Кабинет травматолога, в котором я держусь за плечо и рассказываю, как уже сутки я не могу ничего делать левой рукой и сутки терплю боль, даже поспать не удалось. За 24 часа острой боли я накопила много напряжения. Я держалась молодцом и довезла до доктора свое плечо, но я устала, я не спала, мне не понятно, когда закончится эта боль и моя инвалидность (оказывается, даже штаны одной здоровой рукой натянуть очень сложно). При этом я рассуждаю: нахожусь на территории человека, который, в отличие от моих близких, хорошо понимает, что со мной, не привязан ко мне эмоционально, а значит, мои эмоции его не должны разрушить. Поэтому я сообщаю доктору, что, пока он будет мне делать блокаду, я немного поплачу. Доктор, испуганно: «НЕ НАДО ПЛАКАТЬ!» Другой день, другой кабинет, мне предстоит несколько болезненных манипуляций. Я спокойным голосом сообщаю (скорее, просто информирую), что плохо переношу боль и, в целом, ужасно нервничаю в кабинете врача (ну вот такая у меня особенность). Реакция врач