Автозак - машинка неуклюжая и тесная. Если он тормозит или поворачивает, то ты сразу съезжаешь по гладкой лавке вместе с остальными заключенными. А если он переезжает кочку или “лежачего полицейского”, то вместе со всеми подпрыгиваешь почти до потолка. После задержания меня с часу ночи до восьми утра возили так по всей Москве. Только начинаешь засыпать, как толчок или удар возвращают в состояние бодрствования.
Накувыркавшись, я, еще пятеро заключенных и конвойный ощутили, что, наконец, мы остановились у здания суда. Совсем скоро жизнь каждого из нас сделает свой крутой вираж на развилке судьбы. Кто-то вернется сюда, чтобы поехать в СИЗО, а кто-то выйдет на свободу и сделает первый вздох свежего и пьянящего воздуха на крыльце суда.
Но пока мы ждем. В здании нет свободных помещений для нас, поэтому железные стены и тусклый свет - это пока то, чем приходится довольствоваться.
Но душа человека всегда стремится к свободе. Пусть призрачной, в разговорах с другими заключенными и воспоминаниях, но она хочет быть не здесь. Поэтому мы все начинаем обсуждать кто и за что здесь оказался. Это сжимает вязкое время ожидания и позволяет забыть, что железные стенки тесных камер упираются в колени.
Черед рассказа дошел до Санька. Это довольной молодой парнишка, разговорчивый настолько, что кажется даже наивным. Он говорит, что взяли его гаеры прямо на дороге. При плановом осмотре машины нашли амфетамин и гашиш, ну и скрутили парня, естественно. Но удивил он нас другим.
Я, говорит, не торгую. Понимаете, я работаю сутками, устаю. Прихожу домой, а там ребенок маленький. Зубки у него режутся. Плачет всю ночь. Вот я и…
“Ты даешь сыну амфетамин!?” - чуть ли не хором спросили мы у Сани.
Нет, что вы! Я сам его принимаю, чтобы спать не хотелось и можно было до утра укачивать сыночка - ответил Саня со слезой в голосе.
Такое незатейливо объяснение на пару секунд повергло в шок и всех нас, и конвойного. Многих наркоманов повидал он на своем веку, но вот такого “идейно-вынужденного” - впервые.
Молчание прервал я, спросив: “А гашиш тогда ты зачем вёз с собой?”
Саня, ощутив, что его слезливая легенда имеет изъян попробовал найти объяснение. Понимаешь, я всегда в магазинах покупаю все по-многу, чтобы дешевле было. Люблю акции и скидки. Вот и здесь дилер предложил взять акционный комплект: амфетамин и гашиш подешевле. Не мог устоять я, купился на это заманчивое предложение с “желтым ценником”.
От нашего дружного смеха в резонанс задрожали металлические стенки автозака. Идейный, да еще и бережливый наркоман!
С легкой руки конвойного ко мне быстро приклеилась кличка “юрист”. Пользуясь своим статусом, я посоветовал Сане отбросить и забыть эту неправдоподобную слезливую историю. Скажи, говорю, судье, что ошибся, раскаиваешься. Больше не будешь жрать эту гадость и очень хочешь к сыну. Все лучше будет, чем рассказывать, что укачиваешь сына ночами исключительно под наркотиками.
Вообще, почему-то герои статьи 228 все как один любят рассказать историю, в которую, кажется, верят уже и сами. Сосед Сани по лавке, которого приняли тоже за наркотики, пытался убедить нас, что таблетки подбросили ему злые опера в метро. При этом, признал, что и ранее с ним уже так делали.
Думаю, в такие истории может поверить лишь их автор. Наркотики - это абсолютное зло. Мой школьный друг, начав употреблять героин, уже через три месяца смотрел на меня пустыми бездонными глазами. Вспоминаю их и приходят на ум слова Ницше: “Если долго смотреть в пропасть, то однажды пропасть заглянет в тебя”. Эта пропасть сожрала моего друга и миллионы других молодых парней и девчонок. Поэтому такая наивная ложь наркобарыг вызывает только отвращение. А встраивать в свою лживую историю еще и маленького сына - это уже совсем за гранью.
