В этой своей статье я докажу вам то, что, на самом деле, как открытый Гюйгенсом закон сохранения живых сил при упругих столкновениях тел.
Так и открытый позже, возможно, Гельмгольцем закон сохранения и превращения живых сил тел, находящихся в поле потенциальных сил.
На самом деле, являются совсем не самостоятельными законами природы, а оба они являются всего лишь математическими следствиями, прямо вытекающими из единственно реально действующего в природе закона сохранения импульса, или из закона сохранения и превращения декартовых количеств движения.
Как вы помните, ранее, в своей статье «В чем заключаются основные внешние отличия Новой физики от пока еще общепринятой классической теории», опубликованной мною 8 ноября 2022 г., я рассмотрел 5 различных явлений природы и показал вам, на каждом из этих примеров, по-отдельности, все те основные динамические формулы и уравнения, которые используются для их аналитического описания, как в прежней теории, так и в Новой физике.
После чего, в своей следующей статье «Чем объясняется возможность одновременного существования формул и уравнений, как Новой, так и прежней физики», опубликованной мною 14 ноября 2022 г., я показал вам то, что все динамические формулы и уравнения, как классической теории, так и Новой физики, на самом деле, являются не противоречащими друг другу, а равносильными или эквивалентными друг другу математическими выражениями.
Несомненным свидетельством чего является тот бесспорный факт, что все формулы и уравнения Новой физики постоянно связаны с соответствующими им формулами и уравнениями прежней теории всегда одними и теми же коэффициентами пропорциональности, равными средней скорости движения тела в его данном взаимодействии.
Теперь же, в дополнение к тем моим предыдущим утверждениям, я докажу вам также еще и то, что, в действительности, в случае упругого столкновения тел, точно такая же численно пропорциональная взаимосвязь существует также еще и между взятым нами в целом реально действующим в природе законом сохранения импульса; и также взятым нами в целом, просто выдуманным физиками законом сохранения живых сил, которые они переименовали позже в кинетической энергии.
Что будет служить нам еще одним бесспорным доказательством того, что не открытый, а просто выдуманный физиками закон сохранения кинетической энергии, и в самом деле, является совсем не самостоятельным законом природы, а всего лишь следствием допустимых математических преобразований закона сохранения декартовых количеств движения, открытого Дж. Валлисом еще в 1669 г.
Вы сами убедитесь в этом, когда увидите то, что, на самом деле, закон сохранения кинетической энергии представляет собой всего лишь самое обычное, пустое математическое выражение, все члены которого являются величинами, численно пропорциональными тем соответствующим им реальным физическим величинам, которые составляют собой аналитическое выражение закона сохранения импульса.
Для того, чтобы убедиться в полной справедливости всех этих моих утверждений, давайте еще раз вспомним с вами о том, что закон сохранения импульса говорит нам о том, что во всех случаях упругого столкновения двух тел, полный доударный импульс механической системы всегда остается равным его полному послеударному импульсу.
Как видите, выполненные нами несложные логические рассуждения и простейшие алгебраические преобразования полностью убеждают нас в том, что просто выдуманные физиками кинетические энергии, на самом деле, представляют собой не что иное, как просто пустые произведения реально существующих в природе количеств движения на средние скорости движения тел.
В то время, как сам просто выдуманный физиками закон сохранения кинетической энергии, в случае упругих столкновений тел, представляет собой не что иное, как просто доударную и послеударную сумму всех этих совершенно пустых и реально ничего не представляющих собой чисел.
Таким образом, мы полностью доказали то, что, как XI теорема Гюйгенса и лейбницевский закон сохранения живых сил, так и просто выдуманный физиками закон сохранения кинетических энергий; на самом деле, являются ничем иным, как следствиями существования в природе двух таких совершенно реальных закономерностей, как закон сохранения импульса и закон сохранения относительных скоростей тел, в случаях их упругих столкновений.
Из выполненного здесь мною доказательства прекрасно видно то, что, для того, чтобы реально доказать XI теорему Гюйгенса или «открыть» закон сохранения лейбницевских живых сил, на самом деле, никаких физических открытий или специальных физических исследований делать совсем не требуется.
Потому что для этого вполне достаточно лишь просто показать всем ловкий математический фокус или трюк, секрет которого основывается на использовании двух таких, несомненно, реально действующих в природе закономерностей, как:
– закон сохранения импульса, в случае упругого столкновения тел;
– и закон сохранения доударных и послеударных относительных скоростей тел; который также выполняется всегда только в случаях их упругих столкновений.
Как вы теперь и сами убедились в этом; для этого нам достаточно просто взять эти две реально существующие в природе закономерности и произвести с ними абсолютно допустимые алгебраические преобразования, которые покажут нам то, что, в конечном итоге, после их проведения, мы можем, точно также, как и Гюйгенс, получить совершенно новые и никому не известные ранее величины.
