Стоит однако задаться вопросом: не права ли Арендт, между суверенитетом и свободой делающая однозначный выбор в пользу последней? То есть не стоит ли в конечном счёте свобода того чтобы пожертвовать суверенитетом ради неё?
Проблема с такой постановкой вопроса в том, что идеальная конструкция Арендт работает только при условии, что суверенитетом не обладает никто. Хотя нам очень сложно представить как такой мир выглядел бы на практике, всё-таки в качестве интеллектуальной гимнастики можно было бы вообразить себе общественное устройство, при котором все люди одинаково свободны и одинаково лишены суверенитета. Однако как только в таком обществе появляется суверен, отказ от суверенитета всеми остальными его членами будет автоматически означать отказ в пользу действующего суверена. Причём и свобода в такой ситуации сразу же оказывается условностью: она становится возможна только в той мере, в которой суверен готов её допустить.
Таким образом, требование отказа от суверенитета в международном масштабе можно было бы принять, только если бы оно одинаково распространялось на всех. В противном случае оно становилось бы тем чем оно и было по факту: требованием отказа от собственного суверенитета в пользу верховного суверена.
Поведение же США на международной арене демонстрировало нам, что отказа от суверенитета для себя они не допускали ни при каких условиях. Более того, они в итоге оказались готовы пожертвовать ради него и значительной частью свободы: в частности свободой международной торговли, до некоторой степени свободой слова. А ведь для них ничего ещё всерьёз и не началось, под угрозой была лишь гегемония но не суверенитет как таковой, но даже этого им оказалось достаточно для того чтобы запустить процесс сворачивания свобод.
