Казалось бы, после распада державы Лисимаха в регионе вернулись старые порядки: греческие города обрели свободу в который раз, Одрисское царство снова возродилось, Македония погрязла в своих неурядицах и не могла посягать ни на чью независимость. У некогда могущественных Афин и Спарты не осталось сил, чтобы претендовать на гегемонию даже в самой Греции. Кстати, в это время стали появляться союзы. Так, в 279 году возродился Ахейский союз. Набирал силу Этолийский. Примерно в это же время была сформирована Северная лига, в которую вошли Византий, Гераклея, Калхедон. Позже к ней примкнет вифинский царь Никомед, царь Понта Митридат и даже Антигон Гонат, который тогда еще не был царем Македонии. Все члены активно помогали друг другу в разное время. И всё было хорошо, пока не появились кельты.
Они давно уже начали свое движение на восток. Редкий случай в истории. Обычно племена в Европе шли либо с востока, либо с севера. Греки были с ними знакомы, ведь их колония Массилия была основана очень давно. С кельтами встретился и Александр, когда был на Дунае. Они полностью кельтизировали Паннонию, заняли Северную Италию и Дакию. И теперь, когда не было серьезной силы в лице Лисимаха, которая могла бы скоординировано противостоять им, они в 279 году обрушились на Грецию.
Вторжение на юг Балкан пошло по трем направлениям. Один отряд во главе с Церетрием двинулся против фракийцев. Прославленный впоследствии Бренн со своим отрядом вторгся в Пеонию, а Болг - против македонцев. Он первый достиг определенного успеха: в Большом сражении он разгромил македонского царя Птолемея Керавна, захватил его в плен и обезглавил. Так закончил свои дни коварный губитель дома Лисимаха и убийца Селевка. Новому царю Сосфену удалось остановить движение кельтов, но они были не в накладе. С богатой добычей они покинули пределы Македонии.
Бренн же понял, что надо ковать счастье, пока горячо. Он понял, что более удачного момента для удара в глубь Греции не будет. А может, его просто манили баснословные сокровища Дельф. В городе, у которого нет стен. Спелый фрукт, который сам упадет в руки. Могли ли кельты устоять перед таким? И вот все три армии объединились и двинулись на юг. Они смогли даже с боем пройти Фермопилы (читали ли кельты о походе Ксеркса или сами нашли обходной путь?) и после этого Дельфы были разграблены. Но насладиться такой добычей кельты не смогли. В первую же ночь греки напали внезапно на кельтов и многих перебили. Бренн покончил с собой. Остатки полчищ начали отступать на север в Фессалию и были там добиты фессалийцами.
Видимо, ранее от армии Бренна откололись Леоннорий и Лотарий, которые прошли огнем и мечом до самого Византия. Брать приступом город они не могли, потому что не было у них ни осадных сооружений, ни опыта ведения такой войны. Но они разграбили все окрестности вокруг города. Что было делать Византию в такой ситуации? Военной силы у них на суше не было, чтобы противостоять такому многочисленному противнику. А корабли не пошлешь против армии. Осталось только одно средство, а именно — откупиться. (Этим способом потом будут часто пользоваться другие византийцы.) Начались переговоры, и кельты, видимо, затребовали баснословную сумму. Даже у такого богатого торгового города, как Византий, не было стольких средств. Хорошо, что помогли верные союзники. Гераклея, к примеру, предоставила 4000 золотых.
Но большую услугу оказал городу царь Вифинии Никомед, который в эту пору боролся за верховную власть со своим братом. Он нанял кельтов и переправил их в Азию. Как известно, они натворили бед и там, пока не были разбиты Антиохом Сотером. И то, говорят, в этом ему сильно помогли слоны. Остатки кельтов осели в горной местности, которая с тех пор стала называться Галатией. Но это уже другая история.
Казалось бы, с уходом этого отряда кельтов можно вздохнуть свободно, но не тут-то было. Не все кельты погибли под Дельфами и на реке Спрехей. Довольно многочисленный отряд под командованием Комотория вскоре объявился под стенами Византия. Он тоже хотел переправиться в Малую Азию, но его пленили отроги Гема, и он решил обосноваться здесь. Худшего решения для Византия он не мог принять. Ведь теперь он попросту стал рекетиром и требовал постоянно новую дань, которая всё время росла, пока однажды не достигла цифры в 80 талантов! Вот теперь у Византия начались реальные проблемы, которые надо было как-то непопулярно решать...