А в чём собственно заключаются претензии стран второго-третьего мира к странам первого?
Если попытаться коротко сформулировать, ключевой из них будет то самое требование отказа от суверенитета, которое имплицитно выдвигал либеральный миропорядок.
Помните про две формы свободы Ханны Арендт – свободу-суверенитет и свободу-антисуверенитет? Причём идеалистка Арендт делала сознательный выбор в пользу второй, считая что свобода-суверенитет может быть достигнута только за счёт лишения свободы других, и именно здесь она и расходилась с либеральной теорией, в рамках которой свобода и суверенитет принадлежат разным уровням политической реальности.
Однако на практике либеральный миропорядок формировал именно эти две разные свободы – свободу-суверенитет для привилегированного мирового сословия и свободу-антисуверенитет для всех остальных.
Полным суверенитетом в пространстве либерального миропорядка мог обладать только мировой гегемон – США. Отсюда например демонстративное игнорирование авторитета любых международных институтов, не контролируемых ими напрямую.
Частичный суверенитет сохранялся за ближайшими союзниками США. Причём уже для них утрата части суверенитета вовсе не прошла безболезненно: например Европа расплатилась за это тем перманентным кризисом, в который она погрузилась с 2022г, и из которого теперь пытается нащупать пути выхода (см. доклад Марио Драги).
Наконец за всеми остальными государствами суверенитет признавался лишь условно, до тех пор пока интересы этих государств не входили в противоречие с интересами США. Мы не просто так начали разговор с войн на Ближнем Востоке: они конечно не были никаким сбоем или эксцессом, но были органичной и необходимой частью неолиберальной глобальной системы.
