Мальчик из суррогатной двойни стал яблоком раздора между биологической матерью и наёмной няней. Поделить ребёнка им не удаётся ни через суд, ни через телевидение.
Эта история началась в 2013 году, когда в одном из родильных домом Москвы на свет появилась двойня малышей (мальчик и девочка) от суррогатной матери. Тогда биологическая мать сразу заявила, что сын ей не нужен и просила медиков разделить двойняшек, отдать новорожденного мальчика на усыновление в другую семью.
Врачи категорично отказали женщине. Тогда она отселила младенца мужского пола на отдельную квартиру и наняла для него няню. Выбор пал на взрослую женщину Татьяну Калентьеву, которая только что вышла на пенсию из полиции по выслуге лет и имела педобразование.
Первые три года Татьяна проживала с малышом в Москве, затем по просьбе его родителей (ни разу не навестили мальчика) увезла его к себе на Родину в Набережные Челны. До семилетнего возраста мальчик жил в семье своей няни и стал называть её мамой наравне со старшим сыном Татьяны. В 2016 году она его даже крестила в местной церкви и стала его крёстной матерью.
Все эти годы биологические родители не интересовались даже здоровьем сына. Правда, деньги на его содержание исправно высылали. Когда пришло время отдавать ребёнка в школу, они потребовали от няни привезти его в Москву. Однако в свой дом они его не взяли, а сразу определили в школу-интернат для иногородних детей с постоянным проживанием.
Когда об этом узнала Татьяна, она решила усыновить мальчика. По её мнению, биологическим родителям он был очевидно не нужен.
Семилетний ребёнок ни разу не видел ни родителей, ни сестрёнку-двойняшку.
Первое, что сделала Татьяна - через опеку и суд попыталась лишить биологическую мать родительских прав, но проиграла. Вторая попытка – определить через судебные органы порядок регулярных свиданий с малышом также провалилась. Биологические родители были резко против этого.
Дело затянулось на долгих 10 лет и в прошлом году стало темой ток-шоу Андрея Малахова «Прямой эфир».
«Я значимый для моего мальчика человек и очень хочу его увидеть, переживаю за него, ведь я перед Богом в ответе за него», со слезами на глазах пояснила Татьяна Калентьева зрителям в студии, подчеркнув, что «согласна на любые условия и просит разрешения видеться с малышом хотя бы раз в три месяца, хотя бы в стенах этого интерната, под присмотром педагогов». «Я очень люблю этого мальчика. Последний раз мы виделись три года назад. Он крикнул мне: «Борись за меня, мама!» Я не имею права его предать», уверена крестная мать.
Уполномоченный по правам ребенка в Республике Татарстан Ирина Волынец считает, что у Татьяны есть шанс отсудить ребёнка. По её словам, дело в суде велось с нарушениями – 10-летнего мальчика даже не спросили о его желании, хотя по закону суд должен учитывать предпочтения ребёнка.
Пока разбирательства по делу продолжаются, мальчику исполнилось 11 лет. Как считаете, есть смысл дальше бороться за него?