— Анна Ивановна, новость-то слыхала? — заскочила на крыльцо Ольга, главная болтушка на всю округу.
Анна, стоявшая у колодца с ведром воды, выпрямилась и недовольно вздохнула.
— Нет, Оля, у тебя-то времени вагон, болтай сколько влезет. А мне некогда по деревне бегать и слухи слушать. Работа сама себя не сделает.
Ольга явно не собиралась сдаваться и, подбоченившись, радостно выпалила:
— Слышала, нет? Никита Сергеев женится на Ирке Лукьяновой! Сегодня сватать её пойдёт!
Анна едва не выронила ведро:
— Как это? Никита?! Он же у нас первый парень на деревне, а Ира... прости Господи, ну совсем не красавица.
Ольга победно кивнула, чувствуя себя в центре внимания.
— Вот и я о том же! За ним все девки бегают, а он на Ирке женится. Ты только подумай!
Анна нахмурилась, пытаясь осмыслить услышанное.
— Да зачем ему это? Она же ни богатства, ни красоты не имеет. Родители её всю жизнь на ферме горбатятся, какая выгода-то от этого брака? — больше спросила себя, чем Ольгу, Анна.
И тут настал звёздный час Ольги, и она выпалила:
— Так в карты он её проиграл, вот что! — сказала она с драматическим видом. — Они вечерами режутся в эти дьявольские карты, а тут Никитке не повезло. Витька Лисов предложил, кто проиграет — завтра же Иру сватать идёт. Вот Никита и попался, отказаться не может, говорят, карточный долг — это святое.
Анна покачала головой.
— Бедная Ирка... Что ж за жизнь её ждёт теперь? Даже врагу такого не пожелаешь.
Ольга хмыкнула:
— Бедная? Да на такого жениха, как Никита, каждая бы девка мечтала. Вот уж расстроятся местные девицы, особенно Дарья! У них ведь с Никитой вроде как всё серьёзно было.
— Ой, Ольга, ничего ты не понимаешь. Ума тебе хватает только сплетни разносить. Иди уже, корову в стадо гнать надо, некогда мне тут с тобой языком чесать.
Анна ушла в сарай, а Ольга, оглядываясь по сторонам, поймала взгляд знакомой:
— Маша, подожди! Ты новость слышала?
Ира Лукьянова, с детства не балованная красотой, привыкла к насмешкам. Соседский пёс когда-то укусил её за лицо, оставив глубокий шрам. Она уже смирилась с тем, что остаётся на вторых ролях, когда к её дому пришли сваты вместе с Никитой Сергеевым.
Ира сначала подумала, что это розыгрыш, не могла поверить в происходящее. Но по лицам родителей и серьёзному выражению лиц гостей поняла, что всё взаправду. Никита стоял с таким видом, будто его на казнь вели, и Ира почувствовала, как внутри всё сжимается.
Она уже готова была отказать, видя, с какой "радостью" жених согласился на сватовство, но что-то внутри остановило её. "Говорят, с лица воду не пить... а вдруг и получится?" — мелькнула мысль.
Свадьба была далека от веселья. Никита не переставая пил, родители жениха молчали, а когда гости кричали "Горько!", он, пошатываясь, целился куда угодно, только не в её губы. Однажды даже попал на шрам, сморщился, сплюнул и вытер рот рукавом. Ира с трудом сдерживала слёзы.
Первая брачная ночь тоже оказалась провалом. Никиту друзья притащили пьяного до полусмерти, бросили на пол и ушли. Ира лежала на кровати, закутавшись в одеяло, а её "муж" храпел на полу.
Наутро Никита проснулся с похмельем и, замёрзший, перебрался к жене. Спросонья обнял её, но тут же открыл глаза.
— Господи, неужели это всё не сон? Угораздило же меня проиграть. Что теперь делать будем? — сказал он, глядя на Иру с недовольством. — Ты уж прости, но мне к тебе прикоснуться противно, даже смотреть больно.
Никита поднялся, нашёл ножницы и полоснул себя по руке, затем тщательно вытер кровь о простыню.
— Вот и всё. Доказательства на месте. Поживём с месяц и разведёмся, договорились?
Ира, несмотря на внутреннюю боль, выпрямилась и твёрдо ответила:
— Никаких "месяц". Три месяца, и точка. А потом посмотрим, что будет дальше.
Никита фыркнул.
— Ну три — так три. Но знай, мы будем жить, как соседи. Ты выполняй свои обязанности, я свои. Предупреждаю сразу: гулять буду, я же всё-таки мужик. Не нравится — дверь открыта, уходи.
Ира ответила сдержанно:
— Не дождёшься. Гуляй, сколько влезет. Я подожду, когда ты меня полюбишь.
Никита рассмеялся:
— Мечтать не вредно, жена. Одевайся, гости во дворе, проверять нас пришли.
Жили они в старом доме Ириных родителей. Ира убралась, приготовила, пекла пироги, словом, делала всё, чтобы дом был уютным. Никите такая жизнь даже начала нравиться — накормлен, одет, жена не повышает голос, даже если он снова напьётся или не придёт домой.
Однажды Ира сказала ему:
— Никита, мне надо уехать на месяц. Тётке Наталье уход нужен, а за тобой моя мама присмотрит. Приберётся, приготовит. Ты не против?
Никита чуть не подпрыгнул от радости. Целый месяц свободы! Но напустил на себя серьёзный вид.
— Ну, раз так, езжай. Только чтоб порядок был.
Как только Ира уехала, Никита вернулся к своим привычкам: пьянки, гулянки, да и Дашку мог привести домой без страха. Он думал, что это идеальная жизнь, пока Ира не вернулась спустя месяц. Но вернулась она совсем другой.
Ира накопила деньги на операцию, и теперь её лицо было почти без шрама. Она стала красивой. Её новая стрижка и уверенная походка сразу заставили Никиту онеметь. Он вернулся домой с Дашкой, но, увидев Иру, застыл.
— Что за... — только и выдавил он.
Ира, не обращая внимания на Дашу, надела куртку.
— Развлекайтесь, я к родителям. Напекла тебе пирогов, Никита. Завтра встречаемся у сельсовета — разведёмся. Теперь ты можешь быть с Дашей.
Она вышла, тихо закрыв за собой дверь.
Даша удивлённо посмотрела на Никиту:
— Ну что, теперь наконец-то будем вместе?
Никита оттолкнул её:
— Отстань, Дашка. Честь свою до свадьбы не сберегла, вот и проваливай.
Наутро Никита всё-таки пришёл к сельсовету. Ира стояла, выглядела спокойной и уверенной.
— Молодец, что пришёл, — улыбнулась она. — Документы готовы, Таня уже ждёт нас.
Никита взял её за руку и вдруг сказал:
— Может, не будем разводиться? Я к тебе привык.
Ира прищурилась:
— А как же Даша? Обещания давать надо сдерживать.
Никита нахмурился, но ничего не ответил, лишь пнул пыль ботинком и пошёл прочь.
Ира вернулась домой, и сердце её было неспокойно. Но через пару месяцев Никита всё-таки попросил прощения. А дальше жизнь наладилась: дети, новые заботы, и дом, который они вместе расширили.