Тиберий Семпроний Гракх являлся консулом 215 и 213 годов (здесь и далее все даты до новой эры) и после поражения римской армии в битве при Каннах был назначен начальником конницы. В 215 году Гракх возглавлял войско в составе двух легионов, сформированных из рабов добровольцев и 25 000 союзных воинов. В данный период времени Ганнибалу в Италии противостояли три римских армии Марка Марцелла, Тиберия Семпрония Гракха и Фабия Максима. В 214 году в битве при Беневенте Гракх разбил 18-тысячную карфагенскую армию Ганнона, после чего предоставил свободу рабам в своем войске. По разным сведениям в 213 или в 212 году Гракх погиб в стычке с карфагенянами в окрестностях города Беневента.
По сообщению летописца Тита Ливия: «Консулы распорядились: пусть Тиберий Гракх с конницей и легковооруженными воинами идет в Беневент. Луканец Флав возглавлял ту часть своих соплеменников, которые держались римлян, тогда как другая отпала к Ганнибалу. Уже второй год он был в должности – сторонники сделали его претором, как вдруг изменились его желания. Он стал заискивать перед Ганнибалом, но перейти к нему и перетянуть на его сторону Луканию показалось ему мало. Надо было скрепить союз с Карфагеном кровью римского полководца, к тому же своего гостеприимца. Он тайком явился к Магону, хозяйничавшему в Бруттии. Магон заверил Флава: если он предаст ему римского военачальника, луканцы станут друзьями Карфагена, и свободные будут жить по своим законам. Флав провел карфагенянина к тому месту, куда он обещал привести Гракха с немногими воинами. Пусть Магон спрячет там вооруженных пехотинцев и всадников – в этом укрепленном месте их могло скрыться очень много. Место хорошенько со всех сторон осмотрели и назначили день, когда выполнят свой замысел.
Флав явился к римскому полководцу и заявил: он начал большое дело, но завершить его можно только с помощью самого Гракха. Он убедил преторов всех народов, перешедших к карфагенянам, вернуться к Риму и возобновить с ним дружеские отношения. После поражения при Каннах Риму, казалось, пришел конец, но римляне растут и крепнут, а Ганнибал сник – скоро он исчезнет. Римляне простят старое преступление: их легче упросить – нет народа более милостивого и незлобивого. Такие речи они хотят услышать от самого Гракха и пожатием рук закрепить союз, о котором они и сообщат землякам. Место для переговоров уединенное, оно недалеко от римского лагеря и там в немногих словах можно изложить суть дела: вся Лукания будет верной союзницей Рима.
Гракх не подозревал ни измены, ни вероломства. Убежденный правдоподобной речью, он с ликторами и турмой всадников (тридцать человек – мое примечание) очертя голову устремился в ловушку. Враги появились вдруг, среди них Флав – измена была несомненна. Со всех сторон в Гракха и всадников летели дротики. Гракх соскочил с коня, приказал соскочить другим и обратился к ним: судьба оставила им одно – доблестно умереть. Обмотав левую руку плащом – римляне не взяли с собой щитов, - он ринулся на врагов. Бой был жарким – казалось, сражающихся гораздо больше. На римлянах не было панцирей, они находились в ложбине, и их забрасывали дротиками, стоявшие над ложбиной враги. Охрану Гракха перебили. Карфагеняне старались взять его живым, но среди врагов он различил своего гостеприимца – луканца и с таким неистовством кинулся на вражеский строй, что уберечь его можно было, только погубив много своих. Магон тотчас отправил его тело к Ганнибалу и распорядился положить перед трибуналом вместе с захваченными фасками. Если эта молва верна, то Гракх погиб в Лукании на Старой, как ее называют равнине.
