В нашем мире, где всё постоянно меняется и совершенствуется (но не всегда к лучшему), в числе прочего уже возник новый жанр — комментарии. Причём, кроме традиционной ругани, часто в комментариях можно узнать много полезной информации, порой даже больше, чем в материале, под которым они написаны. Тем более, если сюда же включить и всевозможные форумы, чаты и т.п., где можно задать вопрос и получить весьма грамотный ответ.
Однако написание комментариев — это уже специфическая область, и чаще всего приходится делать выбор между написанием статей, постов и пр., и их комментированием. Поскольку одно мешает другому. Во всяком случае, если вы занимаетесь написанием серьёзных материалов научных, околонаучных или научно-популярных и т.п. Поскольку это требует большой работы, а «битвы» в комментариях отнимают много времени. Но есть, на мой взгляд, и ещё один важный момент. Если верить статистики по Дзену и некоторым социальным сетям, в которых я публикуюсь, комментарии читают и пишут не более 0.5-1% читателей. Причём 50-60% из них, пишут один комментарий и более к нему не возвращаются, никак не участвуя в дальнейшем процессе.
Исходя именно из этого фактора, когда я вижу обращённый ко мне вопрос или поднятую тему, на которую хочется высказаться, то предпочитаю написать статью. Чаще всего это требует даже меньше усилий, чем писать такой же объём комментариев. А кроме того, статью прочитают в сотни раз больше людей.
Как вы уже догадались по этому предисловию, поводом для статьи послужили именно чьи-то комментарии. При этом, речь не конкретно про Манштейна, а в целом о том, что некоторые люди упорно придерживаются мнения, совершенно неправильного. А конкретно о том, что для освещения исторических событий гораздо важнее знать мнения непосредственных участников, а всякие архивные документы не столь важны. Тем более, если говорить про таких участников, как упомянутый Манштейн.
Вопрос очень многогранный, но мы его сузим до истории Второй Мировой войны, которая, в отличие от войн, скажем, наполеоновских, во-первых, оставила после себя огромное количество мемуаров. А во-вторых, многие из ныне живущих (и пишущих) общались с непосредственными участниками событий, включая занимавших высокие должности.
Конечно, тут надо начать с того, что я (и многие другие) уже не раз говорили и писали. Мемуары людей, не занимавших высокие должности (уж точно до полковника, если не Генштаба), мало интересны, в силу недоступности для них интересующей информации. Если, конечно, речь не идёт про бой за какую-то деревню. И надо понимать, что описания боевых действий более высокого уровня в таких мемуарах взяты из тех же архивных документов (в лучшем случае).
Когда же речь идёт про людей, занимавших высокие посты, то, они, конечно, знали много (если не забыли), но… целью мемуаров всегда было показать читателям, насколько важную роль играл их автор в тех или иных исторических событиях. Причём, приукрасить и преувеличить никто не воспрещал.
Если же мы говорим про советских военачальников, да и вообще всех, кто писал, то напомню, что в СССР имела место жесточайшая цензура и о многом даже упоминать было просто нельзя.
Давайте только сразу уточним, что отказываться от чтения мемуаров никто не предлагает. А то почему-то сразу (как в данном случае) исходят из аксиомы, что раз критикуешь ценность мемуаров Манштейна, то значит его и не читал. Мемуары читать очень полезно и интересно. И я бы обязательно советовал их читать всем, кто хочет иметь представление о Второй Мировой войне. И как можно больше.
Но. Возьмём тот самый пример, который послужил поводом. Речь шла о событиях в Крыму и о том, что написано у Манштейна, а также и у других участников.
А теперь давайте себя поставим на место исследователя, который хочет узнать о том, как происходили боевые действия в Крыму от вторжения туда немцев и до полной оккупации полуострова.
Вот перечень информации, которую нужно иметь:
- Все планы сторон за этот период, как в текстовом виде, так и обязательно в виде карт, схем;
- Боевой и численный состав сторон на все ключевые даты, подробный, до уровня силы пехотных/стрелковых батальонов;
- Данные о противнике для каждой из сторон;
- Ход боевых действий, максимально подробный, по всем участкам, на каждую дату. А по ключевым моментам и по часам, то есть, например, с указанием времени начала атаки, временем выходы в заданный район и т.п. Разумеется с картами;
- Все приказы, отчёты, сводки, донесения;
- Потери сторон, желательно с разбивкой по периодам и по характеру — убитые, раненые, пропавшие без вести. В том числе и данные о потерях противника, особенно важно данные о количестве захваченных в плен.
Вроде ничего не забыл, но подразумевается, что в ходе поиска нужной информации будет найдено ещё много важного, нужного и интересного.
Я, конечно, сужу по своим запросам, но, уверен, что и все исследователи, пишущие о военных действиях Второй Мировой войны, исходят из такого же базового объёма информации.
Можно смело сказать, что, обладая всем перечисленным объёмом информации, всё написанное Манштейном про Крым, равно как и прочими, станет представлять весьма слабый интерес. Скорее художественный.
Конечно, сразу возник вопрос — можно ли охватить такой большой объём информации и кому нужны столь подробные данные.
Тут бы я вспомнил слова своего преподавателя высшей математики. Он говорил, что учимся мы не с целью заучить наизусть все формулы, а, чтобы знать, что формулы есть и уметь находить нужный справочник.
Также и тут. Вы охватываете в стратегическом плане весь объём информации, при необходимости углубляясь туда, где это нужно.
Тут тоже сразу вспоминается мой любимый писатель Василий Звягинцев, который, устами своих персонажей пояснял, что представить себя всю Вселенную очень даже и не сложно (при определённом совершенстве мозга, допустимом сегодня), просто делать это надо не «снизу», а «сверху». То есть представляя сразу всё, а детали уточняя лишь по мере надобности. То есть не нужно представлять каждую квартиру в каждом городе одновременно, но надо при необходимости представить любую, конкретную.
Не знаю, понятно или нет. Но суть в том, что, имея столь огромный пакет информации (это даже не десятки тысяч страниц документов), с ним надо научиться работать. Поскольку как раз для того, чтобы свести к требуемому читателю достаточному и понятному минимуму описания боевых действий, начинать надо именно с указанного общего объёма информации.
В век цифровых технологий, когда архивы оцифрованы и весь требуемый объём документов (конкретно по Крыму) можно собрать и просмотреть менее чем за неделю, решение таких задач стало доступно даже одному человеку, а не целому институту.
Надеюсь, что мне удалось познакомить вас с тем, как примерно проходит исследовательская работа, которая отнюдь не сводится к прочтению нескольких книжек. Собственно, я выше описал все те архивные документы, которые нужны мне для описания сражения при Молосковицах и прочих боевых действий в августе 1941 года между рекой Луга и Красногвардейском, над чем сейчас и работаю. Конечно, там объём не такой, как если бы пришлось изучать все бои в Крыму, но только по немецким документам уже речь идёт про 20 Гигабайт и более чем 50 тысяч страниц. Потому, прежде чем браться критиковать какие-либо исследования, стоит учитывать, на чём они базируются.
Ну а примером итога такой работы с документами может служить подборка статей про битву за Погостье.