В XVIII веке личные часы ещё были предметом роскоши. В основном их привозили из-за границы. Екатерина II привлекла зарубежных специалистов. Они должны были не только наладить производство, но и обучить местных часовых мастеров.
Всего за три года — с 1759-го по 1762-й — в Россию ввезли 479 экземпляров стенных и карманных часов общей стоимостью 14 154 рубля. Для того времени и масштабы импорта, и суммы выглядят весьма внушительно.
В 1764 году императрица Екатерина II издала указ о создании в Москве и Санкт-Петербурге двух казённых часовых фабрик. Но обе оказались не слишком жизнеспособными. Спустя 20 лет заработала третья в России частная часовая мануфактура. Она была создана по указанию светлейшего князя Григория Потёмкина, на его личные средства, и первоначально располагалась в Могилевской губернии, в местечке Дубровна.
Управлять мануфактурой князь пригласил шведа Петра Нордштейна. Сегодня Нордштейн известен не только как часовой мастер и изобретатель, но и как организатор и преподаватель первого в России часового класса в Академии художеств Санкт-Петербурга. Но вначале перед ним как «мастером производственного обучения» князь поставил задачу обучить часовому искусству несколько десятков крепостных крестьян. Эксперимент удался: ученики Нордштейна стали искусными мастерами — они были способны изготавливать механизмы и корпуса часов, часовые инструменты, эмалевые циферблаты, а также умели гравировать, золотить… Производство работало по принципу разделения труда. Качество механизмов в целом не уступало лучшим европейским образцам.
Мануфактура поставляла часы императорскому двору, продавала свои изделия в магазинах обеих столиц, на ярмарках в различных городах страны.
После кончины Григория Потёмкина императрица выкупила производство у наследников князя. Третья часовая фабрика перешла в ведение казны и «переехала» в Москву, а оттуда — в подмосковную Купавну. Производство просуществовало до 1812 года: во время войны оно было разграблено.
Часы, представленные в экспозиции, изготовлены в 1802 году