Когда Петр Семенович Пуговкин встал в очередь за колбасой, он и не подозревал, что это решение изменит всю его жизнь. А может, и не только его.
— Последний? — деловито осведомился Петр Семенович у дородной дамы с авоськой.
— Нет, милейший, я предпоследняя. Последний вон тот хмырь в клетчатой кепке, — ответила дама, указывая на невзрачного мужичка.
Пуговкин пристроился за "хмырем" и принялся изучать затылки впередистоящих. Очередь была внушительная — человек пятьдесят, не меньше. "Ничего, — подумал Петр Семенович, — за час управлюсь".
Наивный Пуговкин! Если бы он знал, во что выльется эта авантюра, то, возможно, развернулся бы и пошел домой. Но судьба, как известно, любит подшутить над людьми. Особенно над теми, кто стоит в очереди за колбасой.
Спустя полчаса Петр Семенович начал замечать странности. Очередь двигалась, но как-то... неправильно. Вместо того, чтобы уменьшаться, она, казалось, становилась длиннее.
— Простите, уважаемый, — обратился Пуговкин к мужчине в клетчатой кепке, — вам не кажется, что мы топчемся на месте?
— Не кажется, — флегматично отозвался тот. — Мы действительно топчемся на месте. Уже третий год.
— Как третий год?! — опешил Петр Семенович. — Я же только что встал!
— Эх, молодежь, — вздохнул мужчина. — Все вам быстро подавай. А вы поглядите по сторонам — может, и поймете что к чему.
Пуговкин огляделся. И с ужасом осознал, что пейзаж вокруг изменился. Вместо привычной улицы с хрущевками и чахлыми тополями, их окружал густой лес. Откуда-то доносился шум реки и пение птиц.
— Где это мы? — прошептал ошарашенный Петр Семенович.
— В очереди, голубчик, где же еще, — усмехнулась дама с авоськой. — Привыкайте. Тут у нас свои законы и порядки.
— Но как же так? — не унимался Пуговкин. — А работа? А семья?
— Забудьте, — отмахнулся мужчина в кепке. — Теперь ваша семья — это мы. А работа — стоять в очереди. Кстати, я Василий Петрович, можно просто Вася.
— Очень приятно, — машинально ответил Петр Семенович. — А колбаса-то хоть есть?
Очередь дружно расхохоталась.
— Колбаса! — всплеснула руками дама с авоськой. — Нет, вы только послушайте — колбаса! Да тут, голубчик, давно уже никто не помнит, за чем мы стоим. Может, за колбасой, а может, за смыслом жизни.
— Или за билетами в светлое будущее, — подхватил Василий Петрович. — Кто ж его знает. Главное — процесс.
Пуговкин ощутил, как в голове закружилось, и мир перед глазами начал плыть. Он попытался выйти из очереди, но ноги словно приросли к земле.
— Не дергайтесь, — посоветовал кто-то сзади. — Бесполезно. Лучше располагайтесь поудобнее — ждать придется долго.
Петр Семенович обернулся и увидел молодого человека с ноутбуком.
— А вы кто? — спросил Пуговкин.
— Я? Писатель. Пишу роман о нашей очереди. Уже третий том заканчиваю.
— И о чем же вы пишете?
— О нас, конечно! О том, как мы живем, любим, страдаем. — Вот, например, — молодой человек кивнул в сторону парочки впереди, — видите этих двоих? Они познакомились здесь, в очереди. Теперь у них трое детей и ипотека.
— Ипотека? Здесь? — изумился Пуговкин.
— А как же! — подмигнул писатель. — Банк "Очередной кредит" — три шага вперед, у кассы направо. Очень выгодные условия, между прочим.
Петр Семенович почувствовал, что еще немного — и он просто сойдет с ума. Но тут его внимание привлекло какое-то движение впереди. Очередь заволновалась.
— Что там происходит? — спросил Пуговкин у Василия Петровича.
— А, это? Обычное дело. Кто-то пытается пролезть без очереди.
Действительно, какой-то шустрый гражданин пытался втиснуться между двумя степенными бабушками.
— Я только спросить! — уверял он.
— Знаем мы ваше "спросить"! — возмущались бабушки. — Вот встанете в конец очереди и спрашивайте сколько влезет!
— Но я же на минуточку!
— Минуточку, говоришь? — прищурился Василий Петрович. — Ну-ка, ребята, покажем ему нашу минуточку!
