Наследником престола его провозгласила мать. свергнув петра iii, она назначила восьмилетнего сына генерал-адмиралом, президентом Адмиралтейств-коллегии. Пылкий отрок воспринял должность всерьез, его влекло море. Охотно посещал флотские базы, а в 11 лет построил рядом со своим дворцом на Каменном острове «Инвалидный дом для матросов-ветеранов», отдал на содержание этого учреждения свое генерал-адмиральское жалованье. Тогда же, будучи 11-летним, и повторно 16 лет от роду царевич перенес некую тяжелую болезнь с судорогами. Еле выжил, а последствия недуга — нервные приступы раздражительности, вспышки гнева — остались.
Свое правление она когда-то начинала с попыток навести в стране порядок, искоренить хищничество и беззакония. При этом вдохновлялась либеральными идеями. В ту пору оживились масоны в жажде воплотить намеченные ими проекты. Набравшись опыта, императрица осознала гибельность «прогрессивных» теорий, разгромила организации «вольных каменщиков», добилась грандиозных успехов, отвоевав выход к Черному морю и сокрушив вечно враждебную Польшу. Эти свершения стали красной тряпкой для западных государств, а всесилие фаворитов и их клевретов свело на нет процесс наведения порядка. Злоупотребления развились пуще прежнего.
В литературе принято изображать его поклонником прусского короля Фридриха, а войско — пустой забавой, живыми куклами, предназначенными для «шагистики». На самом же деле наследник видел своим идеалом Петра I, а «гатчинцев» отождествлял с потешными полками. Сохранившиеся документы показывают: на учениях цесаревич отрабатывал с ними выполнение весьма сложных задач: форсирование водных преград, отражение десанта, атаки со штыковым боем. Его «потешные» отлично проявили себя в войне со шведами в 1788–1790 годы. Сам Павел тоже побывал на полях сражений.
В 1796 году Екатерина II отошла в мир иной, и 42-летний Павел I стал императором. Свое царствование он под влиянием советников начал крушением начинаний матери. Разогнал ее приближенных, отозвал из Закавказья воевавшие с Персией (в ответ на погромы Грузии) войска, отменил поход армии Суворова против революционной Франции, амнистировал всех политических заключенных и ссыльных: масонов Радищева, Новикова, Татищева, Тургенева и других, 87 польских революционеров во главе с Костюшко. Дворцовые расходы сократил в 10 раз. Серебряные сервизы отдал на Монетный двор на переплавку. Сказал: «Я буду есть на олове до тех пор, пока в России не наступит всеобщее благоденствие!»
Ко дню коронации (на Пасху 1797-го) приурочил два акта, считая их ключевыми. Новым законом о престолонаследии восстанавливалась четкая преемственность на троне по мужской линии и праву первородства. Специальным манифестом Павел Петрович впервые в России ограничивал крепостное право: помещикам запрещалось использовать крестьян на барщине по воскресеньям, праздникам и более трех дней в неделю; продавать крепостных «в розницу», без земли, разделять семьи... Император допустил крестьян к присяге, показывая, что они в первую очередь — подданные императора, а не чья-то собственность, простил им недоимки на огромную сумму — 7 миллионов рублей, отменил ряд обременительных повинностей, начал льготную продажу соли и хлеба из государственных запасов, сбивая цены на продукты, разрешил жаловаться на помещиков. Губернаторам предписал наблюдать за отношением бар к крепостным и в случаях жестокого обращения докладывать ему лично.
Совершенно разболтавшихся дворян и чиновников монарх прижал крепко. Лично ходил по учреждениям, проверял явку должностных лиц. За коррупцию и казнокрадство уволил почти 20 тысяч офицеров и чиновников. Дарованные Петром III и подтвержденные Екатериной II привилегии «вольности дворянской» упразднил, за уклонение от выполнения служебных обязанностей повелел предавать суду, возможности перехода с военной службы на гражданскую и выхода в отставку существенно ограничил, отпуска, по сути бессрочные, урезал до 28 дней.
Россказни о жестокости Павла I, о десятках тысяч сосланных с Сибирь — голословный миф. Согласно документам, по решениям судей на восток страны отправили не более 10 человек — за серьезные преступления. Проштрафившихся обычно ссылали в их собственные деревни, чаще — ненадолго (государь был отходчив).
