Москва постоянно стремится стать краше. И так уже ровные дороги и симпатичные здания вдруг обрастают заборами и лесами и спрятавшись за них стыдливо прихорашиваются, стремясь стать ещё краше, чем были.
Вот и улица Малая Дмитровка с начала лета укрылась ограждениями, дорожными знаками, спрятавшись за рекламные баннеры и объявления о реконструкции. И конечно же, в самом конце, где она уже вливается в Бульварное кольцо, из-за сужения образовалось «бутылочное горлышко», которое в час пик никак не хотело пропускать нас и сотни других автомобилей на свободу бульваров. Две полосы широкой улицы превращались даже не в одну, а в половину полосы, т. к. с бульваров на Дмитровку просачивались встречные автомобилисты. Неудобно, но москвичи привыкли. Большой город — большие неудобства.
Мы стоим в этой медленно тянущейся пробке, слушая шум капель дождя, бьющихся о лобовое стекло машины. Сырой и холодный вечер обещает когда-то позже тепло и уют дома. Но это будет нескоро и до него еще нужно добраться. А пока все мы задолго до сужения проезжей части выстроились в один ряд, терпеливо ожидая своей очереди выскочить на бульвары.
И вдруг по правому пустому ряду, который в самом конце упирается в строительный забор и кучи песка, мимо нас проскакивает бодрая вазовская классика с таким же бодрым водителем за рулем. Как всегда, кому-то не хочется ждать вместе со всеми и нужно объехать пробку по правому краю, чтобы потом, не обращая внимания на ругань и длинные сигналы остальных, залезть в медленно ползущий ряд уже перед самым сужением. Что поделать, кто-то всегда считает себя более умным, чем все остальные.
Но водитель наглой «шестерки» оказывается понадеялся не только на свою наглость, но и на кое-что другое. Неожиданно для всех он заглушил машину там же в правом ряду и вышел. Его взор был устремлен на купола старинного Храма Успения Пресвятой Богородицы, который стоит как раз слева от дороги. В его взоре читалось смирение и искренняя Вера в помощь Всевышнего. Водитель трижды истово перекрестился, отвесил поклон до пояса и с удовлетворением сел обратно за руль.
После этого он включил левый поворотник, ударил по газам и вот так, с Божьей помощью вклинился в ползущий ряд. И тут я понял, что мы стали свидетелями настоящего чуда. Для истинно-верующего даже московские пробки перестают быть проблемой. Объехал всех, помолился, попросил у Бога прощение — и ты уже самый первый. А все атеисты пускай и дальше сидят в своих машинах и ждут.
Как говорится, «вот что крест животворящий делает»!
