Когда медведи ходили на базар. Медвежий промысел в Богословском округе

Представьте: по заводской улице спокойно идёт медведица.

Заглядывает на базар.

Выпрашивает калачи.

Это не сказка — это Богословский завод XIX века (ныне Карпинск).

Хозяин северных лесов

Бурый медведь — крупнейший хищник Урала. Его стихия — глухие хвойные леса и моховые болота северных территорий.

С первым снегом зверь уходит в берлогу и спит до семи месяцев.

Весной, примерно в апреле, выходит из спячки.

Медведицы — позже самцов: в берлоге у них рождаются один-три медвежонка.

Бурый медведь

Летом косолапые кормятся у болот:

• муравьями;
• дягилем («медвежьей дудкой»);
• корнями дудника;
• хвощом;
• луковицами саранки и дикого лука;
• молодыми сосновыми побегами.

Но в Богословском округе медведь был не только хозяином леса — он был частью экономики.

Дягиль, или медвежья дудка

40 медведей за зиму

Медвежий промысел считался одним из главных занятий местных жителей.

Зимой охота велась артелью, с собаками. Облежавшийся медведь мог долго сидеть в берлоге и лишь высовываться наружу. Когда зверь вставал на дыбы — стреляли из широкоствольных винтовок, чаще тульского производства.

Ежегодно в окрестностях Богословского завода добывали около 40 медведей.

Цифры впечатляют:

• шкура позднеосеннего зверя стоила до 18 рублей;
• пуд медвежьего сала — до 15 рублей;
• общий заработок с одного медведя — от 20 до 40 рублей серебром (без учёта мяса).

Для сравнения: это были серьёзные деньги по меркам того времени.

Мясо шло в продажу, а богословские охотники славились умением делать медвежьи окорока.

Жир скупали купцы и продавали как лечебное средство — для заживления ран и порезов у людей и скота.

Медведица, гулявшая по заводу

В середине XIX века в одном доме Богословского завода почти два года жила молодая медведица.

Она свободно ходила по посёлку, особенно любила бывать на базаре — там выпрашивала калачи.

Была смирной.

Лишь однажды разорвала приставшую к ней собаку.

Больше всего любила хлеб и воровала целые ковриги у стряпухи — единственного человека, которого побаивалась.

Пила часто, лакала как собака.

Сегодня такую картину трудно представить.

Поводырь с медвежонком

Женщина, добывшая 40 медведей

В 1840-х годах среди зверопромышленников встречались даже женщины.

Самая известная — Марья Меньшакова из деревни Каменки.

Она жила одна в лесном зимовье Богословского округа и добыла до 40 медведей.

Отец — заядлый охотник — не имел сыновей и с детства брал её на промысел.

Марья в совершенстве владела винтовкой и после смерти отца заняла его место.

Позже, выйдя замуж за охотника, продолжала ходить на медведя — иногда одна.

В 1841 году, уже в возрасте за 70 лет, она добыла своего последнего медведя.

Через год её не стало.

Такие истории рушат стереотип о «слабом поле» XIX века.

Зимняя охота на медведя. Художник Е. А. Тихменев

Медведи-шатуны и страх селений

Газета «Уральская жизнь» 14 октября 1900 года сообщала: в окрестностях Богословского завода появилось особенно много медведей.

Они губили скот, нападали на лошадей, заходили во дворы днём.

Смелость зверей доходила до того, что нападения происходили прямо на улицах селений.

До шести медведей тогда было убито.

Вероятная причина — неурожай ягод и кедровых орехов. Когда в лесу нет пищи, медведь идёт к человеку.

Промысел как образ жизни

Медведь в Богословском округе был одновременно:

• источником дохода;
• опасным соседом;
• предметом гордости охотников;
• частью местных легенд.

Сегодня это звучит как страницы из старинной книги.

Но ещё полтора века назад в северных уральских посёлках медведь был не символом на гербе, а реальным участником повседневной жизни.