Элеонора Хардинг уже много лет вращалась в высшем обществе Лондона, но даже она не могла предсказать, что вечер, начавшийся столь гладко, закончится столь трагично. Благотворительный прием в честь открытия нового детского приюта должен был стать не только важным событием, но и возможностью для элиты Лондона продемонстрировать своё благородство. Элли пригласили как одного из ключевых доноров, и она охотно приняла приглашение.
Дом леди Генриетты Кавендиш, хозяйки вечера, излучал роскошь и величие. Огромные хрустальные люстры, старинные картины и изящные антикварные предметы создавали атмосферу аристократического уюта. Элеонора, одетая в элегантное чёрное платье, непринуждённо общалась с гостями, когда её внимание привлекла резкая ссора между двумя женщинами у лестницы.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь, Эдит! — голос леди Кавендиш дрожал от сдерживаемого гнева.
— О, я прекрасно понимаю, — ответила другая женщина, элегантная, но холодная на вид блондинка по имени Эдит Браун, известная своей беспощадностью в деловых и личных вопросах. — Ты всегда была завистливой, Генриетта. А теперь, когда у тебя ничего не осталось, кроме имени, ты решила собрать милостыню на приют? Какая жалость!
Сцена была столь драматичной, что гости замерли в ожидании. Элли тоже почувствовала напряжение, исходящее от обеих дам. Что-то важное скрывалось за их враждой, и это "что-то" обещало стать ключом к вечерним событиям.
— Дамы, прошу вас, — вмешался сэр Роджер Пембертон, известный адвокат и друг обеих сторон, пытаясь разрядить ситуацию, — это не место для личных распрей. Сегодня вечер благотворительности, давайте не забывать об этом.
Но прежде чем он успел договорить, дверь зала резко открылась, и дворецкий объявил о том, что за окном началась буря. Гости переглянулись: такая погода могла серьёзно задержать их отъезд.
— Дорогие мои, — леди Кавендиш вернула себе самообладание, — я надеюсь, что никто не возражает провести здесь целый вечер? Мой дом всегда открыт для друзей.
Однако предложение леди Генриетты прозвучало скорее как приказ. Никто не осмелился возразить.
Вскоре Элли снова вернулась к беседам с гостями, но её мыслей не покидало напряжение между Генриеттой и Эдит. Она инстинктивно чувствовала, что этот конфликт не оставит их в покое.
Чуть позже, когда буря разыгралась не на шутку, а гром гремел так, что сотрясались стены дома, Элли решила пройтись по пустующим комнатам, наслаждаясь тишиной вдали от основного зала. Она направилась в библиотеку — комнату, где традиционно собирались важные гости для обсуждения деловых вопросов. Но по пути её внимание привлекла приглушённая ругань за одной из дверей.
Элли осторожно приблизилась и услышала, как кто-то прошипел:
— Ты никогда не должна была переходить мне дорогу, Генриетта. Это будет твоей последней ошибкой.
Не успела она осознать смысл сказанного, как послышался громкий звук удара и затем падения тела. Элли резко распахнула дверь и увидела Генриетту Кавендиш, лежащую на полу, неподвижную, а рядом — разбитую вазу с подсвечником, который явно служил орудием убийства.
Комната была пустой, кроме тела Генриетты. Эдит Браун пропала.
— Что здесь произошло? — спросил сэр Роджер, поспешивший на шум. — Где убийца?
Элли быстро оценила ситуацию.
— Мы все заперты в этом доме из-за бури. Убийца должен быть здесь.
Когда весть о смерти хозяйки разнеслась по дому, началась паника. Гости метались, пытаясь понять, кто среди них мог совершить такое ужасное преступление.
Элли знала, что ей придётся действовать быстро, чтобы не дать убийце воспользоваться хаосом. Она приняла решение допросить всех гостей, начиная с Эдит Браун.
Эдит была найдена в одной из спален, истерзанной и ошеломлённой. Когда Элли начала задавать вопросы, Эдит плакала:
— Я не хотела этого. Она… Она угрожала мне, рассказывала, что разрушит мою репутацию, и я…
— Ты ударила её? — Элли не отводила глаз от Эдит.
— Нет, я просто оттолкнула её, а потом… я не знаю, что произошло, — Эдит тряслась от слёз. — Я не хотела, чтобы она умерла.
Элли поняла, что Эдит слишком напугана, чтобы быть истинным убийцей. Кто-то использовал их ссору как прикрытие.
Она вернулась в библиотеку и внимательно осмотрела место преступления. На полу были видны следы, оставленные мокрой обувью. Кто-то, возможно, выходил из дома или заходил в него во время бури. Но как это возможно, если все двери заперты?
Ответ нашёлся в камине. Следы от мокрой земли и листвы вели к решетке, которая была слегка сдвинута. Элли осторожно приблизилась и, осмотрев всё внимательнее, заметила скрытый проход за камином, ведущий наружу.
Теперь всё стало на свои места. Убийца воспользовался этим тайным выходом, чтобы вернуться незаметно в дом. Она быстро собрала всех гостей в главном зале, чтобы огласить свою находку.
— Убийца среди нас, — сказала Элли, глядя на каждого из присутствующих. — И у него был доступ к этому дому задолго до сегодняшнего вечера. Тайный проход в библиотеке — вот как он смог скрыться, когда совершил преступление.
Сэр Роджер побледнел.
— Это невозможно… Этот дом…
— Дом принадлежал вашему отцу, — продолжила Элли. — Он был архитектором, и знал о существовании этого прохода. И, возможно, не только он.
Элли внимательно наблюдала за реакцией присутствующих и заметила, как мистер Харрингтон, один из гостей, знатный коллекционер, сжался в кресле.
— В этом проходе мы нашли вашу трость, мистер Харрингтон, — сказала Элли, глядя ему прямо в глаза. — Вы использовали эту трость, чтобы убить леди Генриетту и инсценировать ссору между ней и Эдит как мотив для убийства. Но что именно вас подтолкнуло на этот шаг?
Харрингтон попытался возразить, но передумал. Он тяжело вздохнул, признавая своё поражение.
— Генриетта шантажировала меня. Она знала, что я подделывал документы, чтобы получить наследство от своего дяди. Если бы правда вышла наружу, я бы потерял всё. Я не мог позволить ей разрушить мою жизнь.
Элли, несмотря на удовлетворение от раскрытия преступления, чувствовала горечь. Ещё одна жизнь оказалась разрушенной из-за алчности и страха. Буря за окнами утихала, но хаос, оставшийся в доме, был намного сильнее. Светский приём, начавшийся как благотворительное мероприятие, завершился трагедией, которую она не сможет забыть.