Георгия М.
Майя Олеговна, спасибо за статью!
Был у меня такой случай.
Живу я в женском монастыре. А в то время это была община. Приходил к нам почти каждый день мужичок, Николай звали. Не наглый, тихий. Сестры его кормили и с собой еду давали. Уходил. Жил на остановке, на лавочке спал, по улицам бродил, в гаражах с мужиками общался, вообщем жил как то.
Лето к концу, осень подходит. Август, сентябрь. Уже подмораживало по ночам. Я его и спрашиваю: а зимой то как будете? Молчит. Уклоняется от ответа. И тут я взяла инициативу в свои руки. 70 лет ему исполнилось, помню. Я договорилась в городе, место есть свободное, чтобы он жил в частном доме, документы ему восстановят, на работу по силам устроят, будет жить вместе в христианской общине с людьми, которые по каким то обстоятельствам попали в такие вот трудные обстоятельства. Николая спросила. Насторожился. Спросил, не секта ли? А потом два раза от меня убегал, когда за ним приезжали. В третий раз в гаражах его нашла, мужики подсказали, упрашивала его, и наконец то согласился уехать. Весь мокрый, запах на всю машину. Довезли. Прожил там года четыре. В первую весну сбежал от них. Опять сюда начал ходить, но я его отправила назад. Потом уже смирился.
Я всё не понимала. Почему он не хочет измениться? Все условия предлагают.
Трудно им очень. Свобода дороже. Но за оказанную ЛЮБОВЬ И ТЕРПЕНИЕ они начинают доверять и их можно как то спасти. В этом случае только Господь помог.
Ему как мужчине было трудно принять от нас, женщин, помощь. И мне было это уроком.