Однако, это совсем не означает того, что, если, вследствие проведения таких математических преобразований, мы получили какие-то совершенно новые и никому не известные ранее величины, то мы сделали какое-то необыкновенно важное физическое открытие, и поэтому теперь мы непременно должны считать эти впервые увиденные нами величины – совершенно реальными физическими величинами, а не просто пустыми числами.
Как это, собственно говоря, и произошло сначала только с Гюйгенсом и Лейбницем.
Когда сам Гюйгенс, по ошибке, воспринял выполненное им абсолютно суррогатное чисто геометрическое доказательство за якобы реально произведенное им физическое исследование. В результате которого он якобы открыл какие-то, никому не известные ранее «объемы геометрических тел».
Ну и что из этого? Ну открыл он их, эти свои «объемы». А дальше-то, что? Очевидно, что после этого, по всем правилам науки и проведения научных исследований, прежде чем обнародовать полученный им результат, Гюйгенсу следовало бы сначала самому разобраться с этими величинами и выяснить то, что они, на самом деле, собой представляют.
Представляют ли они собой что-то реальное? Или они представляют собой просто пустые численные величины?
Гюйгенс же, вместо этого, вследствие, очевидно, возникшей тогда у него спешки, вызванной истечением сроков подачи конкурсных работ; явно необдуманно включил тогда эту свою, в целом, совершенно глупейшую XI теорему, в состав переданных им документов.
Явно не осознавая при этом того, что, совершив этот необдуманный поступок, он просто выпустил джина из бутылки. И теперь все зависело только от того, в чьи руки этот джин попадет, и кто, и как этим «джином» воспользуется.
Так вот, первым, кто в практических целях воспользовался тогда этим сделанным Гюйгенсом открытием, оказался его товарищ; а, в какой-то степени, также еще и ученик Гюйгенса – Лейбниц, который, сам никаких реальных физических исследований никогда не производил; а просто, как мусорщик, подбирал и развивал все те тупиковые идеи, которые когда-то выдвигали настоящие ученые; хотя потом, по каким-то непонятным причинам, они сами же и отказывались от этих, выдвинутых ими ранее идей.
А объяснялось все это только тем, что, вследствие его полнейшей естественнонаучной необразованности, Лейбницу не хватало ни способностей, ни знаний, ни умений для критической оценки этих, просто заимствованных им чужих идей.
Единственным, что он еще умел хоть как-то делать, было только то, что он, как опытный юрист и адвокат, мог сопоставлять и логически объединять друг с другом, казалось бы, совершенно далекие и никак не связанные между собой факты и обстоятельства.
Так вот, сопоставив между собой, сначала сделанное Декартом еще в 1637 году, а потом просто брошенное и забытое тем утверждение о сохранении силы, которое всегда выполнялось при использовании людьми простых машин; со сделанным Гюйгенсом открытием новых, никому не известных ранее величин; Лейбниц увидел взаимосвязь этих утверждений и счел, что это является для него просто чрезвычайно благоприятным стечением обстоятельств.
Которое позволяет ему заявить об открытии им нового, причем, судя по всему, еще и самого важнейшего закона природы, как закона сохранения некоторых физических величин при любых явлениях природы или любых взаимодействиях тел.
Что Лейбниц, собственно говоря, и сделал в своей глупейшей по своей сути работе «Доказательство примечательной ошибки Декарта и других…», опубликованной им в 1686 году. Которая и стала впоследствии тем краеугольным камнем, который так до сих пор и лежит в основании всей глупейшей классической теории.
При этом, основная идея этой работы Лейбница заключалась в том, что в ней он начал даже более чем активно продвигать в жизнь идею о необыкновенной важности якобы найденных теперь уже лично им самим неких «действий» или «производящих движение энергий», которые, вроде бы, как раз, и являются всегда сохраняемыми в природе величинами.
И хотя Лейбниц никак даже не упоминал при этом найденных ранее Гюйгенсом «объемов геометрического тела». Что, кстати говоря, не делало ему чести. Так как прямо свидетельствовало о его стремлении к незаконному присвоению чужих открытий.
Тем не менее, из рассуждений Лейбница прекрасно было видно то, что особую уверенность в полной справедливости всех сделанных им в этой его работе утверждений, ему придавало то обстоятельство, что он совершенно ясно видел существующую численную эквивалентность между впервые открытыми Гюйгенсом никому не известными ранее новыми величинами и своими производящими движение энергиями, численные значения которых Лейбниц определял произведениями веса тела на высоту его подъема или падения.
