- Маша, Дима болеет, - плакала София Ивановна.
- Мама, что случилось?
- Случилось… В больнице, сердце у него.
- Мама, я сейчас младших завезу свекрови, и приеду.
Маша – дочка Софии Ивановны, была многодетной мамой, родила троих детей.
София Ивановна морщила нос:
- Куда тебе столько.
- Мы справляемся, мы хотели детей.
Младшим, двойняшкам, уже было пять лет. Недавно Маша с мужем развелась:
- Мы постоянно ругаемся, дети переживают, они все видят и понимают. Решили развестись.
- А на что ты жить собралась?
- Я хорошо зарабатываю, дети в садике, старший в школе. Муж алименты платить будет, сумму обговорили.
- Маша, он обманет. Пообещает, а платить не будет, как твой папаша.
- По сумме мы договорились, сходим на неделе к нотариусу, заключим соглашение. Мама, мы не ругались, просто нам вместе плохо, отдельно – лучше.
- Правильно, он свободно по женщинам гулять будет, а ты трёх спиногрызов тащить, - поджала губы любящая бабушка.
Маша пожала плечами, спорить она не видела смысла. Всю жизнь, чтобы она не делала, маме не нравилось, Маша ее раздражала, внуки были чем-то вроде насекомых. Дядя Дима, мамин муж, поинтересовался:
- Вы в съемном жилье жили, где ты сейчас жить собралась?
- Снимать, наверное, дальше буду, что уж делать.
- Так в дом приходи, у нас живи.
Маша переехала в дом, дядя Дима его поддерживал в нормальном состоянии, Маша оплачивала налоги, коммунальные услуги. Дом требовал ремонта, капитальных вложений, но Маша делать их не собиралась.
- Дом не мой. Я вложусь, отремонтирую, а мама моя уговорит дядю Диму, и они дом продадут, не смысла вкладывать в чужое имущество, лучше пока денег накоплю побольше.
Дядя Диму умер, не прожил долго.
- Да что же это такое, - сокрушалась София Ивановна, - покинул меня. Как он мог. На что я жить буду? И дом еще этот.
Она вступила в наследство, дом отошел ей.
- Маша, прямо не знаю, что с домом делать. Продам, наверное.
Сама София Ивановна жила в однокомнатной квартире, так же доставшейся ей в наследство от мужа. Дом и квартира – весьма неплохо.
- Твое дело, только предупреди меня. И да, мама, крыша опять начинает течь.
- Так ремонтируй, ты там живешь.
- Я уже ремонтировала, но нужен капитальный ремонт, и пол менять – прогнил, почти проваливается.
- Вот и делай, вы там живете, ты и дети.
- Знаешь, мы лучше квартиру снимем. Я тут посчитала, на те деньги, что я в ремонт вложу, я как минимум пять лет снимать могу, при этом все пять лет буду жить в хороших условиях.
- И что? Сколько лет вы в доме-то, сделай ремонт.
- Долю отпиши, я сделаю ремонт. А то я сделаю, а ты продашь, и окажусь я на улице без денег и без жилья.
София Ивановна именно этот вариант обдумывала, но ей стало неприятно, что Маша это озвучила. Как-то непорядочно это звучало.
- Маша, как ты можешь так говорить. Ты же моя дочь, а это внуки. Я так никогда не поступлю.
- Да ладно, а квартира, из которой я выписалась, чтобы ты ее приватизировала? Ладно, я маленькая была, 18 только исполнилось. Ты же продала ее, не подумав, что я без всего остаюсь. Обещала, мне угол купить. И где он? Ничего я не получила.
- Кто старое помянет, тому глаз вон.
- А кто забудет – оба. Нет, мама, бег по граблям – не мой спорт. Долю отпишешь, буду ремонт делать, не отпишешь, не буду.
Маша сняла квартируют, и с детьми съехала.
Через полгода София Ивановна позвонила:
- Тут коммуналка пришла, за полгода за дом накопилась.
- Плати, я-то тут причем. Там немного.
- У меня маленькая пенсия, а дом – это твое наследство, все тебе после меня достанется.
- Вот когда достанется, тогда и платить буду.
- Маша, я там была. Там и чердак, и крышу надо делать.
- Делай, я там не живу. Дом там вообще поднимать надо, укреплять.
Прошло два года, дом ветшал, Маша наотрез отказывалась вкладываться в его ремонт, оплачивать содержание. Даже траву на участке София Ивановна нанимала косить за свой счет.
- Это дорого, Маша. Ты бы мне помогла.
- Мне кто с тремя детьми помогает? Ты даже ни разу с праздником их не поздравила.
- Тогда выписывайтесь оттуда. Вас там четверо прописано, я несу такие расходы.
- Мама, какие расходы, когда у тебя счетчики стоят?
- Или ремонт делай, деньги давай, или выписывайся.
- И выписываться не буду, и ремонт делать не буду. Сотый раз говорю – отпишешь долю, вложусь.
- Тогда я тебя по суду с детьми выпишу.
- Твое право.
- А обратно - только за деньги пропишу.
София Иванова подала иск в суд:
- Прошу признать мою дочь и трех внуков утратившими право пользования домом. Они выехали более двух лет назад, ни за что не платят, не содержат дом, он ветшает, в его ремонт Маша вкладываться отказывается. Я хочу его продать, а тут зарегистрирована куча народа. Это ограничивает мое право распоряжения моей собственностью.
Маша в суд пришла:
- Да, выехала, дом ветшает, крыша течет. Вкладывать надо большие суммы в дом, жить там невозможно. Я снимаю квартиру, своего жилья нет. Зато мы с детьми живем в нормальных условиях. Я готова делать ремонт, если мать мне отпишет долю. И вселюсь тогда, и отремонтирую. А то я вложу немалые деньги, а она просто домик подороже продаст.
Суд выслушал стороны, и иск Софии Ивановны удовлетворил, признал Машу и детей утратившими право пользования.
Маша, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей, самостоятельных прав на спорное жилое помещение квартиру не имеет, ответчик …, применительно к положениям ст.31 СК РФ членом семьи собственника не является, следовательно, сами несовершеннолетние, учитывая, что в спорном жилом помещении никто не проживает, не могут сохранять каких-либо прав на указанное жилое помещение, поскольку их права были производны от прав матери. При изложенных обстоятельствах сама по себе регистрация детей в спорном жилом помещении основанием для сохранения за ними права пользования жилым помещением.
Маша спокойно вышла из зала суда.
- Что, теперь, чтобы прописаться, тебе надо будет денег мне заплатить, - прошипела София Ивановна.
Маша не говорила, что она давно вложилась в новострой, дали и субсидию, использовала материнский капитал. Дом уже принят, скоро квартиры передавать будут. Так что без регистрации и жилья не останутся. Она повернулась к маме:
- Не буду платить. И регистрироваться там не хочу. Твой дом, сама и делай с ним, что хочешь. Ты мне больше не звони. Ты же сама решила, что дочки и внуков у тебя нет, мы не члены твоей семьи, как сказал суд. А ты не член нашей семьи, так что не звони мне, не проси ни о чем.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайны. Юридическая часть взята из:
Решение от 16 марта 2021 г. по делу № 2-595/2021, Новошахтинский районный суд (Ростовская область)
Берегите себя и своих близких, и не забывайте подписываться на автора.