И тут произошло нечто невероятное. Вся очередь, как по команде, начала двигаться... назад! Пуговкин, не ожидавший такого маневра, чуть не упал.
— Что происходит?! — воскликнул он.
— Минуточка происходит, — пояснила дама с авоськой. — Так мы наказываем безбилетников. Теперь этому умнику придется простоять лишний год.
— Но как же так? Мы же теперь еще дальше от цели!
— Цели? — усмехнулся писатель. — Дорогой мой, вы все еще не поняли? Здесь нет цели. Есть только очередь. И мы — ее верные служители.
Петр Семенович почувствовал, что у него подкашиваются ноги. Он огляделся в поисках скамейки или хотя бы пенька, но вокруг была только утоптанная земля и бесконечная вереница людей.
— А присесть тут можно? — жалобно спросил он.
— Присесть? — удивился Василий Петрович. — А как же очередь? Нет, голубчик, тут мы стоим. Всегда стоим. В этом весь смысл.
— Но должен же быть какой-то выход! — воскликнул Пуговкин в отчаянии.
— Выход? — переспросила дама с авоськой. — Ну, разве что вон тот.
Она указала куда-то вдаль. Петр Семенович прищурился и увидел на горизонте маленькую дверь. Над ней висела табличка "Выход. Только для тех, кто отстоял свое".
— И сколько нужно отстоять, чтобы туда попасть? — с надеждой спросил Пуговкин.
Очередь снова разразилась хохотом.
— Голубчик, — сквозь смех проговорил Василий Петрович, — да вы оптимист! Никто еще не дошел до этой двери. Говорят, один товарищ почти добрался, но в последний момент вспомнил, что забыл выключить утюг, и пошел в конец очереди.
— Так что привыкайте, — подытожила дама с авоськой. — Располагайтесь поудобнее. У нас тут своя жизнь. Вон, смотрите, — она указала на группу людей, азартно что-то обсуждающих, — это наш филиал Общества любителей стояния в очередях. А там, чуть дальше, — курсы по оптимизации очередного пространства.
— А вот и наша мобильная библиотека подъехала! — воскликнул писатель, указывая на приближающуюся тележку с книгами.
Пуговкин ошарашенно наблюдал, как люди в очереди начали оживленно выбирать книги. Кто-то взял томик Кафки, кто-то — "Путеводитель по очередям галактики".
— А что, есть и такая книга? — удивился Петр Семенович.
— Конечно! — подмигнул писатель. — Бестселлер нашего локального издательства "Очередная глава". Кстати, не хотите ли подписаться на наш литературный журнал "Хвост очереди"? Первый номер бесплатно!
Пуговкин машинально кивнул, все еще не веря в происходящее. Ему в руки тут же всунули глянцевый журнал с изображением бесконечной очереди на обложке.
— Ну вот, — одобрительно похлопал его по плечу Василий Петрович, — вы уже начинаете вливаться в коллектив. Глядишь, скоро и сами начнете писать мемуары о своем очередном опыте.
— Мемуары? — переспросил Пуговкин. — Но я же только что пришел!
— Эх, молодежь, — снова вздохнул Василий Петрович. — Все вам кажется, что вы только пришли. А на самом деле... — он многозначительно замолчал.
— Что на самом деле? — с тревогой спросил Петр Семенович.
— На самом деле, — торжественно произнес Василий Петрович, — мы все здесь уже целую вечность. Просто не все это осознают.
В этот момент где-то вдалеке раздался громкий звук, похожий на звонок будильника. Пуговкин вздрогнул и...
...проснулся в своей квартире. За окном светило солнце, на тумбочке надрывался будильник. Петр Семенович с облегчением выдохнул — это был всего лишь сон!
Но когда он вышел на улицу за свежим хлебом, взгляд привлекла небольшая очередь у киоска.И на мгновение ему показалось, что он видит знакомые лица: даму с авоськой, мужчину в клетчатой кепке, молодого человека с ноутбуком...
Петр Семенович моргнул, и наваждение исчезло. Но с тех пор он старался обходить очереди стороной. На всякий случай.
Если вам понравился рассказ, поддержите автора лайком, подпиской, поделитесь с друзьями в соцсетях! Узнайте подробнее о концепции канала. Переходите в список рубрик и читайте рассказы по темам. Предлагайте свои сюжеты в комментариях. Хорошего вам настроения!