Но самым недостойным и особенно вредным для всей физической науки в последующем поведении Лейбница стало то, что при заявлении и последующем утверждении им своего приоритета на открытие им нового закона природы, он стал совершенно неоправданно и абсолютно бездоказательно принижать ту роль, которую в тех же самых явлениях природы или взаимодействиях тел могли играть также еще и уже хорошо известные всем в то время декартовы количества движения.
А причиной этого было только то, что на приоритет в открытии важнейшего законы природы, утверждающего о сохранении в ней некоторых величин, претендовал также еще и Декарт, который еще в 1644 г. не только заявил то, что:
«Бог – первопричина движения; он постоянно сохраняет в мире одинаковое его количество».
Но также еще и сформулировал несколько правил (как своеобразных законов природы). В одном из которых он показал, как действует тот механизм, который, как раз, и обеспечивает собой сохранение в природе всегда одинакового количества движения. Намного опередив, таким образом, Лейбница.
Естественно, что все эти заявления Декарта представляли собой серьезную угрозу для Лейбница. Вследствие чего он и повел непримиримую и совершенно нечестную борьбу со всем этим, оставленным Декартом наследием.
При этом, такой явно необъективный, непорядочный и, очевидно, предвзятый подход Лейбница к его нечестной борьбе за отстаивание им своего приоритета на открытие им важнейшего закона природы, нашел свое отражение даже в тех названиях, которые Лейбниц присвоил позже обеим этим величинам. Назвав при этом гюйгенсовы «объемы геометрического тела» – живыми силами, а декартовы количества движения – мертвыми силами.
Что вызвало протесты сторонников Декарта и стало причиной разгоревшегося тогда непримиримого спора о двух мерах движения, который продолжался в физике в течение очень долгого времени.
Однако, вследствие нечестности Лейбница, а также, благодаря мастерскому владению им искусством демагогии и словоблудия, ему удалось тогда убедить большинство своих «ученых» современников в своей правоте и, таким образом, как бы одержать победу в этом споре.
После чего физики уже просто тупо пошли вслед за Лейбницем по указанному им пути; совершенно не понимая при этом того, что на самом деле, Лейбниц лишь уводил их от понимания истины и вел их за собой просто в никуда!
Вследствие чего, путем различных уловок, специальных оговорок и всевозможных подтасовок, все физики на протяжении нескольких последующих столетий дружно строили потом свою совершенно оторванную от реальной жизни и, поэтому, абсолютно никому не нужную, полностью абсурдную классическую теорию.
Которая сейчас, именно по всем этим указанным здесь мною причинам, и требует от нас ее немедленной замены на созданную мной Новую физику.
Потому что только Новая физика показывает нам то, что, на самом деле, никаких реальных живых сил, ни в каких формах их существования, в природе просто не существует. Так как, на самом деле, все они представляют собой не реальные физические величины, а, всего лишь, самые обычные – пустые числа, которые никогда никакого участия в реальных взаимодействиях тел не принимают, и никакого реального влияния на их ход они никогда не оказывают.
Единственными реально существующими в природе величинами являются только декартовы количества движения, которые существуют в природе в разных их формах, и которые, в свою очередь, способны к их численно эквивалентным взаимопревращениям друг в друга.
Именно поэтому все механические явления природы и происходят только под управлением единственного реально действующего в природе закона сохранения и превращения декартовых количеств движения.
Таким образом, как вы и сами это видите, моя Новая физика не только не отрицает полную справедливость существования закона сохранения лейбницевских живых сил при упругих столкновениях тел. Но еще и объясняет при этом то, что существование этой, чисто математической закономерности, объясняется совсем не реальным сохранением живых сил, как реальных физических величин.
А только лишь следствием допустимых аналитических преобразований закона сохранения и превращения декартовых количеств движения, как закона сохранения и превращения реальных физических величин.
Одновременно с этим, мне, вероятно, следует сказать также еще и о том, что моя Новая физика совершенно не отрицает, еще и того, что действительно полностью справедливой является также еще и та, чисто математическая закономерность, которая выражает собой суть закона сохранения и превращения живых сил для тел, находящихся в поле потенциальных сил.
Однако, при этом, моя Новая физика вновь говорит нам о том, что и этот закон также является совсем не самостоятельным законом природы, а, опять же, всего лишь только следствием допустимых математических преобразований закона сохранения и превращения декартовых количеств движения, как закона сохранения и превращения реальных физических величин.
Так что, как видите, мы с вами еще раз убеждаемся в том, что вся классическая теория построена только лишь, как на сплошных ошибках, так и на явной лжи ее основателей.
В чем мы с вами вполне могли убедиться также еще и на примере того, явно лживого «доказательства», которое И. Бернулли привел в его IX главе.
Но у меня есть все доказательства того, что, либо ошибочными, либо явно лживыми являются работы также и всех остальных основателей классической теории.