Надежда перешагнула порог дома и замерла. Как будто дверью ошиблась! Но двор-то их был. В пенек воткнут топор, на топорище ветровка Антоши висит.
Дверь запертой оказалась, но ключ на прежнем месте, под нижней ступенькой крылечка.
Куда все подевались? Антон, понятное дела, на работе. А отец где? Удочки под навесом стоят. В лес что ли с Владиком подались? Так и Бэлы нет... Вот бы, укатила уже куда подальше!
Так нет же , кругом следы присутствия племянницы, дочки Людкиной! Фартук в горошек с оборками небрежно в кухне на спинку стула брошен.
Ишь , хозяйственная какая! С собой привезла. Маменька новоявленная не иначе подсказала, как Антошеньку соблазнять.
Дальше - больше. В спальне из-под подушки торчат кружева. Надежда зло потянула за них. Сорочка ночная, бретельки тоненькие, вырез глубокий, сбоку разрез и коротенькая, выше колен.
Ладно, Бэла тут спит, на их супружеском ложе. А Антон где?
С другого края на тумбочке раскрытая книга лежит. Антошина.
Надежда повернула обложкой - та самая, что он при ней еще читал. Не закончил до сих пор? Конечно, когда тут успеть!
Настроение испортилось хуже некуда. Обида и ревность захлестнули женщину. Она ребенка его под сердцем носит, , оберегает под надзором врачей, а муж тут...
В комнатах, правда, чисто. Мебель вся переставлена. Вот кто дал право Бэле по своему все переставить?
Надя заглянула в кастрюли. Лапша молочная, гречка с сосисками, кисель ягодный. И выпечка даже имеется! Надо же! Трубочки с яблочным повидлом. Видно, падалицы в саду уже много.
Долго Надя в больнице провалялась! Пропустила начало лета.
Во дворе залаял щенок.
-Тяв, тяв!
Надежда от окна бросилась к двери, выбежала на крыльцо босая:
- Папочка, Владик! Милые мои, как я по вам соскучилась!
Объятия, поцелуи. Петр Егорович буквально оттаскивает парнишку от дочери, чтобы не вис на ней.
–Владик, не толкай Наденьку, мы теперь беречь ее должны как хрустальную вазу! Ты уже большой мальчик, понимать должен – у Надюши с Антоном скоро ребеночек будет.
Мальчик насупился, отошел в сторону. У его Антоши свой сыночек появится? Они с Надей больше не будут только его, Владика , любить? Как плохо... Владику не нравится, жить с отцом Иваном Степановичем и его женой. Эта Алевтина Глебовна совсем его не любит и строгая очень.
-А где же Бэла? - поинтересовалась Надя, когда сели чай пить .
Она уже проголодалась, в больнице как раз обед в это время. Но почему-то не захотелось естььприготовленное племянницей. Заварила чай, достала из сумки печенье и булочки, привезенные из города.
–Бэла сегодня с Антоном напросилась, раньше его на мотоцикл уселась. Владик, пойди щеночку своему молочка в миску налей!
Проводив мальчика взглядом, отец взял дочку за обе руки.
-Вот что я тебе скажу, доченька! Давай-ка мы спровадим эту Бэлу отсюда подальше. Нечего ей сделать. У вас семья. Пусть твоя племянница в свой город возвращается. Хватит, погостила! Я сам ее , если что , завтра же на утренний поезд посажу.
Надя, сглотнув комок, только и смогла кивнуть головой, да благодарно посмотреть на отца сквозь слезы .
Все папка ее понимает. Не показалось Надюше, что Бэла клеится к ее Антоше.
А Бэла легка на помине. Шумно, королевой вошла в дом.
-Здравствуйте, тетя Надя! Можно я вас тетушкой буду звать? Вы ведь намного старше меня.