Представьте себе неудобную ситуацию: какой-то очень серьёзный и влиятельный человек Вам крепко наступил на хвост, уже заседание судебное назначено, а обидчик куражится, говорит: «А я не пойду». В наше время дело могут рассмотреть в отсутствие ответчика и к какому-то решению прийти, но далеко не всякое, и тогда ситуация подвиснет. Случись с Вами такая неприятность в древней Ирландии, у Вас было бы целых два законных выхода.
Первый — дорогой. Вы нанимаете поэта, причём, опытного, высших званий, и он сочиняет на Вашего обидчика сатиру. Что это такое и как делается, процедурно, и чем чревато — тут: https://dzen.ru/a/Zr7su_rnygf9QPfI?feed_exp=ordinary_feed&from=channel&integration=site_desktop&place=more&secdata=CKnO%2FM%2BVMiABUA9qAQGQAQA%3D&rid=996666873.1152.1727284518278.57277&referrer_clid=1400& . Для нас, людей цивилизованных, это ерунда какая-то, но у людей с мифологическим сознанием другая система координат. Боялись и приходили в чувства. Только сатира — очень долгое дело, месяц примерно, и поэт живёт и столуется у Вас со всеми помощниками, которые ему необходимы для создания волшебных виршей. Ест, спит и развлекается он не исходя из Ваших финансовых возможностей, а в соответствии со своим статусом. Накладно получается, бедному человеку так и вовсе неподъёмно.
Второй — долгий, но бесплатный. Обиженный человек приходил на рассвете к дому обидчика и садился у порога. Так он сидел до заката. Ни привратник, ни кто-либо из домочадцев, и даже сам хозяин не смели его трогать. Весь день истец не принимал ни воды, ни пищи. Соседи видели, что он у порога сидит, спрашивали, зачем, а он всем в лицах рассказывал, какая у него беда. Кажется, мелочи жизни. Но всё время, пока истец постится под дверью, ответчик тоже не ест и не пьёт. Завтра истец придёт снова, и послезавтра, и так, пока не надоест, но у него нет выхода, и он возвращается каждое утро. Это и есть голодать против кого-то. Процедура называлась troscud (троскуд).
Подробности дела выходят за пределы круга близких родственников и соседей. Начинают дальние подтягиваться. Если истец достаточно красноречив, намечаются не вялые репутационные потери — могут начать требовать поручителей посерьёзнее и задирать сумму залогов при контрактах, могут отказаться скот занимать или давать в долг, коситься начинают, в гости не зовут и приглашений не принимают. Это уже не шутки. Прогнать голодающего противозаконно, есть и пить исподтишка — опасно: это нарушение магии ритуала. На самом деле, если кто-то из домашних проболтается или расскажет нарочно, Васисуалий Лоханкин ирландского разлива будет судом признан виновным без рассмотрения дела и оплатит ущерб в двойном размере. Так что, лучше до вечера всё-таки потерпеть. Обычно недели хватало, никто не голодал месяцами.
Начавший голодовку был в полной безопасности: если с ним происходило недоразумение со смертельным исходом или просто побили, виноват был обидчик, даже если его и близко рядом не было. На момент, когда законы брегонов перешли из устной традиции в письменную, троскуд оказался настолько эффективным средством поставить влиятельного человека перед судом, что процедура голодания против кого-то стала рутинной. Для бедняка это вообще был единственный реальный способ добиться справедливости.
Работала эта система исправно, раз уж понадобилось кодифицировать её во избежание всяческих злоупотреблений с обеих сторон.