Вы, возможно, слышали такое объяснение, которое часто используют в популярной психологии: «обида – это подавленный гнев»? Но, что же стоит за этими словами? Как они могут помочь вас понять свои обиды? Давайте в этой статье разберёмся.
Начнём с младенца, конечно. Откуда же ещё?))
Итак, наш младенец уже родился и лежит себе в каком-то пространстве, в каком-то состоянии. И иногда с ним что-то происходит: он мочит пелёнки или коликами сводит его живот, или он оголодал. И он ещё не знает, что такое живот, пелёнки, грудное молоко – он не знает этих концепций так, как это знает взрослый. Он не понимает собственных потребностей. Ему рядом нужен кто-то, кто услышит, распознает и удовлетворит потребность. Например, поменяет мокрую и холодную пелёночку на сухую и тёплую. Тогда младенчик снова сможет сладко заснуть.
И, когда младенец испытывает недифференцируемую (непонятную пока ему) потребность, он чувствует какой-то дискомфорт и хочет вернуться в комфорт, он не удовлетворён. Он испытывает недовольство, он кричит от недовольства, кричит громче, чувствует злость, даже гнев. Этот гнев растёт тем сильнее, чем дольше его не слышат. Он кричит, плачет, но к нему никто не приходит.
Для этого может быть много причин. Мама может быть в послеродовой депрессии. Мама может быть на работе, так как им нужно выживать вдвоём, а няня уволилась, а папа ушёл из семьи. Мне важно подчеркнуть в этом абзаце, что исследуя тему обид в таком ключе, мы не ищем виноватых и плохих. Не обвиняем, а исследуем природу зарождения такого чувства как обида.
Младенчик кричит до тех пор, пока не истощается в крике и плаче. И вот, он засыпает от бессилия в собственных слезах и на мокрой пелёнке. Грустная картина, держитесь. Постарайтесь включить позицию наблюдателя, чтобы беспристрастно изучить вопрос обиды и понять, как она формируется.
Младенчик может повторять попытки докричаться, быть услышанным, сообщить о своих потребностях, о том, что он есть. Но, так бывает, что он в какой-то момент сдаётся. Есть идея, что в его маленькой головке появляется понимание: мне здесь не рады; я здесь не очень-то и нужен; кричи не кричи, никто не придёт; мои потребности – мои проблемы.
Не забываем здесь о том, что человеческие детки рождаются ещё очень несамостоятельными и находятся в сильной зависимости от родителей. Пелёнка то может и мокрая, но, раз я кричу и её никто не меняет, как бы они меня вместе с пелёнками отсюда не выкинули, может «подумать» младенчик.
Оговорка! Конечно, мысли младенцев читать мы ещё не научились. Но есть такая фантазия у психологов, что так именно это и работает.
Итак, у младенчика есть потребность и есть гнев – нормальнейшее чувство, совершенно базовое, то, которое как раз и помогает объявить миру о наличии потребности. Но гнев его никто не слышит, на него не отвечают, гнев не работает с мамой. Тогда гневаться бессмысленно, нельзя, а может даже и опасно (вспомним про мысль о ненужности, которая прозвучала через один абзац выше). Но в то же время, выживание младенца зависит от значимых Других рядом. И тогда он начинает подавлять свой гнев, чтобы выжить.
Важно! Потребности никуда не делись. Гнев, как адекватная реакция на неудовлетворённые потребности, тоже никуда не делся. Но потребности младенчик распознавать не научился, а может даже научился их не замечать. Ведь гневайся не гневайся, а это оказывается бесполезно. И тогда, гнев запихивается вовнутрь подальше. И на сцене появляется обида. Обида – это такое замещающее чувство. То есть обида собой прикрывает гнев за неудовлетворённые потребности.
Так бывает, что мы засунули лапку в клетку с бананом, схватили банан. И вытащить не можем, так как банан не пролезает в отверстие клетки, и отпустить не можем, так как банан то хочется. Так и тут. Младенчик хочет контакта с мамой, хочет чувствовать себя ценным, важным, любимым. Но и потребности свои он тоже чувствует неудовлетворёнными. И перестать чувствовать что-либо к маме или «бросить» маму он не может, он же младенчик ещё и его жизнь от неё зависит.
Вот и получается, что на место гнева к матери за неудовлетворённые потребности и послание, что я для неё не ценный, приходит суррогатное чувство. Чувство обиды, которое с одной стороны – сохраняет контакт с мамой, а с другой – держит её на безопасном от потребностей младенчика расстоянии.
Важное замечание здесь. Люди, которые обижены, чаще всего чувствуют себя именно не ценными для другого человека. То есть маме в «там и тогда» ценнее была она сама, её личная жизнь, карьера, сиблинги (братья и сёстры), расположение её мамы, болезнь отца или что угодно. Но не младенчик с его потребностями.
Обида помогает сохранять иллюзию, что неудовлетворённая потребность когда-то будет удовлетворена. Что младенчик всё-таки ценен для мамы, просто он, может, слишком громко кричал или может у него просто ещё не было своего бизнеса (поиск причин в себе).
Вот стану ________ (вставьте ваше слово) – и они поймут, какой я на самом деле ценный.
И тут может быть что угодно – «счастливым», «богатым», «самым несчастным», «больным», «самостоятельным» и так далее. А на неврозе обиды можно многое построить – карьеру, личную жизнь, самостоятельность и взрослость. Однако, удовлетворение так и не приходит.
Младенчик не научился чувствовать и распознавать свои потребности (мама должна была ему в этом помочь, но не справилась, так бывает). Младенчику нельзя злиться (так как это запрещено, порицается или вовсе бесполезно). Младенчик придумывает фантазийную реальность, в которой он всё-таки добьётся маминого расположения. И младенчик направляет на это все свои ресурсы. Тем самым младенчик поступает с собой также, как с ним когда-то поступала его мама. Он забывает о себе и о своих потребностях в надежде на награду в конце гонки за мамину любовь. И в самой этой «гонке» он тоже чувствует обиду, ведь его истинные потребности так и остаются неудовлетворёнными. Он будто продолжает лежать в этой пелёнке и не может этого заметить. А обида на другого становится его единственным молчаливым сигналом о наличии потребностей.
Вот такой вот финал мысли про обиду. Вот, что стоит за фразой «обида – это подавленный гнев». Надеюсь, это иммерсивное погружение в жизнь младенчика помогло лучше разобраться и прочувствовать тему. Задавайте свои вопросы и делитесь мнением о тексте в комментариях.
А хорошая новость в том, что психотерапия помогает сделать те невербальные решения и мысли младенчика явными. Найти этого младенчика и метафорически поменять под ним пелёнки. Помогает обрести опору внутри себя. Помогает научиться распознавать и удовлетворять свои потребности. Чего я желаю каждому, у кого этого нет!