Никто, кроме Дика, не смог бы превратить истеричные фантазии Холодной войны о Третьей мировой в параноидальный шедевр, где вместо клюквы зашкаливающий уровень недоверия к правительству США. Лучшей книги про бункеры и заговоры не найти.
Роман начинается так: «Туман вползёт снаружи и доберётся до тебя. Более того: он захватит тебя полностью. Стоя у высокого, узкого окна библиотеки... бетонные обломки, из которых построили это величественное сооружение, в каком-то ином веке были пандусом, и по нему можно было въехать на Прибрежное шоссе... Стоя у высокого, узкого окна библиотеки, Джозеф Адамс наблюдал, как туман ползёт со стороны Тихого океана, и размышлял. Вечерело, мир погружался во тьму. И туман пугал Адамса — так же, как другой туман, который таился у него внутри. Туман, который не захватывал, не окутывал — но тянулся, шевелился, заполнял все полости тела. Туман, который обычно люди называют "одиночеством"». пер. Киракозова
Сюжет
На поверхности Земли бушуют радиация и бактериологические болезни, а также идёт начавшаяся еще на Марсе война между Советами и Америкой.
Президент подземного убежища, Николас Сент-Джеймс, решает, что делать с умирающим главным механиком. Нужно выполнять план, поставлять военных роботов на поверхность, но квалифицированных рук не хватает, хотя бункер переполнен. От политкомиссара приходят новости: Детройт пал, и план вскоре увеличат. А его невыполнение грозит сокращением дотаций еды и закрытием. Для спасения всех жителей убежища Николас вынужден выбраться на поверхность, чтобы раздобыть искусственную печень для механика. Однако никто в бункере не знает, что на поверхности тоже есть выжившие, элита, которая пользуется всеми удобствами и пудрит простому люду мозги. И что все искусственные органы закреплены за 80-тилетним министром внутренних дел, Броузом, нежелающим умирать.
Идеи, темы и жанровая составляющая
Бросающееся в глаза классовое неравенство, лживая пропаганда с телеэкранов, контроль граждан с помощью изоляции и т.д. это лишь верхушка айсберга идейной наполненности романа. Дик не был бы Диком, если бы остановился только на этом и не отпустил, например, шпильку в адрес глупого поклонения актёрам, именами которых названы все бункеры. Или не сделал бы ремарку о сменяемости власти, где генерал и министр внутренних дел постоянно "сменяют друг друга у руля", что, по словам главного пропагандиста, предотвращает коррупцию.
Устройство мира в «Предпоследней правде» напоминает средневековье. Поверхность Земли разделена между госслужащими. У них есть огромные поместья и личные армии, которыми они порой воют друг с другом за территорию. Правящий над ними министр внутренних дел, Броуз, это старый "слабоумный" монарх, желающий любым способом до конца сохранить свою власть.
По духу роман не однороден. Вначале это антиутопия в постапокалипсисе, затем шпионский триллер с убийствами и суперсекретными разработками оружия. Книга ловко видоизменяется, жонглируя повами персонажей, и обводя читателя вокруг пальца.
Концовка превосходно сводит весь роман к теме вызова интеллектуальным способностям работника, чтобы побороть выгорания и рутину. (Бьюсь об заклад, такого вы не ждали.) Закрывая роман, хочется ещё. Дик как всегда преступно краток.
Об исторической фантасмагории, на которой зиждется пропаганда в романе (со спойлерами)
В «Предпоследней правде» на бумаге мир биполярен (простите за каламбур): половину контролирует СССР, половину США. Обе страны сработали по одной схеме. После войны они показали запертому в бункерах населению пропагандистские фильмы монструозной длинны (25 часов), где вперемешку с кадрами хроники была откровенная фальсификация событий Второй мировой. Оба фильма снимались на киностудии Третьего Рейха.
В фильме «А», созданном для Америки, Британия устроила Бухенвальд и выставила немцев виноватыми, а Рузвельт был агентом Сталина и хотел продать тому западную демократию. Это было создано, дабы отбелить Германию, ставшую главой государств западной демократии, Зап-Дема.
В фильме «Б», версии для СССР, Япония с Союзом спасали мир от сговорившихся с Германией Америки и Британии.
Фильмы появились через тридцать семь лет после окончания Второй мировой, но, как бы свежи ни были воспоминания у людей, никто ничего не заподозрил и не обратил внимание на откровенные ляпы. Например, что Сталин с Рузвельтам говорят на английском, а английского Сталин не знал. Или что самолёты на "архивных" кадрах современные.
Наверное, во времена Дика успешность такой пропаганды можно было назвать везением, но теперь-то мы в курсе, что это просто рабочая схема. История переписывается, факты искажаются, и даже очевидцы верят переиначенным версиям событий.
Итог
«Предпоследняя правда» может казаться несерьёзной, однако, на мой взгляд, это один из лучших романов Дика. Да и просто прекрасная книга, где дикий сюжет сочетается с мощнейшей идейной составляющей.
10/10
Если вам нравятся дотошные книжные рецензии, подписывайтесь на канал!