1
Мы на сейчас не рады.
А в будущем распяты:
Не на кресте, — в земле.
И о прошедшем плачем,
Об у́мерших, тем паче.
О, если б стон... и возымел...
2
О чём я? И к чему сейчас?
Я всё о клятой безнадёге,
В которой грусть и бездна горя
Смешались, кровушкой сочясь.
Я всё о том, что невозможно.
Но хочется. — Никак нельзя.
И снова та же колея.
И сердце опять заморожено.
3
И самые хорошие стихи
Не разорвут цепочку бед,
Что посланы нам за грехи.
И так черны, как Челубей.
4
Мы ждём какого-то подвоха,
И кисло улыбаясь про себя,
От выдоха до самого до вдоха
Заколотого ныне порося.
Одежды тихой грусти
Нежны́, но ка́пает слеза
И льётся музыка на гуслях,
Меняя очертания села.
Но есть и чёрная печаль, —
Разлучница, — апофеоз потерь, —
Картина маслами: «Причалил
Ко кра́ю и душой вспотел».
5
Надежда, где ты? За которой
Ты прячешься из всех могил?
Услышала ли лязг затвора?
Посмели? Разве? Как смогли?..
Надежда — одежёнка ношенная
Поизносилась, оголяя плоть,
Истлела одна-одинёшенька,
Покинула грудную полость.
6
Мы пьём отчаянно, поём
Надрывно-синее, родное,
У рюмки осушив проём,
Занюхиваем смачно горе.
И всё же, братцы, всё же
Бо́ль не отпускает с алкоголем
И утром голову тревожит,
Острым подрагивая сколом.
7
О, глупое однообразье.
Не спрятаться нельзя, не убежать.
Круговорота прозябанье.
Зачем себя мне убеждать,
Что всё изменится? — Неправда.
О, если б мироздание постичь.
У одного жена непраздна,
Второй, не долго ли? Почил.
И по иному не сменить обоймы,
Которую выстреливает жизнь
По жёлтым, выцветшим обоям.
Вот только бы нам выдержать...
8
Я помню девочка играла.
Смеялась звонко, все дела...
Я не узнал бы... Кралей-
Краля, как ангелочка родила.
Я помню мальчика с гитарой.
Его раскосые глаза. Теперь
Он бродит с мутной тарой
Седой, опухший от потерь.
Я помню, помню, помню...
Тоска пульсирует в висках.
Со вздохом рюмочку помою.
У го́рла
Свисает страх.
И мниться всякое такое,
Что впору в петлю или яд...
Смотрю на отраженье восковое,
Пытаю: это ли ни ад?
9
И время по-живому режет
На коже старости узор,
И слышится по нервам скрежет,
И слышится беззубый ор.
О, дайте срочно алкоголь.
Душа моя, ду́шенька — в крошево.
И рвётся матерный глагол.
И белочка в русском кокошнике...
10
Но тут, хоть плачь, хоть пей,
Стихи твори — пустое.
Не чует время прихотей.
Оно суровое и простое.
И всё же, чисто для проформы,
Скажу: «Всё будет хорошо...».
И, как окурок на платформе,
Сомну и выброшу стишок.