Судя по перегару, застолье было обильно полито спиртным. А судя по симптомам и содержимому тазика, мужчина явно собирался умереть от желудочно–кишечного кровотечения. Фельдшер поставил внутривенный катетер, собрал капельницу и включил её на всю катушку. Жидкость начала заполнять кровеносные сосуды, и давление у мужчины стало постепенно подниматься.
- Хорошо – Фельдшер снял манжетку тонометра с плеча больного – 90 на 60. Можно грузить. Кислород в машине дам.
- Я никуда не поеду. – Из полузабытья больной сразу перешёл к делу. – Сегодня-завтра отлежусь, а послезавтра у нашего ансамбля гастроли начинаются. Надо ехать.
- Куда ехать? – фельдшер вопросительно посмотрел на лежащего – У вас кровотечение между прочим. Не настораживает?
- Ну, вы же капельницу поставили. Я уже чувствую, что мне лучше.
- А когда капельница закончится, что с вами будет?
Мужчина задумался.
- А вы сможете ещё раз приехать и поставить ещё одну?
- Уважаемый! Капельница не поможет. Тут операция светит. Вы не понимаете, что медлить здесь нельзя. Вам срочно надо ехать в больницу.
- Мне срочно надо ехать на гастроли. Мне вчера звание заслуженного артиста присвоили. Понимаете? Заслуженного! Я этого десять лет ждал. И гастроли к этому случаю приурочены. Надо ехать.
- Не надо. Или это ваши прощальные гастроли перед смертью?
- Да не умру я! У меня один раз было похожее. Давно. Мы тоже что-то отмечали, а наутро вот так же всё. Только недолго.
Капельница заканчивалась, и фельдшер достал вторую банку.
- А вы после того случая к врачу обращались?
- Зачем? – мужчина был в недоумении – Прошло ж всё.
- Ну вот. Поэтому теперь не пройдёт. Лежите. – фельдшер наморщил лоб – Соседи есть, чтоб носилки нести?
- Сейчас меня коллеги приедут проведать. Я позвонил. И лекарства привезут, какие напишите. Не надо никого искать. Я отлежусь. Давайте, где там у вас расписаться надо.
Фельдшер вздохнул, отключил пустую капельницу и протянул карту для подписи.
- Катетер оставлю в вене. Через два часа приедет бригада, проверить ваше состояние. Если всё нормально будет, ребята катетер снимут. Коллеги ваши дверь откроют?
- Конечно, конечно. Спасибо, доктор.
***
- Не выдержал твой больной два часа. – диспетчер поманила к себе фельдшера – Его друзья уже через час скорую вызвали. Врачи ездили. То же самое. И тоже упёрся и никуда не поехал. Деятели искусств все такие?
- Частично. Чую скоро опять к нему поедем. Вопрос зачем?
- Не шути. Не дай бог помрёт заслуженный – всех собак на скорую спустят.
- Эт точно. И будет у нас вместо новоиспечённого заслуженного – новопреставленный.
- Да тьфу на тебя! – диспетчер аж поёжилась – иди, обедай. Может, подобреешь.
***
- Как же ты его уговорил на третий раз? – старший врач с интересом смотрел на фельдшера. – Он у второй бригады после капельницы опять ожил и опять в отказ пошёл. Отлежусь, говорит. И три его поддатых сотоварища из оркестра хором талдычат, что всё нормально будет. Нельзя, говорят, без согласия больного госпитализировать.
- Так я его и не уговаривал, дебила. Капельницу поставил, чтоб красиво. Но открывать не стал. Ну, так… Одна капля в минуту еле падала. Мужик совсем плохеть начал. Не то, что отказываться - вообще ни му-му сказать, ни рукой махнуть. Друзьям его я сказал, что капельница больше не помогает и сейчас их музыкант виртуоз окочурится. А по закону, если больной без сознания, то согласия на госпитализацию никто ни у кого не спрашивает. Врач сам решает: надо или не надо. Так в две минуты и носилки принесли, и друга с этажа без лифта тащили как кони плуг. Даже подгонять не пришлось. И в машину погрузили. После этого, друзей я тут же домой отправил, поскольку пьяные и в сопровождение не годятся. А в машине уже и капельник на всю открыл, и кислород дал. И пулей в ближайшую. В приёмном давление поднялось и уже совсем мужику хорошо стало. Начал он хирургу втирать, что не надо его в реанимацию. Что сейчас чуток полежит и домой пойдёт. На гастроли ему. Давайте, говорит, бумагу подпишу. Без моего, говорит, согласия не имеете права.
- Да уж. – врач покачал головой – Совсем товарищ без мозгов. И что хирург?
- Да ничего. Послушал, послушал, дурака. И капельницу ему по-тихому перекрыл. Когда больной почему то замолчал, снова капельницу открыл и велел срочно поднимать больного в реанимацию. И к кровати привязать, пока мужик не очухался и опять не начал права качать,
- Красавцы! – старший врач удовлетворённо кивнул головой. – Можете ведь, когда захотите, индивидуальный подход к больному найти. Вот и результат! И жизнь человеку спасли. И искусство не осиротили.