Некоторые настаивают, что Гракх был убит в земле беневентанцев около реки Калор. Он вышел из лагеря с ликторами и тремя рабами и направился к реке выкупаться. В прибрежном лозняке случайно засели враги. На Гракха, голого и безоружного, напали. Он отбивался камнями, которые катила река, но был убит. Некоторые пишут, что по совету гаруспиков он отошел на полмили от лагеря, чтобы на неоскверненном месте принести жертву и отвратить злые предзнаменования, но его окружили две турмы нумидийцев, случайно там засевших. По правде говоря, неизвестно, где и какой смертью погиб этот прославленный муж. О погребении Гракха молва идет разная. Одни говорят, что его похоронили в римском лагере свои, другие – что Ганнибал (эта версия распространеннее). Перед карфагенским лагерем сложили костер, вооруженное войско церемониальным маршем обошло его вокруг. Испанцы, по их обычаю, шли в воинском танце на три счета, бряцая оружием и дергаясь телом. Похороны устроил сам Ганнибал – со всеми почестями и подобающими словами. Так пишут те, кто считает, что это произошло в Лукании. А другие так: Гракха убили возле реки Калор, враги взяли только его голову и отнесли ее Ганнибалу, который велел Карфалону сейчас же отвезти ее в римский лагерь, квестору Гнею Корнелию. Корнелий похоронил Гракха в лагере, на похоронах присутствовали все войско и жители Беневента».
Я полагаю, что через пять лет консул Гай Клавдий Нерон именно в отместку за обезглавленного нумидийцами Гракха подбросил в лагерь Ганнибала голову его брата – Гасдрубала, погибшего в битве при Метавре. Данное кощунственное деяние, совершенное с телом убитого Гракха, было характерно для нумидийцев. Также следует учитывать тот факт, что засада Гракху была устроена нумидийцами в непосредственной близости от лагеря римлян и легионеры, не успевая по времени помочь полководцу, тем не менее, могли отбить тело погибшего консула. Поэтому нумидийцы предпочли не возиться с телом Гракха и в качестве доказательства его смерти и получения обещанной награды предоставили Ганнибалу только голову римского полководца.
По свидетельству Аппиана: «Некоторые из луканов отпали от римлян. Проконсул Семпроний Гракх (судя по должности проконсула, летописец относит это событие к 212 году – мое примечание), двинувшись против них, воевал с ними. Некий лукан из тех, которые еще оставались под властью римлян, по имени Флавий, считавшийся другом и гостем Гракха, решив предать его, убедил прийти в какое-то место, чтобы заключить договор с полководцами луканов. Якобы они раскаялись и хотят дать и получить обещания в верности. Ничего не подозревая, Гракх последовал за ним с тридцатью всадниками. Когда же его окружило большое число номадов, появившихся из засады, Флавий ускакал к ним. Гракх, поняв его предательство, спешившись и совершив много подвигов, был изрублен со всеми своими спутниками, кроме троих. Их одних взял в плен Ганнибал, хотя приложил много усилий, чтобы взять живым римского проконсула. Хотя он так недостойно попал в засаду, но все же восхищенный доблестью его кончины, Ганнибал сжег его тело, а кости послал римлянам».
Со слов Диодора: «Магон отправил тело Семпрония Гракха Ганнибалу. Когда солдаты увидели труп, они подняли крик и потребовали разрубить его на части и разбросать кусочки по ветру. Ганнибал, однако, заявил, что не подобает выражать гнев над бесчувственным телом и, видя в нем доказательство непостоянства Фортуны, даровал мертвому герою великолепные похороны. Затем собрав кости, воздав им приличествующие почести, он послал их в римский лагерь».
Историк Е. Родионов пишет, что: «Ни одной из трех версий Тит Ливий не решается отдать предпочтение. Однако последний рассказ слишком похож на типичную патриотическую легенду о доблестном полководце, погибшим в результате коварного предательства. Некоторые сопутствующие такому «жанру» подробности, как то: мужественная речь героя перед смертью, его наивная вера изменнику – здесь присутствуют. Безусловно, для римлян гораздо приятнее было верить именно в такую кончину Гракха, чем допускать, что его убили голым в реке или при жертвоприношениях. Хотя в «героической» версии смерти Гракха нет ничего нереального, в ней слишком много патетики, чтобы она оказалась равноценной более «приземленным» вариантам. Большинство его воинов, всю жизнь бывшие рабами, добровольно вступили в армию на войне, пройдя через бои и одержав победы, вернули себе свободу. Теперь же, после смерти полководца, которого они могли считать своим патроном, солдаты оставили службу. Так вместе с Гракхом Рим потерял и его легионы».
Отмечу, что о розыске и возвращении в строй бежавших рабов армии Гракха было объявлено в том же году. Ливий пишет, что: «После поражения в Лукании добровольцы, верно служившие в войске при Гракхе, оставили службу после его смерти, словно уже не связанные никакими обязательствами. Публий Корнелий объявил по сельским округам и рынкам, чтобы разыскивали добровольцев и возвращали их под знамена. Все было исполнено с великим старанием».
