чуть не сшиб такой красавчик… Кажется, я где–то его видела…
– Случился сеанс экзорцизма, – буркнула я, наблюдая за тем, как стены кабинета босса вновь становятся прозрачными. Марсов стоял у окна, глядя на город, мягко перекатывался с пятки на носок и в задумчивости потирал подбородок. – Изгнание злого духа прошло успешно.
– А дух и правда был зол, – хихикнула Машка. – Симпатичный такой, со сверкающими глазами.
– Ладно, хватит об этом. Ты лучше расскажи, как проходит твоя работа с психологом. Помогает?
– Ой, не то слово! Знаешь, я заявление на развод подала, – эта новость вызвала у меня возглас удивления, а довольная подруга продолжила рассказ. – Хватит. Пора закрывать богадельню. Горбатого могила исправит, а я пойду своей дорогой.
– А не страшно?
– Я недавно поняла, что страшно оставаться в замкнутом кругу. Страшно зависеть от дурака, который раз за разом с улыбкой вырывает из твоего сердца огромные куски и топчет их ногами. Страшно просыпаться и с ужасом думать о том, что принесет тебе новый день. Не жить, а выживать, собирать себя из осколков. Это страшно…
Я смотрела на Машуню и не узнавала: сейчас она не плакала, не страдала, но нашла в себе силы трезво оценить все происходящее и принять сложное решение. В изящной хрупкой девочке оказался скрыт сильный дух и отчаянная смелость.
– Оказалось, что я сама могу разорвать этот проклятый круг, Ника, – делилась Маша. – Осознание стало первым шагом, а заявление на развод – вторым. Скоро я буду свободна и забуду об автобусе, что курсирует в направлении Бельдяжек.
– Ты такая умница… – я не выдержала и обняла подругу, которая светилась от гордости и счастья. – Машка, ты заслуживаешь самого лучшего мужчину!
– Например того, что выбежал из офиса?
– Не дай Бог, – отшатнулась я, – и между прочим, он женат. Неужели ты колечко не заметила?
– Неа, не успела. Эта комета пронеслась слишком быстро, – тихо хихикнула Зайцева и замерла, глядя мне за спину. – Ой, а что это босс на нас так пристально смотрит? Давай это… поработаем, что ли…
Под пристальным взглядом Марсова мы разошлись по рабочим местам и погрузились в творческий процесс. И вроде все хорошо, но где–то в глубине души высокой нотой звенела натянутая струна предчувствия. Я знала, что Торопов не оставит меня в покое, весь вопрос в том, где и когда он проявится в очередной раз.
«Ты заедешь за мной сегодня?». Мой телефон подсветил всплывающее сообщение и вновь затемнил экран.
«Да, конечно. Во сколько?». Я бросила взгляд на часы, которые показывали без четверти шесть.
Ответ последовал молниеносно. «В семь».
«Буду. Люблю.»
«И я тебя».
Ровно в шесть народ начал выключать компьютер и один за другим потянулся к выходу. Рабочий день подошел к концу. Москва уже стояла в традиционной вечерней пробке, но навигатор затейливым маршрутом провел меня к нужной точке.