О нижних чинах Павел заботился особо. Ввел в их ежедневный рацион мясо и вино, увеличил им денежное довольствие, а удержания из него запретил под страхом каторги (невыдачу — под страхом смерти). Впервые установил рядовым воинам отпуска — такие же, как у офицеров и генералов, 28 дней в году. Ограничил телесные наказания, требуя «оные допускать в крайних случаях, памятуя, что служат для исправления нерадивых солдат, а отнюдь не для их калечения». Новые уставы определяли ответственность офицеров за жизни и здоровье подчиненных, нижним чинам разрешалось подавать жалобы на злоупотребления командиров.
Управление в армии государь централизовал. Установил постоянные штаты дивизий, выделил новый род войск — инженерный, взял под личную опеку кадетские корпуса. Восстановил упраздненные прежде кирасирские и гусарские полки (в войнах с турками их сочли ненужными, зато против европейских врагов они очень пригодились). Немало новшеств было и в других областях. Для подготовки квалифицированных врачей царь создал Медико-хирургическую академию. Этот правитель основал в России служебное собаководство, лесничества (учредил «лесную стражу»), впервые организовал на постоянной основе охрану границ, укрепил финансы, привязав их к серебряному и золотому рублю.
Император был набожным. Его наставником и духовным учителем являлся известный богослов, подвижник митрополит Платон (Левшин). Молился царь искренне, часто со слезами, и даже спустя полвека после его смерти очевидцы рассказывали, что в местах тех молений паркет был протерт коленями.
Надежды масонов на то, что им удастся распространить на Павла I свое влияние, оказались тщетными. Революционные и либеральные идеи он отвергал напрочь, а ложи оставил под запретом. Опасаясь разрушительных западных идей, установил строгую цензуру, запретил политические кружки среди офицеров, ввоз иностранных книг и отправку юношей на учебу за границу. Закрыл все частные типографии.
Со временем Павел I осознал: далеко не все «дружеские» советы ломать политику матери были верными. Терзаемая со всех сторон Грузия молила о спасении, соглашаясь на полное подданство русскому царю. (Он вернул войска в Закавказье и принял грузин в свою империю.)
Захват Наполеоном Мальты привел к тому, что рыцари тамошнего ордена прибыли к русскому царю и отдались под его защиту, избрав Павла I Великим магистром. Так исполнилась его детская мечта, ему вручили главные святыни Мальтийского ордена: часть Животворящего Креста Господня и десницу святого Иоанна Крестителя. Передали и права на остров в центре Средиземноморья, наилучшую из возможных базу для флота.
Шаткий союз с Англией сохранялся до сентября 1800-го. Тогда британцы хитростью захватили уже принадлежавшую русскому царю Мальту (в календаре Академии наук он велел обозначить ее «губернией Российской империи»). Вопреки заключенным договорам, отдать остров Лондон отказался. Павел Петрович в ответ приказал арестовать более 300 британских судов в наших портах, остановил платежи английским купцам, прекратил их торговлю в нашей стране и поставки зерна в Англию. Заключил «вооруженный нейтралитет» с Пруссией, Данией и Швецией. Во Франции тем временем революционные бури закончились. Наполеон прибрал к рукам единоличную власть, а России любезно передал 6 тысяч пленных, выдав им новую одежду, вернув оружие. Наш царь посчитал, что с корсиканцем можно иметь дело, и начал с ним переговоры о войне с Великобританией.
Заговорщики планомерно удаляли мешавшие им фигуры: вторично оклеветали триумфально возвращавшегося Суворова, добились отставки Аракчеева. Взяли в оборот наследника Александра — его окружали недовольные отцом масоны и английские друзья. Царю внушили мысль об опасности, и он переехал в недостроенный Михайловский замок с прочными стенами, рвом и подъемным мостом. Это стало ловушкой. В многолюдном Зимнем дворце расправиться с государем было трудно, а рвы и мосты его врагам не мешали, они были рядом со своей жертвой. Руководил мятежом ближайший доверенный монарха, губернатор Петербурга Пален. В ночь на 12 марта 1801 года пьяные офицеры и вельможи зверски убили Павла Петровича.
Отечественная литература в те времена была сугубо дворянской, потому-то и выплеснулись на Павла грязь, клевета, небылицы обиженных (с британской добавкой о «безумии»). В народе же о нем осталась память как о добром и справедливом царе, защитнике простых людей. К его гробнице толпы христиан шли молиться ему как святому мученику. Товарищ обер-прокурора Синода князь Жевахов впоследствии свидетельствовал: священники Петропавловского собора издали брошюру о чудесах в месте погребения, удостоверив их числом не менее 300, и только смута 1917 года прервала уже начавшуюся было работу по канонизации императора Павла.